Насекомое отряда жесткокрылых, известное как араратский червец или армянская кошениль (Porphyrophora Нamelii), самки которого служат сырьем для получения знаменитой пурпурной краски, оказалось в Красной книге животного мира Армении. В связи с этим контроль за ним несколько усилился.
По этой причине группе сотрудников Матенадарана в нынешнем году не удалось собрать новых животных для исследований. Они смогли только провести съемки. Ведь собирать кошениль – дело не из легких: самки насекомых (вид распространен в солончаковой полупустыне, вдоль среднего течения реки Аракс, со стороны Армении; ведет преимущественно подземный образ жизни, живет на корневищах двух видов злаков, растущих в солончаковых почвах – тростника и прибрежницы) выходят на поверхность в сентябре часов в 6-7 утра, а в 10 уже исчезают под землей. Их надо по одной бережно подхватывать пинцетом и складывать в специальные стаканчики. В общем, гимнастика та еще.
В Армении эта краска, отличающаяся ярким насыщенным пурпурным колером, известна как «вордан кармир». С незапамятных времен она широко использовалась для окрашивания пряжи, нитей, красок, чернил. Этой краской расписано множество миниатюр в средневековых рукописях, хранящихся ныне в Институте древних рукописей им. Маштоца – Матенадаране (включая манускрипты, расписанные великим Торосом Рослином). И она по-прежнему неистово полыхает со страниц пурпуром, словно и не было прошедших с тех пор столетий.
Старший научный сотрудник отдела медицины и естествознания Матенадарана, к. б. н. Армен Саакян многие годы изучает армянскую кошениль. Сопоставляя сохранившиеся в старинных манускриптах сведения о полезных свойствах «вордан кармира», он сумел натуральным путем получить из него не только краситель, но и освежающие и питательные масла, мази и лосьоны. Как выяснил ученый (он также имеет специальность врача-косметолога), в стародавние времена наши предки умели и это.
«Из кошенили получали и косметические средства, – говорит он. – Женщины из царской фамилии и высшей знати пользовались мазями и бальзамами, изготовленными на основе «вордан кармира». А средневековые армянские врачи с успехом применяли снадобья из «вордан кармира» для лечения диабета, заболеваний печени и почек.
С XVI века промысел араратской кошенили пошел на убыль. На мировом рынке появилась мексиканская кошениль. Эти насекомые были мельче араратских, но обладали рядом достоинств. Во-первых, краска из них получалась более яркая. Во-вторых, в Мексике цикл жизни насекомых короче: там получают не одно, а до пяти поколений кошенили в год, и следовательно, «урожай» обильнее выходит.
«Вордан кармир» оставалась в почете только в некоторых армянских монастырях, где ею раскрашивали гравюры в книгах. В начале позапрошлого века опыты по сбору кошенили ставил архимандрит Эчмиадзинского кафедрального собора Исаак Тер-Григорян (1780-1858), он же – продолжатель традиций армянской средневековой миниатюры Саак Цахкарар, стремившийся восстановить старинные рецепты получения стойкой краски.
Полученная им в незначительных количествах краска использовалась в миниатюрах, для тиснения патриаршей печати и расписывания заглавных букв в рукописях. Большое внимание Саак Цахкарар уделял способам умерщвления кошенили, поскольку качество краски во многом зависело именно от этого. Пробовались известковый раствор, холодный и подогретый уксус, сернистый ангидрид, вино… В конце концов, лучшим вариантом оказалась смесь вина и раствора поташа.
В 1830 году для изучения кошенили в Армению был командирован академик Петербургской академии наук, известный технолог и механик Иосиф Гамель. Результатом его исследований стал капитальный труд, изданный на русском и немецком языках. Ныне фамилия ученого увековечена в видовом названии араратского червеца – Porphyrophora Hamelii означает «порфироносная Гамеля».
Саак же Цахкарар расписал изготовленной им краской четыре платка, на которых изобразил гору Арарат с приставшим к ее вершине Ноевым ковчегом, полумесяц в небесах, радугу, реку Аракс, ущелье Хор Вирап. Один из этих платков он преподнес Католикосу Ованесу VIII, другой – святейшему Нерсесу Аштаракеци, третий – генерал-майору Василию Бебутову, который в те годы управлял Армянской областью, а четвертый платок отослал в епархию ААЦ в Индии.
За свои заслуги в получении краски «вордан кармир» Саак Цахкарар в 1834 году получил от российского правительства золотое кольцо с аметистом. А в 1839 г. император Николай II назначил ему пожизненную пенсию в 200 рублей в год (по тем временам – немалые деньги).
Известно письмо Микаэла Налбандяна, написанное в 1863 году брату Гукасу из тюрьмы. В письме он настоятельно рекомендует обратить внимание на «червей, что водятся в долине Аракса». К сожалению, после смерти Цахкарара разработанная им технология сошла на нет. А в конце XIX века пришла эпоха дешевых анилиновых красителей.
