Третий год подряд Украина стремительно мчится «в Европу». И не то чтобы Европа была очень далеко, но марафон почему-то всё не кончается. От былого майданного прыжкового энтузиазма, за который сама помощник госсекретаря США по делам Европы и Евразии Виктория Нуланд платила булочками, остался минимальный запас.
Да и сам Евросоюз уже не очень-то рад видеть этих героев у себя. Может быть, дело в банально поднадоевшем репертуаре театра «революции достоинства».
А может, и в многочисленных мигрантах с Ближнего Востока и из Северной Африки, чьи амплуа и умение погружаться в роль оказались более востребованными. Ясно одно — слова главы ЕврокомиссииЖан-Клода Юнкера о невозможности вступления Украины ни в ЕС, ни в НАТО ещё в течение как минимум четверти века, не были какой-то оговоркой.
Это полностью сформированная на долгое время позиция всего ЕС и его руководства. И особенно болезненным для украинского руководства стал ещё раз чётко сделанный акцент — даже возможная ассоциация с ЕС не имеет никакого отношения к вступлению Украины в Евросоюз.
По большому счёту, это делает не особо интересным даже намеченный на 6 апреляконсультативный референдум в Нидерландах по Соглашению об ассоциации с Украиной. К чему сильно суетиться, если даже временного применения ассоциации с 1 января 2016 года из-за результатов этого референдума можно лишиться? Позор, что называется, гарантирован.
И снова окажутся правы циничные шутники из интернета насчет того, что если из требований Майдана и обещаний Запада вычеркнуть всё, что оказалось лохотроном, то получится, что украинцы третий год борются за права ЛГБТ…
Чрезмерные телодвижения как новый вид украинской дипломатии
Наверное поэтому новый украинский истеблишмент, так привыкший к тепличным условиям опеки своих заокеанских и европейских хозяев, забавно теряется, если от него ждут каких-то самостоятельных действий. Тогда любые малозначимые события преподносятся как большая дипломатическая победа (хотя неловкие телодвижения и смешат).
Как, например, предполагаемый брюссельский завтрак того самого жестокого и безжалостного господина Юнкера и президента Евросовета Дональда Туска в компании с Петром Порошенко. Не хочется верить, что чисто физиологическая версия о возрастании доброты и сочувствия у людей именно после сытной еды — это вся основа для дипломатического прорыва Украины. Хотя вроде бы Пётр Порошенко настроен серьёзно обсудить с европейскими властями безвизовый режим. Получится ли? Неизвестно. Ну, хоть покормят.
Хотя, если быть объективным, Украина всё же подготовила свой джокер для европейцев. Перед голландским референдумом в Амстердам агитировать едет мэр Киева Виталий Кличко. Что ж, голландцам наверняка будет интересно. Главное — положиться целиком на очень толкового переводчика и не давать мэру высказывать мысли самому. Чревато.
Кстати, буквально накануне намеченного брюссельского завтрака доброты всё та же Виктория Нуланд сильно обесценила аргументы Петра Порошенко, заявив на заседании Комитета Сената США по международным отношения, что Международный валютный фонд, как и правительство США, пока не может обеспечить дополнительную финансовую помощь Украине.
Коррупция, знаете ли, плюс значительная политическая нестабильность в стране. Крайне несвоевременное и совершенно нетактичное заявление по отношению к верному и европейски-стремительному президенту Порошенко. Особенно, если учесть, кто, собственно, стоял у истоков этой самой политической нестабильности на Украине.
«Вот и встретились два одиночества»
Неудивительно поэтому, что такая не очень-то благоприятная внешнеполитическая ситуация для Украины в целом и её руководства в частности заставляет это руководство предпринимать всё более активные шаги в данном направлении. Фактически вся внешнеполитическая деятельность курируется непосредственно самим Петром Порошенко.
Быть может, потому, что большого доверия нынешнему министру иностранных дел Павлу Климкину заслужить так и не удалось. А быть может, нынешнего президента терзает ностальгия по старым добрым временам, когда ему самому довелось быть министром иностранных дел во втором правительстве Юлии Тимошенко (Порошенко был министром иностранных дел с 9 октября 2009 года по 11 марта 2010 года).
