Турок, какого бы цвета, роста или стандарта он ни был – исламист, османист или туранист, – имел и имеет один лозунг: “Смерть Армении и армянам”. Русский, какого бы цвета, роста или стандарта он ни был – монархист или большевик – имел и имеет один лозунг: “Армения без армян”
“…Эта глава — сбор фактов, и если мы частично посвятим ее действиям большевиков, она не станет отклонением от нашего материала, поскольку они сыграли дополнительную роль в выполнении клятвы. Если мы рассмотрим факты только по Армении, это вовсе не значит, что мы игнорируем роль событий, происходящих вне ее, просто мы не желаем выходить за рамки простирающегося от Ангоры до Баку тюркизма и отбирать дважды преступное наше оружие «бессилия» и «незнания».
За шесть месяцев до брошенного Кязымом Карабекиром клича «Смерть Армении» произошли майские большевистские движения, которые оказали огромное влияние на успех и последствия его нападения. Это прежде всего результаты той самой «наивной веры» и «не предвидели» армянского руководства, которые на этот раз можно сформулировать следующим образом: «Как арестовать социалистических коммунистов вроде нас?»
Я не могу утверждать, будто мы решительно пресекали все козни против нас. Я лишь хочу сказать, что была вероятность сдержать тюркизм не у дверей Александрополя, а у ворот Карса, если бы наивность ума армянского рука об руку с преступностью турецкого не шла по крови армян.
Тот, кто подавил майские движения, мог и был обязан их запретить. И запрет — это более мудрая позиция государственного руководства, чем подавление. Подавление, как правило, — это запоздалые шаги без гарантий. Мы хотели бы дать прощение за преступления, но на кон было поставлено физическое и политическое существование армян, и какие бы чистые слезы мы ни лили сегодня, к сожалению, глаз наш замутнен. И пусть факты подтвердят наши слова…”
“…И «Когда в Грузии, Азербайджане, на Северном Кавказе и повсюду армянские большевики подвергались жестоким гонениям, правительство Армении дало им возможность жить и работать в Армении. Многие из армянских большевиков — С. Касьян, А. Мравян, С. Ханоян, Д. Шахвердян, С. Саакян, Е. Ерзнкян, А. Нуриджанян и другие — спасли свои жизни благодаря правительству Армении. Они занимали различные должности в общественных и государственных структурах Армении — в школах, кооперативах, министерствах, органах госконтроля и самоуправления».
Говорят, они дали слово не предпринимать антигосударственных, предательских шагов. Что, если бы Гамид, зная армянских революционеров, доверился их обещаниям и повел себя с ними столь же доброжелательно?
Мы отрицаем людей и эпитеты, приведенные в данном примере. Наша цель — дать реальную картину. Потому что большевистская программа, уже задействованная, отрицала нашу программу.
например, «Листовка Спартаковцев во время битв за Беюк-Веди (Большой Веди), но правительство смотрело на это снисходительно. А. Мравян рассказывает, что в 1919–1920‑х годах в Армении кипела большевистская деятельность. Создавались тайные ячейки, распространялась литература, проводились собрания, велась пропаганда в среде солдат и рабочих.
При помощи Гукаса Гукасяна и его близких товарищей — Арменака Будагяна и Агаси Ханджяна, пишет Мравян, мы организовали в Ереване подпольную деятельность. Печать и распространение листовок (курсив мой, Ш. Натали), перевозка литературы, поиск места для проведения собра-
ний, доставка писем в Тифлис в Краевой комитет и так далее — все это они делали быстро, правильно, по всем правилам конспирации.
Тот же Гукасян в конце августа 1919 года с особым поручением посетил Дилижан, Каракилису и Александрополь, чтобы проинформировать местные органы о готовящемся в Ереване партсовещании, о его повестке и обсудить организационные вопросы. Большевики были довольно сильны в Александрополе. Тамошний их комитет получал большие деньги из Тифлиса и России, издавал подпольные газеты и рассылал агитаторов и организаторов по всей стране. Нейтральная зона между Арменией и Грузией была оплотом большевиков, и оттуда они конспиративными путями поставляли в Армению людей, деньги и литературу. В начале 1920‑х годов Армения стала театраль ной площадкой для активной большевистской агитации».
Может быть, стоя у расклеенных по стенам листовок, можно возразить, что мы пока были не в курсе, поскольку все делалось конспиративно?
Перед таким возражением нас должен был убить вердикт самоубийства, произнесенный искривленными до неузнаваемости устами армянского революционера, если бы повторное преступление против всего армянства не вызвало бы к жизни протест. «Правительство было в курсе деятельности большевиков, но оно не спешило принять решительные меры.
Министерство внутренних дел пристально следило за ними, было знакомо с их планами и с антигосударственной агитацией, проводимой среди солдат и рабочих. Правительство психоло- гически не было готово к тому, чтобы арестовать наших «вчерашних товарищей», таких же социалистических коммунистов, как мы» (курсив мой, Ш. Натали). «Угроза, которую большевики несли Армении, была видна повсюду».
