Если честно, меня не удивляет отношение быдла к армянам в России. Его – это быдло, так воспитали. Даже, если им раскрыть всю правду происходящего, они все равно доброту будут воспринимать как слабость, или обязательное подношение черно*опого белым людям,то есть им.
Единственный вопрос, который меня интересует, с чего – это вдруг Росс СМИ решили сказать пару объективно добрых слов про армян? А уж если кто решился встать на защиту интересов армян России, то становится как – то не по себе.
Значит, со временем пройдет какая – нибудь провокация или еще одна партия поставок вооружения либо в Азербайджан, либо в Турцию. А может быть будет попытка склонить Армению к нужному для Кремля “компромиссу”. Практика показывает, что такого рода опасения не беспочвенны.
На одном из форумов, один разгневаный житель Алтая сетовал на понаехавших армян, как будто армяне не живут на Алтае со времен сталинских репрессий и депортаций, и обвинял одного хлебопека, этнического армянина в том, что он печет хлеб с большими дырками.
Не знаю в чем была логика его обвинений, может быть он думал, что армянин- хлебопек намеренно производил хлеб с дырками, чтобы обманывать в весе за счет дырок. Я ему посоветовал пойти в соответствующие органы и потребовать взвесить хлеб, если он уверен, что его дурят.
Клиент разразился проклятиями и надолго пропал, а когда объявился снова начал поносить армянина компьютерщика. К слову говоря, хлеб с большими дырками – это сорт хлеба Раздан. Весит где то полтора килограмма. Вкуснейший хлеб! Автор комментария: Виген Аветисян
Хлеб в помощь
Владелец продуктового магазинчика в городе Струнино бесплатно раздает хлеб бедным. За это “нахлебники” уже пытались жаловаться на него в прокуратуру, обзывали черномазым и обещали посадить — мало дает!
“Кто выдает нам этот хлеб? Путин, кто ж еще! — суровый мужчина протягивает продавщице бумажку с печатью “Продуктовый магазин “Ерик”” и надписью “Талон на выдачу одного батона и половинки черного.
Март” и получает требуемое.— Президент дал распоряжение, чтоб малоимущим, пенсионерам и инвалидам оказывали помощь. Вот и оказывают. Но эти торговцы хитрые, себя тоже не обидят!
Понаехали в Россию и кормятся за наш счет!” Мужчина подозревает, что ему положен целый кирпичик “Дарницкого”, а не половинка, а в магазине воруют его законную долю.
Продавщица Галина Ли машет рукой: не обращайте, мол, внимания. Здесь привыкли к недовольным. Уже почти восемь лет в этом магазине помогают нуждающимся, выдают по 10 “хлебных талонов” в месяц на каждого, но до сих пор не все граждане понимают, кто и зачем это делает.
Версии разнятся: кто-то, как этот утренний посетитель, уверен, что распоряжение насчет хлеба отдал лично Путин, кто-то считает, что это мэр города постарался, кто-то пишет благодарственные письма губернатору Светлане Орловой:
“Спасибо, кормилица наша!”. Не все знают, что почти 2 тысячи батонов и около тысячи “черного” в месяц раздает один человек — Мамуд Шавершян, владелец этого небольшого магазина в спальном районе.
Хлеб насущный
“Я хотел назвать магазин в честь внука — Эрик,— смеется Мамуд Максимович.— Но что-то там с бумагами напутали, и стали мы — Ерик. Ну да ладно. Это не главное”. Главное, как уверен Мамуд, это помощь тем, кто живет хуже тебя.
Над рабочим столом предпринимателя висит портрет деда, ветерана Великой Отечественной войны. Его завету “Каждый день помогай людям, получится 365 добрых дел в год” Мамуд и следует.
“Вы не представляете, каким человеком был мой дед! Всю войну прошел, за несколько месяцев до Победы без ноги остался. Но не отчаялся, на печи не сидел, стал председателем колхоза. И никому в помощи не отказывал. Говорил мне: недоедай, недопивай, а людям помогай и сам добро помни.
Вот почему я нерусский, а отчество у меня Максимович? А потому что дед всех сыновей называл в честь своих фронтовых друзей. Максим — это был начальник штаба, они вместе на Курской дуге воевали”.
