Сто лет назад после подписания Мудросского перемирия (1918 г.) новое турецкое правительство под давлением международной общественности приняло решение привлечь к ответственности виновных во втягивании Турции в войну и организацию геноцида армян.
В 1919-1920 гг. состоялся судебный процесс и главари партии младотурок были приговорены заочно к смертной казни. Однако они благополучно покинули пределы Турции и избежали кары. Но долго наслаждаться жизнью им не удалось. Деятели армянского национально-освободительного движения в рамках операции “Немезис” привели приговоры в исполнение.
Помимо тех, кто осуществил геноцид в Турции, армянские мстители ликвидировали некоторых деятелей мусаватистского Азербайджана. 19 июня 1920 года Арам Ерканян (в левом уголке снимка, на котором генерал Людендорфф и Талаат-паша ) в Тифлисе убрал Фатали хана Хойского, виновного в резне армян в Баку в сентябре 1918 г. Предлагаем очерк об отважном члене “Немезиса” — Араме ЕРКАНЯНЕ, видном деятеле национально-освободительного движения.
Ерканян — представитель знатной фамилии, давшей Армении замечательных музыкантов, историков, архитекторов. Он родился в Карине (Эрзрум), где и получил образование. Во время геноцида находился на родине, а когда русские войска отступили, ушел с ними на Кавказ и вступил в армянский добровольческий отряд под руководством Драстамата Канаяна.
Во время Баш-Апаранского сражения командовал пулеметным взводом, был на передней линии. Состоял в партии Дашнакцутюн. По-видимому, Арам был тайным сотрудником спецслужб Республики Армения. По крайней мере известно, что в 1919 году он был в Константинополе с некой секретной миссией.
В Константинополе он и познакомился с выдающимся деятелем национально-освободительного движения Шааном Натали (Акоп Тер-Акопян). Эта встреча изменила жизнь Ерканяна. “Мне сразу же показалось, что я знаю его с детства. Нет, этот парень особенный — подсказывало мне сердце”, — напишет потом об Араме Шаан Натали.
Осенью 1919 года в Ереване состоялся IХ съезд партии Дашнакцутюн, на котором было принято историческое решение о приведении в исполнение смертных приговоров в отношении главарей младотурок и предводителей мусаватистского Азербайджана, повинных в осуществлении геноцида армян. Было рассмотрено 650 имен исполнителей и пособников геноцида.
Из них был отобран 41 главный виновник. Операция получила название “Немезис”. (Немезида — имя греческой богини возмездия.) Для осуществления операции был образован ответственный орган, возглавляемый послом Армении в США Арменом Гаро.
Оперативное руководство и материальное обеспечение было поручено Шаану Натали и Григору Мержанову. Шаан сразу же взялся за поиски надежных людей, способных выполнить ответственную миссию. На Согомона Тейлеряна и Арама Ерканяна ставку он сделал сразу же. Араму была доверена первая акция, а первой жертвой был выбран бывший премьер-министр Азербайджана Фатали хан Хойский, лично отдавший приказ о резне армян в Баку и Шуше.
Операция была выполнена блестяще. Хойский был застрелен в тот момент, когда прогуливался в Тифлисе по Головинскому проспекту вместе с другим палачом армянского народа — бывшим министром внутренних дел Халил беком Хасмамедовым. Хойский умер на месте, Хасмамедов — в больнице.
Вот что пишет об этом в своих мемуарах Шаан Натали: “Только тот, кто знал хана Хойского, знаком с его историей, может оценить мужество Арама. В сопровождении своей свиты хан разгуливал по улицам Тифлиса, игнорируя вынесенный армянами приговор. Ведь все покушения на него оканчивались неудачей.
Опытный и наглый зверь, он не учел только одного — что перед ним, разорвав бронированную цепь телохранителей, один на один встанет Арам и совершит справедливый приговор. Арам хотя и был ранен, под градом пуль сумел доказать, что он так же ловок и хитер, как и смел…”
«Тебе достался Шакир»
Еще до формирования группы “Немезис” декретом Османской империи от 16 декабря 1918 года лидеры партии “Единение и прогресс” и ряд видных деятелей младотурецкого правительства были преданы суду. Им было предъявлено обвинение в вовлечении Турции в войну и организации депортации и геноцида армян.
