1914 г Ноябрь. В Елизаветополь (Гянджа) пришло известие, что император (Nicholas II or Nikolai Alexandrovich Romanov}, направляясь на Кавказский Фронт остановится проездом на городской станции и даже прогуляется, что он сделал днём раньше на станции Баладжары (рядом с Баку). Царь, при возможности выходил из вагона в народ почти каждый день, заодно и разминал ноги.
Городская знать и некоторые счастливчики с раннего утра старались занять удобные места, чтобы приветствовать, как и положено, его величество. Пятнадцатилетний дядя Мушег, благодаря, своему дяде железнодорожнику, стоял в первом ряду.
Он помнил, что накануне, знакомый казанский татарин, будучи навеселе, рассказывал окружающим пацанам, что несколько лет назад, “повстречав Николашку на набережной Невы, с криком и кулаками набросился на божьего помазанника, за проигранную русско-японскую войну в которой он участвовал.
Их быстро разняли, но ухо императору он успел сильно прокусить. В наказаниe его сослали на Кавказ, даже, дальше чем Лермонтова”.
Tеперь, когда Его Величество, проходя по перрону мимо восхищённой толпы, сравнялся с моим дядей, последний, рассматривая царскую особу чётко увидел шрам на правом ухе самодержца.
Дядя Мушег не верил своим глазам, но на всякий случай зауважал смелого татарина, который после этого случая попытался вступить в партию большевиков.
Полвека назад, дядя рассказывая мне этот эпизод, всё-таки, сомневался в происхождении шрама. В настоящее время, благодаря всемирной паутине, можно узнать имя человека два раза ударившего молодого Николая саблей по голове.
Это был городовой города Оцу (Япония) самурай Цуда Сандзо. Николай получил по голове, якобы за то, что по пьяни справил нужду на японскую святыню. В других источниках утверждается, что Николай и его кузен Георг стучали палками по колоколам в синтоистском храме.
На фото: император на станции Сарыкамыш, который являлся центром одной из важнейших операций на Кавказском фронте.
Vladimir Grigoryan Αριστοτέλης: φιλόσοφος & Հայք և Հայոց աշխարհ
