Венецианское издание посвятило одну из публикаций занимательному эпизоду из жизни Иосифа Сталина.
Один из городских сайтов Венеции Veneziaitaliani написал заметку о путешествии Сталина – тогда ещe молодого Кобы – на остров Св. Лазаря.
В январе 1907 года молодой грузин, прихрамывая, спускается по трапу с одесского парохода в порту Анконы. Голубые глаза, тeмные волосы, неухоженная борода. Итальянского он не знал, но знал английский, русский, грузинский и армянский. Это был Коба – Иосиф Джугашвили. Сталиным он стал позже, с 1913 года.
Приехал он в гостиницу “Рома э паче” с видом на Адриатику. Здесь он, по рассказам, устроился ночным портье. Говорят, в номерах над головой Кобы через несколько лет разместился Муссолини с Анжеликой Балабановой… Но в Анконе Коба пробыл недолго. Через некоторое время он уехал в Венецию.
Армянские монахи-мхитаристы на острове Св. Лазаря его уже ждали. Иосиф у них стал Беппе (от Джузеппе), а Джугашвили – “дель Джиассо”. Может, сами того не зная, они попали в точку: словом “джиассо” венецианцы на своем диалекте называют лед. Но встреча была совсем не ледяной. Монах Игнацио Джурекян с братией ценили Иосифа в двух ипостасях – одаренного поэта и хориста.
В благодарность за приют Коба стал звонарем и прислужником, прибирая в церкви. Но душа его лежала к стихам, которые он слагал по вечерам, и к ночным прогулкам по заливу.
Но нежелание подчиняться кому бы то ни было проявилось у “ледяного Иосифа” довольно скоро. Колокольный перезвон он творил по-своему, не обращая внимания на порядок, утвержденный братией. Самоуправства монахи терпеть не стали, и будущий “отец народов” оказался за воротами монастыря. Оттуда он отправился в Берлин.
Но “сталинский след” в Анконе остался на десятилетия. Когда журналист Рафаэле Салинари побывал в вестибюле до сих пор действующей “Рома э Паче”, он увидел на стене вырезку из местной газеты 1957 года, где писалось о трудовой вахте великого вождя.
Венецианцам тема понравилась настолько, что останавливаться они не собираются. “Мы пойдем по следам ограбления Тифлисского банка, со взрывом на Эриванской площади в 1907 году. Не исключено, что в следующем рассказе мы увидим Сталина на Капри, в доме Горького…
Или снова у армян Венеции, где он попытается сбыть награбленные банкноты”, — пишет автор статьи Франко Коре. Продолжение следует, обещает он.
