Опубликовано: 21 июля, 2017 в 19:08

Трдат — Армянский зодчий — Мастер небесного свода

Трдат - Армянский зодчийОн построил храм в резиденции католикоса в Аргине и дворцовую часовню царя Гагика II Багратуни. Ему приписывают строительство главных церквей в монастырях Мармашен, Санаин и Ахпат.

А еще армянскому зодчему Трдату доверили ремонт купола константинопольского храма Святой Софии и сооружение кафедрального собора в средневековой столице Армении Ани.

На краю изогнутого, словно сельджукский меч, ущелья реки Ахурян — там, где больше тысячи лет назад были заложены Ашотовы стены, превратившие резиденцию армянских Багратидов в стольный град, уже несколько столетий царит тишина.

Не слышно ни зазывных восклицаний торговцев, ни хрипловатого пения гусанов, ни резких ослиных криков… Не пылится под конскими копытами дорога, не входит в ворота, мерно покачиваясь, караван верблюдов…

Не сияет серебром крест на куполе Анийского собора, не слышен среди руин звон колоколов Гагикашена. Лишь отголоски застывшей музыки зодчего Трдата напоминают о былом величии средневековой столицы Армении Ани.

Придворному архитектору, — или, как назвал Трдата исследователь истории армянской архитектуры, руководитель венского Института истории искусств Йозеф Стржиговский, главному архитектору Ани, — очень повезло.

Он стал одним из немногих армянских зодчих, чье имя донесла до нас история: автограф на церковных стенах оставляли, как правило, не строители, а заказчики. Первый же свой проект Трдат выполнил по поручению главы Армянской Церкви.

Вступив на патриарший престол, Хачик I Аршаруни (973—992) развернул бурное строительство в Аргине. Это местечко неподалеку от столицы Багратидов Ани присмотрел себе под резиденцию еще католикос Анания Мокаци.

В 965 году он покинул уединенный Ахтамар, решив поселиться в центре страны под покровительством царей Ани. Хачик I доверил Трдату строительство базилики (987) и патриаршего дома. Сведения об этом сохранились во «Всеобщей истории» Степаноса Таронеци, по прозвищу Асогик (Х—XI века).

Десять лет строилась церковь патриаршего двора в Аргине. Сегодня от обители, где, как сказано в персидской рукописи XVI века, «варили миро и жило очень много монахов», сохранились лишь две стены: северная и часть западной, словно молнией рассеченная пополам.

Две идеально гладкие вертикали, без аркады, украшающей остальные памятники зодчего. Лаконичные плоскости, спокойные, но мощные. Интересно, что у большинства полуразрушенных армянских церквей, фасады которых ориентированы строго по сторонам света, сохранились именно северные стены — остальные разрушило знойное солнце.

На первой службе в патриаршем храме присутствовал царь Смбат II — еще один влиятельный заказчик Трдата. По его приглашению зодчий переехал в Ани: столице был нужен кафедральный собор.

Но, едва положив основание обширной церкви, царь Смбат умер. И пока за дело не взялась «благочестивая царица Катраниде, дочь сюнийского князя Васака» (Асогик), Трдат поспешил в Константинополь — он выиграл торги на реконструкцию разрушенного в 986 году мощным землетрясением купола собора Святой Софии.

Трдат одержал победу над работающими по старинке конкурентами. По свидетельству Асогика, мастер представил тщательно проработанный проект: «план и модель небесного свода [купола], изготовленные с удивительным соображением дела».

Остальные соискатели, привыкшие при планировании объектов пользоваться веревкой, не сочли нужным применить архитектурное моделирование. К тому же у Трдата была солидная репутация: первому встречному не доверят строительство собора в резиденции армянского католикоса.

Кандидатуру Трдата мог поддержать и император Василий II (958—1025): занятый продвижением границ Византийской империи на восток, он, по свидетельству хронистов, встречался с армянскими строителями и философами.

От них Василий не мог не слышать о самом востребованном в Армении зодчем. Но решающим фактором в успехе Трдата стал его опыт возведения куполов на парусах — эти конструкции в форме сферического треугольника связывали квадратное подкупольное пространство с куполом.

К слову, другие армянские строители для этой цели использовали тромпы (вогнутая конструкция в форме части конуса, половины или четверти сферического купола).

