Анализ автора публикации Михаила Крутихина реалистичен и аргументирован. С коммерческой точки зрения такой проект, как Турецкий поток не имеет никакго смысла. Разве что для тех, кто привык на такого рода глобальных стройках филлигранно раздувать распиливать бюджет.
Организаторы проекта, которые подписывают не рентабельные договора с партнером, который еще не давно был врагом, не могут не знать этого. На дицо преследование более глобальных целей, которые однако с легкостью просчитываются практически всеми действующими игроками.
Но это не мешает организаторам упорно продолжать преследовать свои цели не смотря ни на что как в военном плане, так и в финансовом. Проще говоря – плевать не только на кошельки налогоплательщиков, но и на их безопасность и жизни.
Оригинал публикации: Carnegie Moscow Center Автор: Михаил Крутихин
В отличие от украинского и германского маршрутов в Турции российскому газу придется столкнуться с жесточайшей конкуренцией со стороны Азербайджана, Ирана, Ирака, а возможно, еще Туркмении и Израиля.
Маршрут для этих конкурентов «Газпрома» будет намного короче, а строительство трубопроводов намного дешевле. Рынок газа в юго-восточной и южной Европе не так велик и значительно вырасти не обещает.
Россия отдает контроль над южным направлением своего газового экспорта недавнему врагу и члену НАТО — Турции, которая к тому же ведет боевые действия в Сирии далеко не на стороне России. Именно так в сухом остатке можно трактовать договоренности, достигнутые на днях в Стамбуле.
Министры энергетики России и Турции подписали в присутствии президентов Владимира Путина и Реджепа Тайипа Эрдогана межправительственное соглашение, пообещав двустороннюю государственную поддержку проекту газопровода «Турецкий поток».
Если — и пока это очень большое «если» — проект осуществится, «Газпром» переведет значительную часть своего экспортного потока газа с украинской на турецкую территорию.
В чем смысл замены одной транзитной территории на другую? Когда в 1997 году в России началась работа по созданию газотранспортных систем «Северный поток» на Балтике и «Южный поток» через Черное море, руководство страны и «Газпрома» твердило, что по новым трассам пойдут новые объемы газа по новым контрактам, не нарушая работу существующих маршрутов.
Потом появились осторожные признания, что часть газа из старых труб планируется убрать. Сейчас официальная задача потоков сформулирована окончательно: обойти Украину, где якобы существуют политические и технические риски нарушения поставок российского газа в Европу.
Несмотря на надежность и сравнительную дешевизну старого маршрута, в Москве решили оставить Украину без транзита, то есть наказать недружественную соседнюю страну лишением ее примерно 2 млрд долларов годового дохода от транспортировки российского газа европейским потребителям.
«Газпрому» было поручено обеспечить обходные пути, и, судя по всему, компании приказали патронов не жалеть, то есть не обращать внимания на то, во что может обойтись такое мероприятие.
Такой подход к решению политической задачи, поставленной в Кремле, совпал с интересами традиционных подрядчиков газпромовских инфраструктурных проектов, по странному, но привычному совпадению оказавшихся близкими друзьями российского президента.
Именно им достались контракты в рамках «Северного потока» и «Южного потока» на прокладку трубопроводов и строительство компрессорных станций на российской территории.
Именно они продемонстрировали мастерство в раздувании смет: на участке Грязовец–Выборг средняя цена километра трассы достигла $4,8 млн, что втрое превышает затраты аналогичных проектов в других странах.
Деньги шли и трубопроводы строились даже тогда, когда заранее было понятно, что проект провальный: это случилось с трассой Сахалин–Владивосток, а затем и с «Южным потоком», на который «Газпром» впустую потратил до $17 млрд, пока в декабре 2014 года Владимир Путин не признал, что продолжить намеченную трассу на другом берегу Черного моря не удастся, и объявил о новом проекте, получившем название «Турецкий поток».
Дальше, пока российские чиновники вели переговоры с изумленными такой инициативой турками и обещали им за согласие принять трассу скидку в цене поставляемого газа в размере 10,25%, «Газпром» начал действовать в противоположном направлении.
