Турецкая версия секуляризма знает свободу вероисповедания, но не свободу религий.
Турецкая версия секуляризма знает свободу вероисповедания, но не свободу религий.Бундестаг Германии намерен 2 июня рассмотреть и принять постановление «Память и напоминание о Геноциде армян и других христианских меньшинств в Османской империи 101 год назад». Судя по всему, за него готовы проголосовать представители ХДС/ХСС, СДПГ и «зеленые».
Немецких депутатов не останавливает негативная реакция Турции. По словам сопредседателя «зеленых» Джема Оздемира, «вполне может быть, что есть проблемы у Анкары. Но бундестаг не может, чтобы его шантажировал такой деспот, как господин Эрдоган».
В свою очередь лидер парламентской фракции СДПГ Томас Опперман считает, что на принятие постановления не должны повлиять даже «трудные переговоры в кризисной ситуации с беженцами», так как «Германия несет в качестве бывшего союзника Османской империи особую историческую ответственность».
А глава фракции ХДС/ХСС Фолькер Каудер уверен, что признание геноцида поможет внести свой вклад в примирение «между армянами и Турцией». Год назад, когда весь мир вспоминал столетие Геноцида армян, в бундестаге уже обсуждался вопрос о принятии резолюции, но тогда правительству Ангелы Меркель удалось отбиться от инициативы оппозиционной партии «зеленых». Почему же сейчас в правящей коалиции мнение поменялось? Это первый вопрос.
А вот и второй вопрос. До недавнего времени турецкие власти в лице премьер-министра Ахмета Давутоглу подавали благоприятные сигналы местным христианским общинам.
Под конец 2014 года на банкете для национальных и религиозных меньшинств премьер заявил, что ассирийским христианам будет позволено построить храм в честь Девы Марии в Стамбуле, который стал бы, таким образом, первой новой церковью за историю существования Турецкой Республики.
До того Анкара придерживалась политики, принятой еще в Османской империи, когда христианским общинам за большие деньги и с долгими проволочками разрешалось разве что обновить или отремонтировать уже имеющиеся культовые сооружения.
Ранее турецкое правительство встало на сторону ассирийского православного монастыря Мор Габриэль, чьи земельные участки были захвачены местными курдами.
Это является «величайшим возвращением недвижимого имущества церковной общине», сделанным впервые в истории Турецкой Республики, комментировало в этой связи Radio Vaticana.
А в феврале 2015 года, выступая на съезде правления правящей Партии справедливости и развития, Давутоглу в абзаце своей речи, посвященном критике проживающего в США религиозного проповедника Фетхулла Гюлена, заявил, что ни сам проповедник, ни «еврейское лобби» или «армянское» не смогут «согнуть Турцию», но в то же время на встрече с представителями религиозных меньшинств в Анкаре премьер подчеркнул, что его правительство будет защищать христианские и иудейские общины в Турции от атак националистической пропаганды.
Однако в апреле этого года вдруг все резко изменилось. В начале месяца правительство распорядилось экспроприировать в историческом центре Диярбакыра, столице турецкого Курдистана, имущество и здания, в число которых попали христианские церкви.
Как сообщалось в правительственном бюллетене, под экспроприацию попали храм святого Кириака Армянской апостольской церкви, сирийский храм Девы Марии, халдейский храм Мар Саркис (святых Сергия и Вакха), католический армянский храм и протестантский молельный дом, а также более чем 6 тысяч домов, расположенных преимущественно в старом городе.
Затем турецкое Управление лесного хозяйства выступило с инициативой вернуть в распоряжение казны участок земли в Гоксу, а также в Умит-Тепе, которые четыре года назад были переданы Константинопольскому патриархату для богословской школы на острове Халки.
Патриарх Варфоломей высказал намерение встретиться с президентом Турции Реджепом Эрдоганом и обсудить этот вопрос, так как действия Анкары рисковали свести на нет предыдущие законодательные акты, направленные на возвращение имущества религиозным меньшинствам, ранее конфискованного властями.
Одновременно глава Константинопольского патриархата обратился за поддержкой ко внешним силам. Он посетил Вену, где провел переговоры с федеральным президентом Австрии Хайнцем Фишером, попросил того о поддержке в связи с «острым ухудшением положения христиан в Турции».
Однако «в ответ» ставленник Эрдогана, губернатор провинции Бурса Мунир Каралоглу выступил против открытия и освящения базилики Святого Георгия в местечке Ослудже, на которое был приглашен Варфоломей.
Нападки турецких властей на христиан хронологически совпали с решением президента убрать Давутоглу с поста председателя правящей партии, что влечет за собой и его отставку как премьер-министра, и, похоже, это не случайное совпадение.
Австрийское католическое агентство KATHPRESS сообщило, что «представители Константинопольского патриархата в последнее время вели переговоры о возвращении депортированных христиан и их потомков в Турцию, однако самодержавные планы Эрдогана ставят крест на этих усилиях».
Все говорит о том, что премьер начал отстраивать свой политический имидж от президента, которого на Западе и не только там все больше и больше видят неким «сумасбродным султаном», взявшим курс на исламизацию страны. «Прозападный» Давутоглу мог бы в таком случае быть выгодной альтернативой и для всего Европейского союза в целом и для Берлина в частности.
А там — кто знает, как долго президенту удалось бы удерживать власть в своих руках. Однако в итоге Эрдоган решил отделаться от многолетнего союзника и идеолога его курса, что автоматически подвергает ревизии политику премьера, включая его шаги навстречу христианским общинам.
Влиятельная немецкая газета Frankfurter Allgemeine Zeitung на днях посвятила президенту обширную статью под заголовком «Ислам и демократия: как Турция борется с религией».
Издание подчеркивает, что «турецкая версия секуляризма ведет к тому, что страна знает свободу вероисповедания, но не свободу религий», поскольку «государство ограничивает всю религиозную деятельность за пределами суннитского государственного ислама», а сам Эрдоган руководствуется кредо Людовика XIV: «Государство — это я». Такое «самодержавие» турецким христианским общинам предвещает лишь новые беды и страдания.