Мамуд приехал в Россию из Армении около 25 лет назад. Сначала трудился инженером, потом занялся бизнесом. Когда открыл магазин, то заметил, как старушки у кассы пересчитывают копейки:
“Дочка, а четвертинки вы не режете?” и придумал печатать талоны на бесплатный хлеб. Подсчитал, что на два дня среднестатистической бабушке хватит батона и “половинки”:
“А на третий день она снова придет к нам за свеженьким”, и написал объявление: “Все пенсионеры микрорайона Дубки города Струнино в последний день месяца могут получить по 10 талонов на бесплатный хлеб”.
Сначала талоны выдавались только пенсионерам. Потом инвалиды стали обращаться, многодетные. Теперь из соседних деревень даже приезжают — многие едут на рынок торговать, а потом заходят за бесплатным батоном.
Но Мамуд чужие доходы не проверяет — помогает в меру сил кому может. “Я всегда говорю своим продавщицам: “Девочки, вы, конечно, расспросите, как человек живет, чтобы ловкачи нас и наших бабулек не обманывали, но печатайте талонов, сколько людей придет. Вот сейчас лето начнется, московские дачники пойдут к нам, значит, придется чуть больше хлеба привозить”.
И в соседний детсад бизнесмен доставляет сушки и печенье, выдает хлеб для церкви, в Армении уже много лет практически полностью содержит школу, в которой учился.
Друзья считают, что таким образом он чтит память деда, конкуренты шепчутся, что так он замаливает какие-то свои грехи, кто-то даже подозревает, что Шавершяна власти города заставляют это делать. Но как бы там ни было, а почти 200 жителей Струнино о хлебе насущном могут не беспокоиться.
“Власти даже не знают о моей инициативе,— говорит бизнесмен.— Ни одной грамоты, ни одной благодарности я не получал, да мне и не надо. Я просто хочу, чтобы люди рядом со мной жили более или менее сытно”.
Я Максимовичу сначала жаловалась, говорила, что люди не ценят его доброту, а он только успокаивал: “Девочки, этим людям никто никогда не помогал, поэтому они не верят в добро и злятся
«Чурки нерусские!»
Что Мамуд получает регулярно — так это жалобы. Каждый день в магазин привозят несколько десятков бесплатных батонов. “Бывает, бабушки наши вообще не приходят и хлеб остается,— объясняет продавщица Галина Ли.
— А бывает, с утра идут и идут, за пару часов все разбирают”. Тогда те, кому не удалось отоварить талоны, могут скандал устроить, и никакие доводы “Приходите завтра” на них не действуют. А уж если машина сломается, то у магазина целый митинг собирается: “Где хлеб? Что это такое? Мы будем жаловаться!”
На владельца магазина уже несколько раз собирались писать в прокуратуру, в администрацию президента и даже на всякий случай в санэпидемстанцию. Особенно активно возмущаются дедушки — один чуть витрину костылем не разбил. Бабушки больше кричат, но когда вечером 28 февраля одной из них не хватило хлеба, она этот свой последний зимний талон бросила в лицо продавщице:
“Подавись!” А накануне 8 Марта другая пенсионерка пришла выяснять: “Что нам подарят?” В магазине часто раздают сушки и пряники, к праздникам — почти всегда, вот женщина и начала разборки: “Как это — вы не знаете? А кто должен знать? Может, вообще ничего не привезете? Тогда я вашу книгу жалоб всю испишу! Скажу, что у вас тут крысы бегают!”
“Максимович это не всегда слышит,— вздыхает администратор магазина Ануш Гузальян.— А меня первое время чуть ли не каждый день до слез доводили, ведь если что не так — зовут администратора, ругаются, матом посылают.
Мне так больно было, я Максимовичу сначала жаловалась, говорила, что люди не ценят его доброту, а он только успокаивал: “Девочки, этим людям никто никогда не помогал, поэтому они не верят в добро и злятся.
Но мы не ради их “спасибо” это делаем, пусть кричат, пусть”. Именно Ануш раз в месяц печатает и раздает талоны. И хотя и она, и сам владелец магазина постоянно объявляют, что талонов всем хватит, народ этому не верит, очередь занимают с ночи, бабушки подменяют друг друга, стоят как часовые.