Компания полностью прекратила финансирование этого направления, упразднила департамент, отвечавший за проект, а два итальянских судна-трубоукладчика, которые почти год проболтались в Черном море без работы, были отпущены (итальянцы предъявили «Газпрому» иск на солидную сумму).
В попытке спасти «Южный поток» в новом облике и оправдать хотя бы часть колоссальных затрат, Министерство энергетики России вело с турками переговоры о прокладке хотя бы одной нитки газопровода мощностью около 16 млрд кубометров в год вместо запланированных четырех ниток.
Турки требовали гарантий по ценовой скидке. Контакты прекратились после инцидента со сбитым российским самолетом в Сирии и возобновились в рамках нормализации двусторонних отношений.
Уступки по межправительственному соглашению были двусторонними. По сведениям из Минэнерго РФ, российская сторона согласилась на скидку по цене газа, а турки – на включение в документ второй нитки газопровода.
В Киеве к ситуации с обходными потоками относятся с огорчением и некоторым недоумением. Участники второго Украинского газового форума, который проходил 12–13 октября, констатировали, что две страны, которые на словах выступают как большие друзья Украины, то есть Турция и Германия, поддержали строительство обходных газовых маршрутов и, следовательно, прекращение транзита газа через украинскую территорию.
Германия, выразившая готовность принять у себя вторую очередь «Северного потока», видит себя в роли хаба по распределению потоков российского газа в северо-западной и центральной Европе. Европейские трейдеры надеются, что «Газпром» использует новый маршрут для поставок газа на новых коммерческих условиях. Что же касается Турции, то она получает ключ к стратегически важной инфраструктуре России и рычаги политического и экономического воздействия на Москву.
В отличие от украинского и германского маршрутов в Турции российскому газу придется столкнуться с жесточайшей конкуренцией. Там уже строится газопровод TANAP, который поставит по уже заключенным контрактам газ из Азербайджана не только в Турцию, но также в Италию, Грецию и Болгарию.
В дальнейшем, как рассчитывают в Анкаре, в направлении европейских рынков через турецкую территорию пойдет газ из Ирана и иракского Курдистана. Нельзя исключать подключение к тому же маршруту в будущем газа из Туркмении и даже Израиля. И маршрут для этих конкурентов «Газпрома» будет намного короче, чем путь с Ямала через всю Россию и Черное море, а строительство трубопроводов намного дешевле.
К тому же в результате прекращения транзита газа в Турцию по нынешнему маршруту через Украину, Румынию и Болгарию старый газопровод можно реверсировать и поставлять газ в Болгарию и Румынию из Каспийского региона и с Ближнего Востока. Болгары уже лелеют мечту о создании у себя газораспределительного хаба.
Что касается второй ветки «Турецкого потока», то с ней ясности нет. В Анкаре согласились ее принять, но в межправительственном соглашении отмечено, что «Газпром» может отказаться от ее прокладки.
Летом на Экономическом форуме в Санкт-Петербурге министры энергетики России и Греции подписали меморандум о возможности строительства «Южно-Европейского газопровода» от турецкой границы через Грецию в Италию и, возможно, в Австрию через Сербию (где этот маршрут может сомкнуться с потоком российского газа «Северного потока» из Германии).
Для того чтобы обойти антимонопольные требования Евросоюза, оператором проекта решили сделать не «Газпром», а российские и греческие банки в форме совместного предприятия при первоначальном российском финансировании. Вот только через пару месяцев греки объявили, что проект хороший, но состоится он лишь после благословения Еврокомиссии. А настроения у европейских регуляторов сейчас не в пользу «Газпрома».
Рынок газа в юго-восточной и южной Европе не так велик и значительно вырасти не обещает. Поэтому конкуренция там будет острой (даже если не принимать во внимание глобальный переизбыток сжиженного газа), и российский товар придется предлагать с огромными скидками, никак не оправдывающими расходов по добыче и транспортировке.
Месть Украине за нежелание следовать курсом Москвы очень дорого обходится и еще обойдется и «Газпрому», и бюджету России, и в итоге российским гражданам. В выигрыше останутся только близкие к Кремлю подрядчики и, конечно, европейские потребители газа.