Трдат получил престижный и крайне выгодный заказ: по свидетельству автора «Обозрения истории» Иоанна Скилицы, одни строительные леса обошлись казне в тысячу фунтов золота. Так что, перефразируя Декарта, можно сказать, что люди мыслящие в те далекие времена не просто существовали — они неплохо жили.

Это была не первая реконструкция купола Святой Софии: свод впервые рухнул в мае 558 года, спустя 21 год по завершении строительства храма. Не помогла и легкая пористая черепица с Родоса, которую использовали для перекрытия архитекторы Анфимий Тральский и Исидор Милетский.

Император Юстиниан, построивший собор, распорядился возвести новый купол и, так как авторов храма уже не было в живых, за дело взялся Исидор-младший — племянник Милетского.

Предварительно укрепив все арки подкупольного квадрата, он возвел новый купол — более выпуклый, с сорока нервюрами (выступающими ребрами свода) и окнами между ними. Окончив работы, Исидор долго не снимал леса, ведь, по заключению средневековой зодческой комиссии, это могло быть одной из причин падения свода.

Когда же Исидор наконец решился убрать доски, он, чтобы избежать лишних сотрясений, «заполнил всю церковь водой и бросал в нее разбираемые леса» («Византийское искусство», Байе, 1888).

Трдат сделал купол еще возвышеннее и легче — выложил его из глиняных кувшинов, поочередно вложенных один в другой. В полном согласии с традициями армянского церковного зодчества: и купол легче, и акустика в храме лучше.

Купол Софийского собора стоит уже больше тысячи лет. Работа Трдата выдержала и испытание временем, и тяжесть османских воинов, взобравшихся на «небесный свод», чтобы сменить крест на полумесяц.

Увенчанный имперской славой Трдат вернулся в Армению: в Ани ему предстояло возвести кафедральный собор. Тот самый, эстафету сооружения которого приняла от Смбата II царица Катраниде.

«В лето 1010 во времена высокочтимого духовного владыки Саргиса, католикоса армянского, и великославного царствования Гагика, армянского и иверского шахиншаха», вознесся собор в юго-восточной части города — напротив моста через реку Ахурян.

Огромный серебряный крест, привезенный из Индии, украшал купол. Богаче остальных был оформлен южный фасад: здесь Трдат расположил царский вход, по обе стороны от которого поместил изображения готовых взлететь орлов.

Это была дань армянской традиции нести орлов впереди торжественно шествующих царей. Войти в храм можно было, спустившись по высоким ступеням. В отличие от лаконичных фасадов патриаршей церкви в Аргине, Анийский собор был опоясан декоративной аркадой и богато украшен резьбой: в столице было много внимательных и придирчивых глаз.

Когда в 1072 году Ани попал в руки курдов — Шеддадидов, они превратили кафедральный собор в мечеть: 60 лет над куполом возвышался полумесяц. Сын первого эмира анийского Мануче — Абельсевар, «человек женоподобный, лишенный мужества, хотел продать город за 60 тысяч динаров карсскому эмиру» (историк Вардан).

Но сначала решил «сменить подкову — приказал привезти из Хелата тяжелую, огромную». Это настолько возмутило христиан, что они обратились к грузинскому царю Давиду Строителю: «призвали и отдали ему в руки Ани».

В 1125-м власть в Ани снова сменилась: обессиленные от голода анийцы после долгой осады сдали город Фадлуну из династии Шеддадидов. Собор вновь стал мечетью. В лоно христианства он вернулся в 1161 году, когда Ани вошел в состав грузинского государства.

А спустя 30 лет город стал резиденцией армянских Захаридов. Во время землетрясения 1319 года кафедральный собор лишился купола, но вплоть до конца XIX века одиноким путникам, затерявшимся в мертвом городе Ани, в соборе читали отрывки из Библии.

Свою последнюю работу, Гагикашен, Трдат соорудил над Долиной цветов, на самом берегу Ахуряна. Храм стал воплощением царской мечты: Гагик «возымел благую мысль» (Асогик) построить церковь по образцу храма Бдящих сил — Звартноца, лежавшего в руинах близ Эчмиадзина. Гагик был восхищен им, как когда-то император Константин III (612—641), приглашенный на освящение храма.

Статуя царя Гагика II Багратуни

Только если строитель Звартноца, которого император призвал возвести такой же храм в Константинополе, не выдержал долгой дороги и умер в пути, то зодчий Гагика успел завершить дело.

