Армянское и Европейское Возрождение – Ованес Саркаваг и Роджер Бэкон

Ованес Саркаваг и Роджер Бэкон, что может объединять столь разных и далёких друг от друга личностей? Общие идеи и понятия.

Роджер Бэкон считается основателем опытной науки, во многом следуя духу Возрождения. Точнее, его можно назвать систематизатором тех знаний, которые накапливались к тому времени.

Бэкон резко критиковал средневековую науку, считая её погрязшей в иррациональности и мистицизме. Бэкон считал эмпирический метод единственно правильным способом исследовать природу. Опытная наука был для него превыше всего.

Даже логика для Бэкона менее верна, чем реальная практика. “Нет ощущений – нет науки” и само знание – это следствие опыта. Многие с ним поспорили в современное время, но таков был дух нового европейского времени. Но только ли европейского?

Армянский учёный, гимнограф и философ Ованес Саркаваг (Имастасер). В своих трудах, посвящённых музыке он писал: “Только опыт достоверен и непререкаем – без испытания и проверки опытом нельзя верить слову”.

Это выдающийся армянский мыслитель написал за два века до Роджера Бэкона. И как и европейский философ, Имастасер продолжал дело прошлых мыслителей, в частности Григора Магистроса и Григора Нарекаци.

Эстетик музыки, он одним из первых в Армении начинал говорить на “светском языке”, нежели на абсолютной догме. Его шараканы одними из первых стали содержать национальные образы, воспевать героев и мучеников битв, уходя от исключительно религиозного содержания.

А его “Слово мудрости” занимает особое место: здесь он объявил природу колыбелью творчества, объектом человеческого подражания, “природе должно подражать музыкантам и учиться у неё”.

В европейской философии абсолютно сходный тезис “ars imitatum naturam”(искусство подражает природе) был введён Фомой Аквинским.

Только напомним хронологию: Ованес Саркаваг жил в 1045-1129 годах, а Фома Аквинский жил в 1225-1274 годах. Это вторая “жертва” Саркавага, которую он опередил в своих познаниях. Собственно, “Имастасером” он назван действительно не случайно.

Артур Акопян, Антитопор