Две аккредитации пришлось получить от властей Казахстана, еще одну, возможно, попросит российская сторона – дорога в Астану даже для репортеров не была простой, не говоря уже о тех, кому поручено вести сирийские мирные переговоры.
Фото: DW
Это – мелкая деталь, но иллюстрирует сложность и неопределенность встречи еще до того, как сами переговоры начались.
Встреча в Астане 23 января пройдет под патронажем России, Ирана и Турции – трех держав с различными интересами. Россия и Иран давно сотрудничают в Сирии, будучи союзниками президента Башара Асада. Но только сближение между Москвой и Анкарой сделало переговоры в Казахстане возможными.
Инцидент со сбитым больше года назад российским военным самолетом забыт. В декабре 2016 года российские вооруженные силы совместно с турецкими участвовали в эвакуации гражданского населения из Алеппо, а к концу года способствовали заключению соглашения о частичном перемирии в Сирии, которое, несмотря на нарушения, сохраняется до сих пор.
Если кто-то еще сомневался в серьезности намерений обеих сторон, то его должно было убедить недавнее заявление российского Минобороны о том, что российские и турецкие самолеты провели совместные удары по позициям террористов из “Исламского государства” (ИГ) в провинции Алеппо.
Но без Казахстана примирение не было бы столь стремительным, отметил российский политолог-международник Федор Лукьянов. “Нурсултан Назарбаев сыграл важную роль в том, чтобы способствовать налаживанию отношений между Россией и Турцией”, – сказал Лукьянов в интервью DW.
Вопрос на миллион тенге: кого позвали на встречу?
Долгое время было легче сказать, кто на переговоры в Астану не приедет. Исключены из круга приглашенных представители боевиков из ИГ и связанных с “Аль-Каидой” боевиков из “Джебхат Фатх аль-Шам” (ранее известны как “Ан-Нусра”).
С этим решением были согласны все, а вот отказ приглашать представителей курдских вооруженных отрядов, которые контролируют значительную часть севера Сирии, был спорным.
На этом настояла Турция, которая отказывается признавать контроль курдов над зонами, непосредственно примыкающими к турецкой границе и к курдским поселениям, но расположенным уже на турецкой территории.
Раздробленную суннитскую оппозицию представит “военная делегация”, которая будет говорить от имени группировок, непосредственно контролирующих территории в Сирии.
В ходе внутрисирийского политического диалога в Женеве под эгидой ООН эту роль брал на себя так называемый Высший комитет по переговорам сирийской оппозиции – группа, которая представляла как чисто политические, так и вооруженные силы сирийцев, и поддерживалась странами Персидского залива. Комитет заявил, что отдаст полномочия военной делегации, чтобы укрепить перемирие и проложить дорогу к новым переговорам в Женеве.
В ООН подтвердили, что спецпредставитель ООН по Сирии Стаффан де Мистура приедет в Астану. Правительства России, Турции и Ирана собираются отправить официальных представителей оборонных и внешнеполитических ведомств. Министров на встрече, посвященной, как считается, техническим вопросам, не ожидается.
Участие США приведет переговоры “на грань срыва”
Долгое время оставалось загадкой – будет ли участвовать в будущих переговорах кто-то из новой администрации США. Ведь одной из целей организации встречи, с точки зрения Кремля, было показать, что Москва способна добиваться результатов, в то время как предложенные Западом форматы переговоров провалились.
Но надежды на улучшение отношений с США меняют все: Россия пригласила администрацию Дональда Трампа присоединиться к переговорам. Это привело их “на грань срыва” еще до начала, заметил DW российский эксперт Алексей Малашенко.
Министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф заявил, что не видит в Астане места для американской делегации. Буквально за два дня до начала переговоров стало известно, что Вашингтон делегировал туда в качестве наблюдателя своего посла в Казахстане.
Дамаск “готов обсуждать все”
Еще более непонятной, чем список гостей, кажется повестка дня переговоров. Президент Башар Асад заявил, что его правительство “готово обсуждать все”. Это неудивительно, если учесть, что после взятия Алеппо он говорит с позиции силы. Дамаск заявил о необходимости вести дальнейшие переговоры о “примирении на местах”.
Имеются в виду переговоры о сдаче территорий повстанцами правительственным войскам. Условием для них могут быть или уход в зоны, которые контролируются оппозицией, или амнистия. Представители оппозиции настаивают на том, что в Астане нужно обсуждать только меры по укреплению перемирия и предоставления гуманитарной помощи.
