Что же произошло в Баку? Баку в начале века был особым местом: после открытия там нефтяных залежей в Баку хлынули толпы предприимчивых людей, и он стал интернациональным городом. Прибыли в Баку также и армяне, и очень скоро они заняли ведущие позиции в промышленности и торговле.
Местных татар (закавказские татары – современные азербайджанцы) это раздражало, и у них появилась глухая озлобленность против армян, которых они всегда считали рабами, а тут вынуждены были признать за ними предпринимательский талант.
Но для неприязни к армянам были и политические соображения. Армянский элемент в Закавказье считался революционно настроенным, а дашнакская партия, по мнению царской охранки, для царского самодержавия представляла не меньшую опасность, чем социалдемократы или эсеры. Царское правительство решило использовать татар против армян и стало вооружать их.
Татары были лояльны по отношению к царскому правительству и верно служили ему. Кроме того, события в Турции, а именно вооруженная борьба армян за свои права, очень серьезно встревожили татар, и они искали повода для организации погромов армян.
Удобного повода не представлялось, и тогда русская жандармерия стала распространять слухи о том, что армянские комитеты готовят погромы против татар. Слухи эти были совершенно нелепы, поскольку в Баку татары составляли основное большинство населения, были организованы и намного лучше вооружены, чем армяне.
В начале 1905 года царские власти дали понять татарам, что они могут безнаказанно грабить и убивать армян и что в этом вопросе правительство будет стоять на их стороне. И вот когда татарские громилы были готовы к действию, повод нашелся.
В начале февраля 1905 года русские солдаты везли из зала суда в тюрьму одного из главарей татарских бандитов — Ашурбекова. Арестованный попытался бежать. Солдаты, среди которых был также один армянин, стали стрелять в убегающего. Случайно или неслучайно Ашурбеков был застреляй солдатом-армянином. Присутствовавшие при этой сцене татары моментально подняли крик и тут же, на месте, решили отомстить этому солдату.
В судьбоносный день, 6-го февраля, у армянской церкви собрались верующие, среди которых был также и солдат, застреливший Ашурбекова. К нему прямо во дворе церкви подошел татарин Бабаев и ранил его из пистолета. Армяне немедленно арестовали Бабаеза и сдали его жандармерии. Однако Бабаев случайно, или неслучайно, вырвался и бежал от жандармов. Тогда за ним погнались несколько молодых армян и убили его.
В тот же день, поместив труп Бабаева на тележку, татары стали возить его по различным кварталам города, призывая к мести. Власти им не мешали. Вечером того же дня на улицы высыпала толпа вооруженных татар и начала убивать встречных армян. В них стреляли также из окон и с балконов татарских домов. До поздней ночи длился этот погром, однако число жертв было относительно небольшим: несколько десятков убитых и столько же раненых.
Настоящий и массовый погром начался на следующий день. Но нападение татар было столь неожиданным, что комитет дашнакской партии Баку не только растерялся, по просто потерял голову. Силы сопротивления были малочисленны и, кроме того, вооруженные бригады находились вне города, на окраинах — в Черном городе и в Балаханах — и собрать их было очень трудно, поскольку дороги, ведущие в город, были перекрыты жандармами. Интересно отметить, что вооруженные татары свободно расхаживали по городу, между тем как армянам запрещалось перемещаться из одного района в другой.
Кроме того, оружейные склады дашнакской партии находились в татарских кварталах, куда в сложившейся ситуации пробраться было почти невозможно. Ко всем этим трудностям нужно прибавить еще и тот факт, что партии казалось, что это лишь временная вспышка татарского фанатизма и что она уже идет на убыль. Партия ограничилась тем, что вместе с русскими революционными партиями выпустила листовки с призывами к миру.
Но вскоре стало ясно, что погромы подготовлены высшим начальством и направлены они не столько против народа, сколько против самой дашнакской партии. Тогда партия обратилась к губернатору Накашидзе (который не скрывал ни своей ненависти к армянам, ни своего соучастия в погромах армян) с предупреждением, что если власти не защитят народ, то вся ответственность за погромы ляжет на них.
Накашидзе никак не реагировал на предупреждение армян и появлялся то в одном, то в другом районе города, на белом коне, в сопровождении казаков, и сам воочию видел ужасы погрома. Когда избитые, окровавленные армянские женщины, хватаясь за стремя его лошади, умоляли о спасении, князь Накашидзе отвечал, что не может остановить погромы, поскольку у него для этого нет достаточного количества войск.
Тогда армяне обратились к Накашидзе с просьбой выдать им оружие для самообороны, но получили категорический отказ. Между тем ужас обуял армян, и они заперлись в своих домах, не выходили на улицу. Тогда татары стали обливать дома армян нефтью и поджигать их.
Так погибла, например, семья богатого армянского промышленника Лалаяна. Погиб в своем горящем доме и промышленник Агамян с женой и ребенком. Татары осуществляли погромы и сжигали дома армян с легкостью, поскольку народ был не вооружен и к самообороне не подготовлен. Примерно 60 часов длился этот безнаказанный шабаш, и улицы Баку стали полны трупами убитых и изнасилованных армян.
Отрывок из книги Эдуарда Оганесяна «Век борьбы» Продолжение следует
Читать также: Операция «Буря» — Сбор средств для освобождения Армении — 1899-1903 гг., Сасунское восстание — Век борьбы, Сасунское восстание — Панический побег турок и курдов при появлении Андраника, Сасунское восстание — Осажденный Кэликюзан, Сасунское восстание – Гражданское устройство , Сасунское восстание – Царская дипломатия, Сасунское восстание – Царизм поддерживает и углубляет ненависть, Союз царской России и Турции в походе на Армению, Сасунское восстание – Панисламисты
