Кто и как пытался отобрать у Самвела Матевосяна его героическую судьбу
Случается так, что у человека отбирают все, что он создал своим трудом, но и это еще полбеды, нажитое-то восстанавливается. Страшнее, когда отбирают доброе имя, а в придачу объявляют преступником. Как это было с комсоргом Брестской крепости Самвелом Матевосяном – правда, с хеппи-эндом: все вернули и извинились. Еще при жизни.
Вообще-то он был горным инженером, специалистом по рудникам, не военным: просто Самвел Матевосян воевал не за страх, а за совесть, раз уж так получилось. Воевать получилось хорошо, славно и геройски. Это потом вышло плохо. Сколько лет жизни ему стоило восстановление справедливости, знают только легионы не восстановившихся нервных клеток. Тем более что лично Матевосян в процессах не участвовал.
Самвел Матевосян родился 24 августа 1912 года в селе неподалеку от Карса, а через шесть лет семья спаслась от геноцида, добравшись до Владикавказа. После школы он засобирался в Москву, поступил в Институт цветных металлов и золота, который и окончил с отличием. Работал вначале в Казахстане, а потом был переведен в Армению, на Кафанский горно-обогатительный комбинат, где быстро стал начальником группы рудников.
Кафанский военкомат и призвал его на армейскую службу. Год шел 1939-ый, на западных границах огромной страны уже было неспокойно, и, быть может поэтому, его направили в стрелковую дивизию в Бресте. Так уж распорядилась судьба.
К 22 июня 1941 года Матевосян имел звание старшины, замещал политрука и командовал отделением в Брестской крепости.
Именно отделение Матевосяна организовало самую первую контратаку обреченных защитников крепости: прямо в ее центре эти парни уничтожили отряд немецких автоматчиков. На третий день осады Матевосяна ранило осколком в бедро и его вместе с другими ранеными перенесли в подвал. А 5 июля немцы взяли раненых в плен.
Пленных далеко не увезли – под лагерь приспособили южный военный городок Бреста. Там и находился Матевосян. К осени раненая нога стала более или менее нормально двигаться, и он, недолго думая, бежал к партизанам.
Тогда велись тяжелые бои, Матевосян был вновь серьезно ранен, и его оставили выздоравливать в одном из местных сел – в крестьянской семье. Старшину советской армии довольно быстро обнаружили полицаи, но он уже мог передвигаться и сумел убежать в Луцк, где устроился работать в сапожной мастерской.
Луцк советские войска освободили зимой 1944 года. Матевосяна опять призвали в армию и направили на офицерские курсы, после чего в звании лейтенанта он принял командование ротой штурмовиков-гвардейцев, дошел до Берлина и расписался на Рейхстаге: “Я из Бреста. Самвел Матевосян”.
Человек, прошедший в буквальном смысле всю войну, от Бреста до Берлина, с трудом устроился на работу, и вовсе не из-за инвалидности: он побывал в плену, а это уже клеймо. Наконец, его зачислили в геологоразведочную экспедицию, и он приехал на Зодские золотые рудники в Армению и даже возглавил трест по их разработке.
В 1954 году писатель Сергей Смирнов, решивший написать историю обороны Брестской крепости, нашел Самвела Матевосяна, а на следующий год Смирнов ходатайствовал о восстановлении солдата в партии и даже добился представления к званию Героя Советского Союза. Ходатайство это, однако, было отклонено все по той же причине: Матевосян был в плену.
К началу 1970-ых Матевосян уже стал начальником производственного геологоразведочного управления цветной металлургии при Совете Министров Армянской ССР и Героем социалистического труда. А гром грянул в 1971-ом. Именно тогда вышло в свет второе издание Большой Советской энциклопедии, где в статье о Брестской крепости Самвел Матевосян был назван в числе погибших. Казалось бы – бывает, недоразумение, которое легко исправить. Не тут-то было.
Кто-то стал распространять слухи (нет сомнений в том, что это делалось специально), будто человек, известный всему СССР, на деле – самозванец, присвоивший себе имя погибшего бойца и пользующийся полагающимися за это благами и славой. Дело дошло до следователей, почему-то упорно отказывавшихся принимать к сведению факты в пользу Матевосяна.
Не помогли ни возмущенные письма однополчан Матевосяна, ни даже ходатайства маршала Баграмяна и первого секретаря ЦК КП Армении Антона Кочиняна – следствие, очевидно направляемое могущественной рукой, ничего не хотело слышать и слушать. Зачем кому-то было нужно исковеркать Матевосяну жизнь, так тайной и осталось.
Комиссия партийного контроля ЦК КПСС начала персональное дело Матевосяна, а ее председатель Пельше прилетал в Ереван для разбирательства. После его встреч с первым секретарем ЦК КП Армянской ССР Кареном Демирчяном кое-что изменилось, но пока не до степени торжества справедливости: дело о “самозванстве” было закрыто, зато появилось другое.
Каким-то образом было обнаружено, что Матевосян, строя свою дачу, якобы закупил по оптовым ценам стройматериалов на 650 рублей – деньги по тем временам немалые, но не критично большие. Дачу конфисковали и дали ерундовый срок – полгода условно. Его исключили из партии, отобрав звание Героя соцтруда.
От писателя Смирнова потребовали убрать из книги главы и предложения, в которых упоминался Матевосян. Смирнов, к его чести, отказался, и весь тираж книги был уничтожен.
Лишь в самом конце 1988 года стараниями тогдашнего партийного лидера Армении Сурена Арутюняна справедливость была восстановлена. Тогда же Матевосяну вернули партбилет, а спустя еще 4 года, уже после развала СССР, российский президент Борис Ельцин вернул ему и звание Героя Социалистического Труда.
Эта награда уже ушла в историю, но так была восстановлена справедливость – и звезду, и удостоверение выудили из архивов и вернули хозяину.
После этого Матевосян переехал в Москву, где и скончался в возрасте 90 лет, так и не поняв, кому и зачем понадобилась его травля. Впрочем. возможно, что свои соображения на этот счет у него были. На его могиле на Армянском кладбище, написано коротко: “Самвел Матевосян. Комсорг Брестской крепости”.
Рубен Гюльмисарян armeniasputnik.am