И поскольку после семи месяцев «конспиративной» работы и яростной пропаганды в армии и среди рабочих, после семи месяцев подготовки, всего лишь за три месяца до майского восстания эти угрозы были видны столь отчетливо, что «31 января по указу министра внутренних дел в Ереване и Дилижане были арестованы несколько человек. Причина — эти люди вели антигосударственную, антиправительственную агитацию».
В подобном поведении правительства кроется первая и величайшая причина и соучастие второй степени в том преступном факте, что по поводу этих арестов в парламенте Армении социалистическая фракция (эсеры) устами депутата Ваана Минахоряна озвучила запрос в Министерство внутренних дел, в котором назвала аресты незаконными и предложила освободить их.
Министр внутренних дел А. Гюльханданян (бывший председатель Армянского национального совета Баку, тот самый что собирался стрелять в армян поднявших руку на азербайджанских турок)
дал следующие разъяснения: «Те, кто признает Армению как независимую государственную единицу, не должны делать подобного запроса, поскольку новообразованное государство может пострадать даже от самых обычных угроз, и правительство должно принять все меры, чтобы уберечь государство от каких-либо происшествий.
В Армении есть много большевиков, которые еще в июле, во время битвы за Беюк-Веди, напечатали листовку, в которой призывали войско не идти на войну. После этого произошли несколько событий на железной дороге Сарыкамыш–Александрополь и так далее. В день независимости Армении (28 мая 1919 года) на стенах появились листовки, которые были направлены против нашего государственного строя.
Все это свидетельствует о том, что день ото дня в Армению прибывают новые большевики, которые привозят с собой крупные суммы денег для агитации. С другой стороны, неоспоримый факт, что русские большевики подписали договор с младотурками. Согласно этому договору, тачикские войска должны пройти через Армению, чтобы ударить в тыл Деникину.
В каком положении окажется Армения, если это произойдет, ясно всем, но для большевиков это ничего не значит, и, если хотите, они реализуют свои планы ценой уничтожения армянского народа. В Азербайджане и в Прикаспии во главе большевиков стоят такие тачикские погромщики как Нури-паша, Кязым Карабекир и другие.
Вышеназванные факты правительство расценило как преступление и приняло против них меры».
Не находите ли вы, что несколько арестов за «преступление» были уже не в силах остановить наступление тех, кто если и были предателями до такой степени, что не сознавали последствий своих шагов, не были настолько глупы, чтобы не осознать наметившиеся тенденции? И они были готовы арестовать все армянство.
И… «В конце апреля в Александрополе были сконцентрированы их (большевиков) основные силы и боевые отряды, было принято решение совершить переворот». «1 мая прошли мощные демонстрации большевиков (Александрополь). Между прочим, было совершено нападение на клуб АРФ «Дашнакцутюн», со стен были сорваны и брошены под ноги портреты Христофора, Заваряна и других.
Никакого сопротивления ни с одной стороны. Местное руководство в замешательстве улетучилось, дашнакцаканы избежали кровопролития. Центром антигосударственного движения был бронепоезд «Вардан Зоравар» (Военачальник Вардан).
Это движение было подавлено. Армянство в этом плане себя проявило, доказав, что было бы легче предотвратить создание. Но дело уже было сделано, и мы должны были испить всю горечь этого, поскольку «Это движение имело для Армении ряд весомых последствий, которые сыграли огромную роль в дальнейших событиях. И первым и самым роковым последствием надо считать разложение и деморализацию армянской армии».
Именно «разложение и деморализация» стали основной причиной того, что Карс так бесславно пал и тюркизм продвинулся вперед настолько, что для соединения Анатолии и Азербайджана над могилой армянства и Армении осталось всего 40 верст.
А для осознания всей тяжести ответственности за это бесславное падение нашелся только один пока еще не деморализованный человек — полковник Мазманян, который выстрелил себе в голову, уподобившись Карчикяну, лично понесшему ответственность за первое падение Карса.
А тюркизм шел в ногу с майскими движениями.
«Несколько районов — Зангибасар, Ведибасар, Зул, Кохб и другие, не говоря о Шарур-Нахичеване, продолжали неповиновение армянским властям, и не только не признавали их, но и постоянными набегами, убийствами, грабежом затрудняли процесс организации Армении. В Шарур-Нахичеване 75 власть фактически перешла в руки военного агента Ангоры Халила-паши. Его влияние распространялось и на Ведибасар, и на Зангибасар, которые были укреплены не только местными
силами, но и турецкими аскерами.
В Зангибасаре были созданы неприступные позиции. В селе Ильхи Гобухи была установлена пушка. Воинские подразделения и пулеметы расположились на важных стратегических позициях. Между важными точками существовала телефонная связь. Из Турции в большом количестве поступали патроны и боеприпасы. С военной точки зрения очень хорошо был организован и укреплен также
Беюк-Веди. Все эти районы вместе составляли «юго-западный Азербайджан», в них была смешанная турецко-азербайджанская власть».
После всего этого человек не знал, кого же судить в первую очередь…
