На третьем этапе операции «Щит Евфрата» турецкая армия столкнулась с серьёзными проблемами. С 16 сентября, после вытеснения боевиков террористической группировки ДАИШ (ИГИЛ, ИГ — запрещена в России)из сирийских Джераблуса и Ар-Раи, двух сравнительно крупных населённых пунктов на границе с Турцией, продвижение интервентов застопорилось.
Из района севернее последнего оплота ДАИШ в провинции Алеппо — города Аль-Баб — поступает противоречивая информация. Согласно официальным лицам в Анкаре, с 24 августа, старта «Щита Евфрата», турецкому контингенту в содружестве с повстанцами «Свободной сирийской армии» (ССА) удалось зачистить от террористов порядка 900 кв. км территории на севере Сирии, южнее 100-километрового участка от Джераблуса до Аазаза.
Это подразумевает создание «зоны безопасности» (по терминологии властей Турции) размером, примерно, 30 на 30 км. Однако реальность зачищенного турецкой армией и «умеренными» боевиками «квадрата» оказалась весьма условной, также как и утверждения Анкары, что её партнёром в северной Сирии выступает исключительно ССА.
На 40-й день операции «Щит Евфрата» и 16-е сутки её третьего этапа, заточенного под взятие Аль-Баба, выяснилось, что очаги сопротивления ДАИШ в «зоне безопасности» 30×30 полностью не подавлены.
Более того, помимо продолжающихся обстрелов турецкого города Килис из ракетных установок, боевики ДАИШ на отдельных участках фронта смогли провести несколько успешных контратак. Так, в районе Ар-Раи и к югу от Джераблуса террористы успешными вылазками отбили несколько селений.
На подступах к Аль-Бабу лежит ещё одна точка присутствия ДАИШ в сирийской провинции Алеппо — посёлок Дабик. Здесь террористы возвели фортификационные сооружения, сконцентрировав те силы, которые практически без боя отступили из Джераблуса и Ар-Раи.
Одним словом — создали мощный укрепрайон. Настолько мощный, что турецкому командованию пришлось крепко призадуматься над необходимостью кратного увеличения наземной группировки сил в арабской республике.
Если раньше ВС Турции ограничивались вводом на сирийскую территорию формирований спецназа и экипажей бронетехники, то теперь рассматривается вопрос уплотнения личного состава «ограниченного контингента» наземными войсками. В бой могут вступить механизированные пехотные бригады из состава 2-й полевой армии Турции.
Данная перспектива настораживает политическое руководство и армейское командование страны. Особенно, когда из Сирии поступает не обнадёживающая их информация. Дело в том, что ряды «умеренных» боевиков оказались не такими монолитными, как надеялись в Анкаре.
По мере затягивания операции, туркам всё больше приходится сталкиваться с рядом ограничителей. Часть из них имеет внутренний для разношёрстного «джихадистского интернационала» характер.
Внутри того, что турецкие власти прикрывают вывеской «ССА» (группировки «Ахрар аш-Шам», «Фейляк аш-Шам», «Нур ад-Дин аз-Занки», «Сукур аль-Джабаль» и другие) нарастают «межгрупповые противоречия».
Одни группировки большей частью ориентируются на Турцию, но не прочь поиграть в самостоятельность. Другие открыто демонстрируют временный характер нахождения в альянсе с турецкой армией, и уже перебросили часть своих сил из-под Аль-Баба в восточные кварталы города Алеппо, где «умеренные» держат оборону и периодически контратакуют правительственные войска Сирии.
Эти брожения и разнобой в рядах протурецких боевиков-исламистов готов поддержать не кто иной, как союзник Турции по НАТО — США. Конечно, изыскивая выгоду для себя.
Турция разыгрывает собственную партию, основная цель которой сводится к убеждению США в том, что без её военного присутствия в «зоне безопасности» не решаем уже ни один вопрос.
В связи с этим, турецкая пресса обратила внимание на интересный факт, имевший место в сентябре. ДАИШ вернуло контроль над несколькими посёлками к югу от Джераблуса после того, как около 600 боевиков группировки «Сукур аль-Джабаль» отказались сотрудничать с прибывшими в этот район американскими спецназовцами (1).
Вашингтон отвечает Анкаре «взаимностью», о чём не стесняется писать даже близкая к правительственным кругам турецкая пресса. Параллельно обсуждению в Генштабе ВС Турции планов по вводу в Сирию пехотных бригад, такие официозные издания, как газета Yeni Safak, недвусмысленно стали винить США в застопорении «Щита Евфрата».
В ряде публикаций по этому поводу говорится, что «раскольнические» действия американцев в рядах ССА привели к тому, что сейчас к северу от Аль-Баба осталось не более 1800 «умеренных» боевиков.
В других материалах подаётся мысль о слабой поддержке турецкой армии со стороны её американского союзника и в части авиаударов по позициям ДАИШ, и в вопросе снабжения разведывательной информацией.
Дошло до того, что Yeni Safak стала в открытую намекать на оказываемую американцами поддержку террористов ДАИШ. Такая помощь, пишут турецкие авторы, якобы выражается скрытым снабжением американскими оперативниками джихадистов «халифата» данными о местах расположения протурецких боевиков.
Заголовок одной из публикаций Yeni Safak, повествующей о «двойном дне» вашингтонской политики по отношению к Турции, говорит сам за себя: «Игра США в Аль-Бабе».
Западные источники сообщают, что передовые группы сил спецназначения ВС США находятся примерно в 5 км от сирийского Дабика. Как можно понять, и здесь Вашингтон не упускают возможности показать Анкаре, что её действия тщательно отслеживаются, а сам бросок на Аль-Баб через Дабик вряд ли осуществим без активного подключения американского спецназа.