“Но когда я начинаю раздачу — прибегают здоровые такие детины, многодетные, крепкие пенсионеры-пьяницы или вообще проходимцы какие-то и сметают наших бабулек,— вздыхает Ануш.
— Приходится наводить порядок. Хотя и бабушки хитрят. Получит такая свои 10 талонов, снимет шапку — и снова в очередь. Иногда стоят целыми семьями: сын, мать и бабуля, чтобы получить сразу 30 талонов.
Но я ведь живу здесь, я всех в лицо знаю, меня не обманешь”. Ануш не раз угрожали, одному молодому парню она посоветовала: “Иди работай”? и он пообещал: “Город маленький, я тебя встречу…” Много в очереди и тех, кто чувствует себя униженным:
“Вот, стоим за этим поганым хлебом, к черномазым с протянутой рукой идем!” Недавно в очередной раз в спину Ануш крикнули: “Вы — чурки нерусские!”, она не выдержала, развернулась:
“Эти чурки вас кормят!” Ануш считает, что только процентов десять из всех, кто получает талоны, выражают свою благодарность. “Скажут тебе спасибо и это сразу душу греет, все обиды уходят,— улыбается Ануш.— Мне вот недавно четыре бабушки даже картину подарили. Красивая такая картина, там Бог нарисован”.
«Отец, что ты делаешь!»
“Только Бог может ценить доброту, не люди”,— уверен сам владелец магазина. Даже Роза, собственная жена, сказала ему однажды:
“Мамуд, зачем ты вообще тратишь деньги и нервы, тебя ведь только проклинают за этот хлеб”, а потом увидела, как какой-то старик в магазине подошел и попытался поцеловать ее мужу руку, а тот испуганно дернулся:
“Отец, что ты делаешь!” Тогда Роза заплакала и позже тихо попросила: “Мамуд, прошу, ради меня, найди возможность, внеси в списки на талоны еще 50 человек”.
Сергей Васильев, ветеран труда, прекрасно знает, чей бесплатный хлеб помогает ему хоть немного сэкономить. “Вот он, благотворитель! — указывает на выглядывающего из подсобки Мамуда Максимовича и пенсионерка Валентина Журавлева.
— Если бы не он, то рублей по 300 мы бы на хлеб точно тратили. Хотя вот честно, нам девочки вроде и говорили, что талоны выдают по личному распоряжению Мамуда Максимовича и он сам не раз к нам выходил, но мы все равно не верили: как это, неужто из своего кармана дает? Многие до сих пор считают, что это горсовет все придумал”.
“Горсовет только дерет! — вступает в разговор 78-летняя Нина Бушмелева.— За свет прибавляют, за газ прибавляют. Я на одном месте поваром проработала 37 лет, а пенсия у меня сейчас — 9 тысяч.
За квартиру отдаю четыре, за лекарства не меньше тысячи, вот и остается на еду 100 рублей в день. Так мы все тут и живем — на мясо даже не смотрим. Я беру 300 граммов сырку, 300 — маслица, вот это мой завтрак на месяц.
Хлебушек тут получу, маслом примажу, 10 граммов сыра положу — кушаю. На обед борщ пустой варю, на ужин — кашку с маслицем подсолнечным”. Нина Федоровна тоже только недавно сообразила, что хлеб ей выдает не Путин:
“Долго я думала, что это он, наш. Ну не может же какой-то армянин… А потом убедилась — может. И сушечки иной раз он нам дает, и прянички, в месяц раза два-три. Такое подспорье, жить можно”.
Пенсионерка Мария Тарасова соглашается: ничего жизнь, хорошая: “Обстановка в мире сейчас вон какая тяжелая. Они не хотят в мире жить, бомбят там. А у нас все хорошо, у нас спокойно, ни войны, ни голода”.
И все же у этих женщин есть заветное желание — вот подняли бы пенсию до 15 тысяч! “Я колбаску тогда каждый день бы ела”,— мечтательно улыбается Нина Федоровна. Подруга добавляет: “Или окорочка! Грамм по триста. Как в праздник”.
Автор: Наталья Радулова
