Напомним, что 15 сентября газета “Коммерсант”, ссылаясь на зампреда правления “Газпрома” Александра Медведева, сообщила, что компания до конца 2018 года не планирует закупать газ в Туркмении, но приостановила разбирательство с “Туркменгазом” в Стокгольмском арбитраже.
Речь идет об иске, поданном в 2015 году и связанном с уже состоявшимися закупками туркменского газа, которые, как считает “Газпром”, осуществлялись по завышенным ценам и были убыточными для российской компании. И она из-за этого требует возврата 5 миллиардов долларов.
Новость о приостановке рассмотрения иска в Стокгольме сопровождалась комментарием, что пауза будет использована для консультаций с туркменской стороной для поиска некоего решения, направленного на развитие отношений, а также допущением, что “Газпром” хочет получить долю в проектах по разработке газовых месторождений в Туркмении.
“Китайский концерн CNPC имеет контракт, обеспечивающий им такой доступ к туркменским месторождениям, которого не имеют другие иностранные фирмы. Возможно, “Газпром” рассчитывает на получение подобного эксклюзива.
Тем более, что Ашхабад находится в сложной ситуации, и это известно в Москве. Недавние отмены социальных льгот – это отражение того, что прежнего дождя газодолларов уже нет”, – объясняет эксперт российского Института стран СНГ Андрей Грозин.
“Властям стало ясно, что одними контактами с КНР закрыть бюджетные дыры, которые растут из месяца в месяц, не удается”, – подчеркивает собеседник DW.
По его мнению, решение отложить арбитраж свидетельствует о том, что “Газпром”, рассчитывает на удачный исход своей игры. У Ашхабада также есть заинтересованность в том, чтобы диверсифицировать связи в этой сфере.
“Когда там отдавали преференции Китаю, то неправильно просчитали перспективы этого партнерства и решили, что КНР с точки зрения получения денег станет столь же полноценным партнером, каким была Россия до 2009 года. Но на деле пока Туркмения до сих пор не расплатилась по китайским кредитам”, – отмечает Грозин.
Туркмения действительно сегодня в очень тяжелом финансовом положении, соглашается лидер оппозиционной Республиканской партии Туркмении в изгнании Нурмухаммед Ханамов.
В этих условиях “Газпром” предлагает вернуться к рабочему процессу, чтобы за два года отрегулировать вопрос цены на газ, и параллельно намекает на то, чтобы по “китайской схеме” закрепить свои позиции в Туркмении, продолжает он. Но, полагает политик, Ашхабад на это вряд ли пойдет.
“Амбиции не позволят. В Ашхабаде запомнили, что “Газпром” отказался покупать газ в трудное для Туркмении время. Все-таки Россия – не единственный возможный покупатель.
Китай увеличивает газовые закупки, Туркмения практически завершила ветку “Восток-Запад”, готовясь поставлять газ в Европу, ведется освоение туркменского участка Трансафганского трубопровода. Сегодня Ашхабад нуждается в российском рынке, но завтра ситуация может измениться. Есть и политическая сторона вопроса. Вместе с потерей туркменского газа Россия может потерять и Туркмению”, – прдупреждает Нурмухаммед Ханамов.
И напоминает о том, что после распада СССР тяжбы вокруг цены на газ между Туркменией и “Газпромом” велись постоянно. “Спор начинался в конце года, перед заключением очередного годового контракта.
В 2003 году ситуация изменилась, когда стороны подписали долгосрочное соглашение о поставках туркменского газа в течение 25 лет по фиксированной цене. В зарубежных СМИ его окрестили сделкой “граждане в обмен на газ” – Ниязов тогда объявил о разрыве соглашения с Россией о двойном гражданстве, а Москва постаралась отмолчаться, чтобы не навредить газовой договоренности, казавшейся ей тогда очень выгодной”, – напоминает собеседник DW. Cоглашение 2003 года предусматривало постепенный и существенный рост закупок Россией туркменского газа.
До 2009 года эта линия в целом выдерживалась, доходило до поставок 40-42 миллиардов кубов в год, но в 2008 году разразился экономический кризис, а в марте 2009 года произошел взрыв на газопроводе, ведущем в Россию.
Ашхабад обвинил в этом “Газпром” за то, что тот в одностороннем порядке резко снизил объемы забираемого газа, а это привело к понижению давления в трубе и к взрыву. Россия, в свою очередь, возложила вину на Туркмению за плохое состояние трубопровода.
“Началась новая тяжба, поставки газа надолго прекратились, да и потом, после 2009 года, закупки “Газпрома” резко снизились. В 2015 году “Газпром” заключил контракт на закупку 4 миллиарда кубов в год, и даже те не были “выбраны”. А в 2016 году “Газпром” вообще отказался брать туркменский газ, ссылаясь на то, что Ашхабад требует не рыночную, слишком высокую цену, и подал иск в Стокгольме”, – говорит Ханамов.
“Газпром” в пору высоких цен на газ просчитался, не спрогнозировав их падения. И сейчас намекает на то, что России достаточно будет газа, который он возьмет не в Туркмении, а в Узбекистан. “Газпрому” пока действительно хватает ресурсов и для экспорта, и для закрытия внутренних потребностей. Другое дело, что он хотел бы разрабатывать туркменские месторождения, поскольку, несмотря на все колебания цен и другие проблемы, это оборот капитала, это новые активы, это масса других выгод”, – утверждает Андрей Грозин.
В свою очередь “Газпром” в Туркмении не нужен Китаю, который рассматривает эту страну как собственную углеводородную кладовую, указывает политолог.
“Другое дело, что китайцы при всем их нынешнем влиянии в Туркмении активно противодействовать “Газпрому” не станут.
В Китае понимают, что конкуренция за туркменские углеводороды – это закономерный процесс, в котором они рассчитывают выиграть, но не сегодня или завтра, а в длительной перспективе”, – уверен Грозин.
При этом он предлагает не полностью доверять версии о предложении “Газпрома” по участию в разработке новых месторождений Туркмении.
“В сферах, где крутятся миллиарды долларов, такие утечки еще менее вероятны, чем у спецслужб. И краткосрочных решений ни “Газпром”, ни Ашхабад, не ожидают. Возможно, Москва не хочет окончательно портить отношения с Ашхабадом.
Тем более что взлеты и падения в отношениях “Газпрома” и “Туркменгаза” поразительным образом совпадали с колебаниями российско-туркменских отношений”, – подвел итог Андрей Грозин.
В ночь с 5 на 6 мая 1991 года на территории Армении произошло преступление, которое…
Вступление: смена языка — смена политики Когда государство меняет язык, оно меняет политику.Когда меняется политика…
История Урарту в СССР — это не просто научная дискуссия. Это пример того, как власть…
Введение Средневековые армянские надписи (эпиграфика) являются важнейшим историческим источником, позволяющим реконструировать социальную, религиозную и культурную…
Караван-сарай Орбелянов (также известный как Селимский караван-сарай) — один из наиболее выдающихся памятников средневековой Армении,…
Введение В истории международного морского права XVII века особое место занимает судебное дело о захвате…