Он тщательно изучил и старательно обмерил руины Звартноца. Составил подробный чертеж и в 1010 году сдал храм заказчику — практически одновременно с кафедральным собором. Новый храм не был точной копией Звартноца.

Крест, вписанный мастером в круг на плане в Гагикашене был значительно больше того, что в Звартноце: поэтому и внутреннего пространства в храме Трдата оказалось больше. Виноградная лоза и гранаты, которые высек на своем храме зодчий Звартноца, у Трдата больше напоминают строгие геометрические орнаменты…

Только если строитель Звартноца, которого император призвал возвести такой же храм в Константинополе, не выдержал долгой дороги и умер в пути, то зодчий Гагика успел завершить дело.

Он тщательно изучил и старательно обмерил руины Звартноца. Составил подробный чертеж и в 1010 году сдал храм заказчику — практически одновременно с кафедральным собором. Новый храм не был точной копией Звартноца.

Крест, вписанный мастером в круг на плане в Гагикашене был значительно больше того, что в Звартноце: поэтому и внутреннего пространства в храме Трдата оказалось больше. Виноградная лоза и гранаты, которые высек на своем храме зодчий Звартноца, у Трдата больше напоминают строгие геометрические орнаменты…

Но два храма, отстоящие друг от друга на три столетия, постигла одна и та же судьба: они оба рассыпались от первого же землетрясения. Последнее творение гениального зодчего оказалось таким хрупким!

Недолго царь наслаждался созерцанием храма своей мечты. Пустые вытянутые руки статуи Гагика. Ани, превратившийся в мертвое городище. Святая София, ставшая Айя-Софией. Минареты по бокам храма, вонзающиеся в небесный свод. Печальный итог усилий мастера…

Цитата

«В то время, когда 1000 год воплощения или вочеловечения Господа нашего был в исходе, во дни императора Василия, армянский царь Гагик возымел благую мысль по образцу обширной церкви во имя святого Григория, что в то время лежала обрушенная в развалинах, выстроить церковь таких же размеров и такой же архитектуры в городе Ани.

Он основал ее на той стороне города, что глядит на Долину цветов, на возвышенном месте, приятном для наблюдения. Он построил ее из тесаного камня, украшенного тонкою резьбой, с окнами, пропускающими большой свет, с тремя входами, и завершил ее дивным куполом наподобие высокого небесного свода».

«О построении царем Гагиком в городе Ани большой церкви во имя святого Григория». Глава из «Всеобщей истории» Степаноса Таронеци (Асогика)

Справка

Основным инструментом при закладке здания архитекторам древности служила обычная веревка. В «Истории» Агатангелоса (V век) рассказывается, как «сам святой Григориос, взяв в руки вервь мастера-строителя, закладывал основы часовен-усыпальниц блаженных».

Такими же словами в «Истории дома Арцруни» (X век) архимандрита Фомы Арцруни описано возведение царского дворца на острове Ахтамар: «Преисполненный мудрости и окруженный мастерами Гагик взял в руки вервь архитектора, дабы измерить, разметить и обозначить место дворца у подножия горы…»

Аналогичный метод применялся и при закладке церквей: измерительную веревку при этом брал в руки епископ. Даже грузинская просветительница Нино однажды наметила веревкой план церкви, которую затем воздвигли каменщики. Зодчие Византии и европейских государств также применяли этот немудреный инструмент.

Справка

Ни один из многочисленных византийских источников не упоминает имени архитектора, восстановившего разрушенный землетрясением 989 года купол собора Святой Софии.

Его имя сохранилось только в армянской летописи начала XI века — «Всеобщей истории» Степаноса Таронеци. «… даже собор [Святой] Софии от вершины до самого подножия развалился на куски. Многие опытные греческие мастера пытались его восстановить.

Там находился строитель армянин Трдат. Он представил план и модель небесного свода [купола], изготовленные с удивительным соображением дела, и приступил к работе, так что церковь была полностью восстановлена изящней прежнего».

Эрна Ревазова | Грайр Базе Хачерян, Research on Armenian Architecture, панно Рубена Гевондяна

Анийский Кафедральный собор
Панорама Ани
Софийский собор

Руины церкви Святого Григория в Ани




ПОХОЖИЕ ПУБЛИКАЦИИ



Комментарии 1

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.