В феврале 1919 года в Константинополе начался судебный процесс над младотурками. Среди обвиняемых были бывший великий визирь, председатель комитета “Единение и прогресс” Саид Халим-паша, министр внутренних дел Талаат, военный министр Энвер, министр военно-морского флота Джемал, члены генерального совета Ибрагим Шюкри, Халил и Ахмет Нессими, глава центрального аппарата тайной организации “Тешкилати махсуссе” доктор Бехаэтдин Шакир и другие. Члены трибунала единогласно решили приговорить лидеров партии “Единение и прогресс” к смертной казни. Но приговор был заочным, так как все они бежали. Одним из тех, кому было суждено привести этот приговор в исполнение, был Арам.
Вот что пишет сам Арам Ерканян в своих мемуарах про тот день, когда он от Шаана Натали узнал, какая ответственная миссия ему доверена. “…И когда я расставался с ним, он с улыбкой прошептал: “Тебе достался Бехаэтдин Шакир. Ты должен наилучшим образом узнать, кто выпал на твою долю. Это он одобрил злодейский замысел — утопить в море армянских детей и исполнил его руками Азми-паши.
Это он приказал отравить всех тех детей, которые еще могли помнить своих отцов и матерей. Этот преступник объехал буквально все вилайеты, изучая и оценивая действия губернаторов, повсюду организовывал депортацию, определял формы уничтожения армян и назначал конкретных исполнителей.
И горе тому, в ком он мог заподозрить недостаток жестокости… Остальное я доскажу тебе в тот день, когда ты сам увидишь в Берлине эту гиену в обличии европейского джентльмена…”
А вот строки из приговора турецкого трибунала: “…Доктор Бехаэтдин Шакир отправился в Трапезунд, Эрзрум и другие вилайеты в качестве председателя Специальной организации, состоящей из чете (нерегулярных войск) и преступников, освобожденных из тюрем.
Взяв на себя руководство этими отрядами, он явился автором трагических актов массовых убийств и хищений…” Арам хорошо знал, с кем будет иметь дело. Несколько членов его семьи стали жертвами деяний этого палача. Он был счастлив, что ему доверена честь отомстить за них. В этом ему помогали Григор Мержанов и Грач Папазян, выслеживавшие лидеров младотурок в Берлине. Арам немедленно отправляется в Германию.
В дороге он узнает об успехе очередной акции “Немезиса”. Все европейские газеты писали о том, что 5-го декабря 1921-го года в Риме был убит бывший великий визирь Османской Турции Саид Халим-паша. Это было делом рук друга и соратника Арама по “Немезису” Аршавира Ширакяна. “Браво, Аршавир, — подумал Арам. — Я приму у тебя эстафету”.
Мститель тогда еще не знал, что спустя всего пару недель Аршавир будет направлен в Берлин и присоединится к нему для помощи в осуществлении операции по устранению Бехаэтдина. Но убийство Саида усложнило задачу, так как скрывающиеся в Европе предводители младотурок стали еще более скрытными и осторожными.
Выйти на след Бехаэтдина можно было через бывшего губернатора Трапезунда Джемала Азми, который был близок с семьей Шакира. Он имел в Берлине небольшой магазин. В годы Первой мировой войны Джемал Азми прославился необыкновенной, чудовищной жестокостью по отношению к армянам.
В приговоре турецкого трибунала о нем говорится: “Часть женщин и детей по его приказу оставили в Трапезунде, разместив в больницах и домах дервишей якобы с намерением защитить их. Во многих местах женщин и даже девочек, собранных в группы, посадили на баржи под предлогом отправки морем в другое место.
Но как только баржи исчезли из виду, эти женщины и дети были сброшены в море и утоплены…” Арам и Аршавир получили приказ — постараться через Джемала Азми выйти на Бехаэтдина Шакира и застрелить их обоих.
Эта миссия стала для Арама делом всей его жизни. Однажды в одной турецкой кофейне Арам услышал разговор сына Джемала Азми Экмеля со своими друзьями. Тот рассказывал, что в 1915 году отец подарил ему — 14-летнему юнцу — целый гарем из 8-10-летних девочек из знатных армянских семей Трапезунда.
При одном воспоминании о тех днях у негодяя текли слюни. “Иногда мой отец завидовал мне, видя меня разлегшимся на этих бутонах лилий…” — рассказывал сын палача. Арам еле сдержался, чтоб не застрелить Экмеля прямо в кофейне. Но возмездие не заставило себя долго ждать. Бехаэтдина удалось выследить. Как оказалось, он часто гостил в доме Джемала Азми.