И казалось бы, кошениль – араратская ли, мексиканская, или, скажем, польская (эту собирали в Польше и на Украине) – должна была кануть в Лету. Ан нет! Со временем ревнители анилина и его производных поумерили свою восторженность. Ибо дешевизна, конечно, привлекает, но у естественных красителей есть два незаменимых качества: светостойкость и полная безвредность для человека. Пищевая и парфюмерная промышленность требовали не «химию», а «натурпродукт». И об араратской кошенили вспомнили снова.
В 1929 году российский Наркомторг организовал первую в советский период экспедицию за араратской кошенилью. Дело вроде налаживалось. Но дальнейшему развитию промысла помешала война, а в послевоенные годы хватало иных дел. И лишь в 1971 году история «вордан кармира» возобновилась: было решено изучать условия развития и изыскивать новые, более эффективные возможности использования араратской кошенили в народном хозяйстве. Был создан государственный заповедник «Вордан кармир». Распад Советского Союза в очередной раз застопорил работу. В 2002 г.
постановлением правительства РА заповедник был передан в подчинение государственной некоммерческой организации «Заповедно-парковый комплекс» Министерства охраны природы. В 2008 г. осуществили картографирование и уточнение границ заповедника. В итоге ему отвели около 220 га, часть особо охраняемых земель бывшего 2-го участка сельской общины Ехегнут, а также земли вне административных границ Армавирской области.
Много это или мало? Не будучи биологом, однозначно утверждать не возьмусь. Но факты есть факты: ранее ареал араратской кошенили составлял 11 тысяч га. Сегодня же, согласно критериям Международного союза охраны природы (IUCN), это насекомое внесено в Красную книгу как вид, находящийся на грани исчезновения.
Редкий и ценный вид нуждается в особой заботе. Но есть ли гарантии того, что положение не ухудшится еще больше – вследствие невнимания госструктур и воздействия пресловутого «человеческого фактора»? Ведь до самого недавнего времени окрестное население использовало упомянутые территории заповедника для выпаса скота, что вовсе не прибавляло комфорта существованию араратской кошенили.
Сейчас контроль вроде усилен. Хочется верить, что это принесет нужные результаты. Однако печальная традиция невыполнения государственных решений должным образом в новейшей истории РА не дает оснований для полной уверенности в успехе. А ну как, скажем, приглянутся эти земли какому-нибудь влиятельному госмужу или олигарху и он вознамерится построить здесь латифундию, загородную резиденцию или звероферму? Государство его остановит?
Быть может, оптимальным решением стало бы огораживание всей территории заповедника. Однако неизвестно, когда найдутся для этого средства, возможности и желание. До сих пор не оценены и возможные запасы араратской кошенили, ее репродуктивный потенциал, а также та польза, которую могут принести государству получаемые из нее препараты.
Ведутся преимущественно теоретические исследования, но перейти от слов к делу решаются лишь немногие. Ранее получением красителя из кошенили занимался Ереванский государственный университет. В ЕрГУ имелась кафедра, где было возможно получать краситель химическим путем. Сейчас эта кафедра не действует, и новые специалисты не готовятся.
Правда, начальник отдела особо охраняемых земель Агентства по управлению биоресурсами Министерства охраны природы РА Арам Агасян считает, что есть смысл подумать о возобновлении деятельности упомянутой кафедры, о предоставлении ей возможности функционировать в качестве не только научного, но и коммерческого центра: получаемый краситель можно использовать в самых различных областях – в изобразительном и прикладном искусстве, текстильной индустрии и т.д.
Армен Саакян, напротив, считает, что этого делать не нужно. «Нет нужды в восстановлении этой кафедры в ЕрГУ, – говорит он. – Сейчас стало модно – начнут синтезировать химическим путем и превратят это в бизнес. Оставьте кошениль в покое, пусть размножается в естественных условиях. А то начнут вмешиваться, ничего хорошего из этого не выйдет».
Хранящиеся в Матенадаране художественные миниатюры, расписанные «вордан кармиром», пока не предназначены для показов. Потому что, по словам Армена Саакяна, нет возможности развернуть экспозицию в Матенадаране, так как имеется проблема с местом. Быть может, с местом станет полегче после ввода в строй нового корпуса Матенадарана?
Пока же, по мнению ученого, имеет смысл на время перевезти эти миниатюры, к примеру, в Нораванк, где будет возможно организовывать выставки: «Я очень хотел бы, – отмечает он, – чтобы именно там был создан центр по изучению и применению натуральных красок. Там можно было бы построить школу миниатюры, и появились бы новые иллюстраторы рукописей».
Ашот Гарегинян
