Когда я написал это рассказ, мне написали: – Не надо смерти… Пусть живет… Я решил изменить концовку и добавить еще пару строк… Я не Бог. Но я в силах сделать так, чтобы Они жил… в моих рассказах. И в моем сердце… Навечно.
———————-
Растерзанная земля… Сотни смертоносных осколков… Пропахали каждый сантиметр… Впиваясь в землю, пропитали её запахом страха и смерти…
Вонь от сотен килограмм взрывчатки остановила воздух. Нависла над окопами и словно кричала им:
— Умрите. Да, умрите вы наконец…
Вой десятков снарядов и мин прижимал их к земле… Каждая пуля вбивала их в землю… Чтобы они не смогли подняться. Поднять головы. Выстрелить в ответ. Убитая снарядами земля накрывала их. Хоронила. А они вставали. Отряхивались и вновь:
— Огонь!!! Огонь!!!
Отбрасывая раз за разом оголтелых убийц, рвущихся к ним.
– Огонь!!! Огонь!!!
С каждой минутой их становилось все меньше…
— Огонь!!! Давайте ребята!!! Ог…
Голос командира затих… Навсегда взлетев в Небеса…
Мины… Снаряды… Пули… Впиваясь в землю, наслаждались своим триумфом… Впивались в тела вчерашних пацанов… Ещё немного и все… Но вновь, над истерзанными окопами звучит юношеский голос:
— Огонь… Огонь… До последнего патрона… Огонь!!!
Снаряды… Мины… Сотни пуль… Сотня стволов против… Уже… Пятерых… Ещё один мальчишка замер… Прижавшись к Родной земле… Но все равно… Над истерзанной землёй несётся крик:
— ОГОНЬ! Мать вашу!
Один… И истекающий кровью друг… Последний патрон… Отброшен автомат… Последний доклад:
— Все погибли! Я остался один! Но они не пройдут…
Граната в руке … Выдернута чека… Он посмотрел на крадущегося врага, который со страхом приближался к его позиции. Встал во весь рост и, с усмешкой, взглянул на приближающихся.
– Прости, МАМА!!!
Ладонь разжалась… В последний момент, Он успел заметить как округлились от страха глаза приближающих врагов. Каким то седьмым чувством почувствовал движение сзади. И, в следующую секунду, он летел. Удар…
Сверху навалилось что то темное и тяжелое. Вот и все… Сознание медленно возвращалось к нему. Голоса… крики… выстрелы… взрывы. Какой то голос проник в голову, словно из далека.
Он открыл глаза. Лицо в камуфляжной раскраски. Удивленные глаза уставились на него.
Что то говорит…
– Сукии…- простонал он и резко потянулся к ножу закрепленному на разгрузке незнакомца
Незнакомец схватил его за руку… Прижал его к себе.
– Все… все… успокойся! Свои… сынок.. свои…
По щекам командира спецгруппы текли слезы…