Последний ужин сладкой парочки
Вначале акция была запланирована на 15 марта. Этот день был символичным — ровно год назад Согомон Тейлерян застрелил Талаата-пашу. Но главная причина выбора даты заключалась в том, что в этот день возмездие можно было осуществить в отношении сразу нескольких палачей.
Ведь скрывавшиеся в Берлине соратники Талаата в связи с годовщиной смерти своего предводителя должны были навестить его вдову, дабы высказать слова утешения и поднять рюмку “раки” за упокой. Использовать шанс не удалось — подвел кто-то из информаторов. Но приказ оставался в силе — приговор должен быть приведен в исполнение в отношении как минимум двоих и одним из них непременно должен быть Бехаэтдин Шакир.
Значит, нужно дождаться случая, когда “кровавый доктор” вновь встретится с кем-то из бывших соратников. Спустя две недели по вине информаторов был упущен еще один такой шанс. Было известно, что член младотурецкого триумвирата, бывший министр военно-морских сил Джемал прибыл в Берлин для тайной встречи с Бехаэтдином и другими сообщниками.
Оттуда он должен был сразу же выехать в Москву для встречи с Назымом-пашой, координировавшим контакты младотурок с Владимиром Лениным. После этого планировал отбыть в Туркестан и присоединиться к басмаческим отрядам местных пантюркистов, возглавляемых бывшим военным министром Османской Турции Энвером.
Было установлено, что встреча Джемала с сообщниками состоится на вилле Энвера, расположенной в берлинском предместье Грюнвальд. Но, видимо, предводители младотурок, напуганные акциями “Немезиса”, решили перестраховаться и в последний момент изменили место сходки. А может быть, вновь подвели информаторы.
Арам и Аршавир были необыкновенно подавлены. И только Шаан Натали улыбался, дабы придать духа своим друзьям. Он-то был уверен, что и Джемал, и Назым, и Энвер рано или поздно получат свое.
Так оно и получилось. 25 июля 1922 года Джемал был застрелен в Тифлисе Петросом Тер-Погосяном и Арташесом Геворкяном. 4 августа 22-го Акоп Мелкумов в Туркестане зарубил шашкой Энвера. Назым же был повешен в Турции согласно приговору кемалистского трибунала за неудачную попытку покушения на Ататюрка.
Новый шанс осуществить возмездие возник сам собой 17 апреля. Арам и Аршавир выяснили, что вечером Бехаэтдин Шакир и Джемал Азми приглашены на ужин в дом бывшего начальника константинопольской полиции Азми-бея. Вместе с ними были их жены и дети, а также вдова Талаата-паши.
Пора действовать — решили мстители. Расчет был на то, что гостеприимный хозяин после сытного ужина выйдет проводить своих гостей и тогда можно будет уничтожить сразу троих. Так оно и получилось. Никто из женщин, согласно приказу, не должен был пострадать. Но вдова Талаата чуть было не вынудила Арама нарушить этот приказ.
Первый выстрел повалил Бехаэтдина, второй — Джемала Азми. Но кто-то из сопровождавших турок сумел оттолкнуть Аршавира и выбить у него из рук пистолет. Пока другие женщины причитали над трупами, госпожа Талаат проявила небывалую смелость и попыталась скрутить руки упавшему на скользкий булыжник Аршавиру.
И лишь приставленный Арамом к ее груди ствол пистолета заставил храбрую вдову понять, что проявляемая настойчивость может вынудить мстителя отказаться от принципа, согласно которому женщин и детей убивать нельзя ни в коем случае. Третий выстрел пришелся не в сердце женщины, а в лампочку уличного фонаря. В темноте было легче скрыться…
***
Немецкая полиция не нашла никаких следов. Наутро едва ли не все берлинские газеты опубликовали фотографию из морга, на которой были изображены тела убитых палачей. И только тогда Ерканян облегченно вздохнул — значит, выпущенная пуля действительно была смертельной. “Я чувствовал себя легко, будто гора, сдавливавшая грудь, наконец-то свалилась с меня. Возмездие свершилось. Обет мой, данный мученикам, исполнен”, — напишет потом Арам.
Свою книгу мемуаров “Так мы отомстили” Арам написал уже в Аргентине, куда он эмигрировал в конце 20-х. А до того он провел несколько лет в Румынии. В Бухаресте Ерканян основал армянскую газету и был ее редактором. Издавал газету и в аргентинском городе Кордоба. Туберкулез унес его из жизни совсем молодым. Могила Арама Ерканяна в Кордобе по сей день является местом паломничества аргентинских армян.
Артем Ерканян