Поэтому главное направление украинской внешней политики однозначно — это проамериканский (частично проевропейский, до определённых пределов) курс. Практика последних двух лет показывает — пусть Украина растеряла прежних друзей и проверенных внешних партнёров. Но главная концепция осталась неизменной: Украина делает и будет делать только то, что идёт в русле внешней политики Соединённых Штатов, и никакой собственной инициативе тут места нет.
Поэтому ни для кого не стал особой неожиданностью внезапно наметившийся турецко-украинский союз. И хотя Турция и Украина представляют собой два совершенно разных типа государства (от политической системы — до культурных традиций и религиозных верований), у них есть явные общие черты: обеим странам в своё время пообещали приманку евроассоциации. И обе эти страны на нынешнем этапе развития практически полностью зависят от Соединённых Штатов, а в силу этого уже включены в общую схему Pax Americana (лат. «Американский мир»).
Отдельные попытки попробовать сколотить нечто подобное уже наблюдались не так давно в этом же регионе: с 1997 года в секторе Чёрного моря существует Организация за демократию и экономическое развитие, ГУАМ. Фактически ни шатко ни валко это антироссийское территориальное объединение из бывших республик СССР существует и по сей день. А вот объединения бывшей части Советского Союза с государством-членом НАТО в этом регионе в мировой практике еще не было.
Поэтому во время визита Петра Порошенко 9−10 марта в Анкару «главное внимание уделялось именно организации сотрудничества двух стран в оборонной сфере». Это на официальном новоязе. А проще говоря, быстрыми темпами воплощалась явная заокеанская установка по формированию прообраза военного блока в районе Чёрного моря (по мотивам приснопамятных СЕАТО, СЕНТО (Багдадского пакта) или АНЗЮС, которые в 1950—1960 годы США сколачивали по всему миру). Сегодня это только Украина и Турция. Но, как знать, не «пристегнут» ли к ним, скажем, послушную Штатам Болгарию или Грузию?
Поэтому-то главным итогом встречи в Анкаре стала совместная декларация о намерении срочным порядком усилить сотрудничество в сфере безопасности, прежде всего, в Черноморском регионе, а также о развитии кооперации в сфере оборонно-промышленных комплексов Турции и Украины. Эта декларация завершила пятое заседание Стратегического совета высокого уровня между Украиной и Турцией, которое состоялось под совместным председательствомРеджепа Тайипа Эрдогана и Петра Порошенко.
Всё остальное из турецко-украинских переговоров и подписанных соглашений идёт уже в комплексе к этому основному документу: и вероятное создание к концу 2016-го зоны свободной торговли между государствами, и возможный $ 50 млн турецкий кредит Украине на пять лет под 2,5%, и даже одеяла, спальные мешки и палатки для украинских военных аж на $ 810 тысяч, которые доставили в Украину на двух кораблях.
Последний момент, кстати, весьма знаковый: т.н. «татарские батальоны», по заверениям Ленура Ислямова и Мустафы Джемилева, обязательно войдут в состав вооружённых сил Украины и Нацгвардии. Так не их ли уже открыто снабжает Турция с помощью остатков украинского флота? И не с помощью ли этих батальонов Турция намерена вернуть себе Крым, некогда фактически ей принадлежащий? Ведь в необъявленной войне джемилевского Меджлиса против Крыма она уже участвует.
Кто-то скажет: «Да нет, ведь Порошенко сказал, что Крым — это Украина». Ну да. Конечно. Тогда эти сообщения о «картинках Эрдогана» из Херсонской области — что? Чьи-то детские шалости?
Кстати, в среду 16 марта Пётр Порошенко подписал указ, которым ввёл в действие решение Совета национальной безопасности и обороны Украины от 4 марта «О Концепции развития сектора безопасности и обороны Украины».
Согласно этому документу, наиболее актуальными будет оставаться противодействие угрозам агрессивных действий России для истощения украинской экономики и подрыва общественно-политической стабильности с целью уничтожения Украины и захвата ее территории; применение военной силы, а также технологий гибридной войны; временная оккупация РФ территории Крыма и дальнейшие действия по дестабилизации обстановки в Балто-Черноморско-Каспийском регионе. Но это так, к слову…
