41 страница текста, 79 цветных иллюстраций.Одна из драгоценнейших жемчужин армянского изобразительного искусства — знаменитое Эчмиадзинское Евангелие относится, несомненно, к числу самых прославленных средневековых армянских манускриптов.
Переписанное и украшенное в 989 году, оно заключено в редкий резной оклад из слоновой кости и содержит, помимо собственного живописного оформления, еще и несколько более ранних миниатюр, подшитых к концу рукописи, которые датируются учеными VI веком.
Известное науке ровно сто двадцать лет (первая публикация о нем появилась в 1882 г.), Эчмиадзинское Евангелие за этот период многократно становилось предметом более или менее углубленных исследований, в том числе и монографических изданий. Среди авторов, писавших о рукописи, были такие крупные историки искусства как К. Вайц-ман, С. Тер-Нерсесян и Л.А. Дурново. И тем не менее вышедшая в 2000 году книга Н. Г. Котанджяна «Эчмиадзинское Евангелие» явилась новым словом о его художественном убранстве, сказанным искусствоведом следующего поколения.
Издание книги, запланированное в свое время на 1989 г. — к 1000-летнему юбилею рукописи, — по различным обстоятельствам было реализовано лишь спустя 11 лет и приурочено к другой дате — 1700-летию принятия христианства в Армении. Книга издана на трех языках (армянском, русском, английском), на высоком полиграфическом уровне издательством «Ана-ит» в типографии «Тигран Мец» в Ереване.
Хотя книга не является факсимильным изданием, она дает полное представление о рукописи и в этом смысле может служить эталоном монографического издания средневековой рукописи.
Здесь воспроизведены все миниатюры, как относящиеся к основной рукописи, так и более ранние, т.н. концевые, а также маргинальные миниатюры, являющиеся — как убедительно доказывает автор — поздними дополнениями; представлены обе створки резного переплета и подклеенная к его внутренней стороне древняя ткань, а также ряд тек-стовых страниц, дающих представление о красоте письма.
Особенно ценно, что благодаря продуманной конструкции макета книги, принадлежащей автору, читатель получает возможность как бы самому листать рукопись: книга сохраняет порядок следования миниатюр в рукописи и их сопоставления на разворотах — справа и слева, благодаря чему не нарушается продуманная средневековым мастером цельность художественного образа каждого разворота.
Кроме того, автор дополняет эту систему иллюстраций целым рядом фрагментов миниатюр и рельефов оклада, выделяя наиболее интересные детали и фиксируя на них внимание зрителя.
Такое выделение фрагментов, обычное в изданиях по искусству, тем более логично в данной работе, что важнейшей задачей исследования Н.Г. Котанджяна является полный и глубокий искусствоведческий анализ, именно в нем и состоит в первую очередь новизна и наибольшее значение его работы.
Текст книги отличается четкостью композиции и ясностью изложения. При всей серьезности и глубине исследования книга эта адресована не только специалистам, но и тем, кого интересует история нашей культуры и искусства.
Читатель узнает историю самой рукописи и историю ее изучения. Вместе с автором он следует по страницам рукописи, «проходя» через т.н. хораны — серию листов с орнаментально украшенными арочными построениями, которыми обычно открываются рукописные Евангелия — как через своеобразный портал вглубь рукописи, к ее основной, иллюстративной части, которая — как показывает автор — самим подбором сцен, избранных средневековым армянским художником, тяготеет не к повествовательной, а к символической трактовке содержания Евангелия.
Рассматривая особенности художественного языка, Котан-джян особое внимание уделяет колористическим решениям миниатюр, как основных, так и концевых, ибо именно в них, по мнению автора, воплотилось с наибольшей полнотой образно-эмоциональное содержание этой живописи.
Отдельная глава книги посвящена окладу, который, в отличие от миниатюр, как ни странно, почти не привлекал внимание исследователей. Автор доказывает, исходя из стилистического анализа его рельефов и особенностей иконографии сцен, что он был создан в VI веке, и не византийским, а восточным (скорее всего, армянским) мастером.
В заключение хочется сказать, что книга Николая Котанд-жяна, емкая по содержанию, написанная ясным и доходчивым языком, оформленная с большим вкусом, монографически представляющая счастливо уцелевший в длинной цепи драматических событий страны замечательный памятник раннес-редневекового армянского искусства, свидетельствующий о высоком уровне национальной художественной культуры, должна вызвать живой интерес у той части наших соотечественников, кому небезразлична судьба этой культуры.
Виген Казарян, доктор искусствоведения