Списывание своих неудач на «путающихся под ногами» американских спецназовцев — наглядное свидетельство того, что у Анкары масса претензий к Вашингтону в связи с ситуацией на севере Сирии. США не упускают любой возможности внушить Турции, что она может вести военную кампанию в Сирии исключительно по американским правилам.
А это исключает любой намёк на «самодеятельность» Анкары, например, в виде установления прямого канала координации действий между Турцией и Россией в сирийской провинции Алеппо. В свою очередь, турецкого лидера Реджепа Тайипа Эрдогана и его генералов установка США действовать строго в пределах дозволенного решительно не устраивает.
Но у Эрдогана нет особого выбора, иначе он рискует нарваться на ещё большие неприятности, чем те, с которыми он столкнулся в середине минувшего лета. Власти постпереворотной Турции, где продолжается беспрецедентный по масштабам процесс подавления внутренней фронды, вынуждены мириться с реалиями в Сирии.
Хотя бы в силу того, что турецкая армия сейчас переживает, мягко говоря, не самый лучший этап своей современной истории, чтобы политики страны могли игнорировать навязываемые американцами правила игры в регионе.
По мнению видных турецких экспертов, армии потребуется, по меньшей мере, два года, чтобы восстановить силы после того, что с ней произошло (и происходит до сих пор) по итогам неудавшегося военного путча (2).
8 сентября, впервые после подавленной попытки переворота, Генштаб Турции опубликовал данные о численности войск. Простое сравнение с предыдущей статистикой от марта текущего года показало, что наибольшие изменения коснулись верхних и средних слоёв командного состава армии.
Весной у ВС Турции было 325 генералов и 32 451 офицеров ниже званием. В начале сентября турецкий генералитет уменьшился на 38% (!), до 206 военнослужащих, а офицерский корпус убавился на 8%, до менее 30 тыс. человек.
По некоторым родам войск вовсе наметился дефицит кадровых ресурсов. К примеру, из 600 военных пилотов, проходивших службу в марте 2016 года, к сентябрю осталось менее 300 лётчиков с высоким налётом часов и опытом участия в боевых действиях.
На каждый самолёт в составе ВВС Турции до 15 июля приходилось около двух военных лётчиков, после путча этот показатель снизился до 0,8. Такой «чистки» своих рядов турецкая армия не знала за все 14 лет правления Партии справедливости и развития (ПСР).
Устранение из вооружённых сил нелояльных политическому руководству страны элементов меньше всего коснулось 2-й полевой армии со штабом в Малатье. Именно на ней лежит основная боевая нагрузка, так как в зону её ответственности попадает юго-восток Турции с перманентным очагом курдского повстанческого движения и приграничные с Сирией районы.
Турецким политикам во власти хватило рассудительности, чтобы не распространить на 2-ю полевую армию в полной мере те процессы «очищения», которые в избытке продолжатся в других территориальных единицах ВС страны.
Около 20 бригад в составе 2-й полевой сохранили высокую боеспособность после 15 июля. За счёт этого в первые дни и недели операции «Щит Евфрата» армейскому командованию Турции, «зачищенному» до основания, удалось добиться ощутимых результатов на севере Сирии.
Впрочем, былой энтузиазм турецких военных, посчитавших для себя лучшим пойти на войну, чем попасть под «жернова» Эрдогана, на курдском (юго-восток Турции) и сирийском театрах военных действий неуклонно иссякает.
Выбить боевиков ДАИШ из сирийского Аль-Баба на «одном дыхании» не получилось. А война с курдами на собственной территории как была, так и остаётся долгой историей с призрачными шансами на полную капитуляцию «противника».
В глубоком тылу турецкой армии происходят события, которые также не способствуют слишком резвым телодвижениям Анкары в сторону Вашингтона. Число арестованных в Турции по делу «15 июля» достигло 32 тысяч.
В отношении 70 тысяч человек проведены следственные процедуры. Лишились работы тысячи турецких госслужащих, уволены сотни прокуроров, судей и полицейских. Даже Национальная разведывательная организация (MIT) страны во главе с абсолютно лояльным турецкому лидеру Хаканом Фиданом не избежала основательной кадровой чистки.
Было бы большим упрощением полагать, что Эрдоган и его команда стремятся к исключительно «быстрым решениям» в Сирии.
Разговоры о продлении режима чрезвычайного положения в стране, введённого с 21 июля на три месяца, прозрачные намёки на то, что турецкой армии придётся остаться в «зоне безопасности» к северу от Алеппо на более протяжённый отрезок времени, чем планировалось ранее — льют воду на мельницу политического руководства Турции.
Прикрывшись режимом ЧП, одной внутренней (с курдами) и внешней (в Сирии) войной, бессменный лидер нации ощущает себя более чем комфортно. Его руки внутри Турции развязаны, а влияние внешних ограничителей на южных рубежах страны можно попытаться переждать до лучших времён.
Факт вторжения в Сирию — это уже военно-политический успех Эрдогана, о котором он мог не иначе как мечтать до 15 июля. Другой вопрос, что выступавший до этого категорически против турецкой интервенции американский союзник не перестал чинить перед Анкарой всё более изощрённые препятствия.
В распоряжении Пентагона и Объединённого комитета начальников штабов ВС США сохраняется эффективный инструментарий влияния на ситуацию в северной Сирии. Игра «в своих и чужих боевиков» между Турцией и США на подступах к Аль-Бабу продолжится, и эта перспектива не может не беспокоить турецкие власти.
(1) Kadri Gursel, Turkey faces decision over boots on the ground in Syria // Al-Monitor, September 27, 2016.
(2) Metin Gurcan, How post-coup purges depleted Turkey’s military // Al-Monitor, September 16, 2016.
Фото: Telegraf
