Итоги встречи “нормандской четверки”, судя по первым комментариям, не привели к прорыву в урегулировании конфликта в Донбассе. Стороны совершенно по-разному интерпретируют ее результаты. Если Россия видит процесс в выполнении Минских договоренностей, то Украина снова выдвигает невыполнимые условия, выставляя Францию и Германию своими союзниками. Об этом свидетельствуют выступления президентов после встречи в Берлине. Однако кое-какие выводы все же можно сделать.
Обращает на себя внимание присутствие на переговорах Владислава Суркова, который числится в европейском санкционном списке и которому запрещен въезд в Европу. Присутствие Суркова за столом переговоров можно считать сигналом, что у России есть возможности преодолевать позицию Европы. Сидеть рядом с тем, кому ты запретил приезжать, – для европейских лидеров это было не очень почетное дело, и порцию критики от своих СМИ они за это непременно получат.
Что касается самих переговоров, то президент России Владимир Путин подчеркнул, что “в основе урегулирования на юго-востоке Украины должны лежать Минские соглашения, все подтвердили свою приверженность этим договоренностям”. Для России это принципиальный момент, поскольку в них прописана очередность выполнения шагов. В то же время они дают возможность Киеву срывать мирный процесс, отсылая к первым двум пунктам о прекращении огня и отводе вооружений, – мол, безопасность не обеспечена, поэтому переходить к политической части нет возможности.
По этой причине Путин отметил, что “мы много внимания уделили вопросам безопасности”.
“Договорились по ряду позиций о том, что должно быть сделано в ближайшее время в смысле дальнейшего решения вопросов, связанных с разведением конфликтующих сторон. Договорились, что мы продолжим выбор тех точек и мест на территории, где можно будет продолжить эту работу. Подтвердили, что мы готовы расширить миссию ОБСЕ в зоне отвода и пунктах хранения тяжелой техники”, – сказал Путин.
По словам Путина, все стороны готовы продолжить совместную работу по реализации политической части соглашений – “в плане окончательных договоренностей о порядке имплементации и введении в действие договора об особом статусе в отдельных районах Луганской и Донецкой областей, в Донецкой Народной Республике и Луганской Народной Республике”.
Это очень важное замечание. Путин сказал об “окончательных договоренностях”. Видимо, ради этого пункта он и прибыл в Берлин. В то же время слова Путина можно понимать и так, что существование ДНР и ЛНР для России является политическим фактом, от которого она не отступится. Вероятно также, что Франция и Германия снова дали какие-то обещания Путину в плане давления на Киев. Приведут ли они к конкретным результатам, покажет время. Хотя шансов на это немного.
Об этом свидетельствуют заявления после встречи занимающего пост украинского президента олигарха Петра Порошенко. Он, преследуя цель всячески затягивать процесс, заявил, что нужно разработать и утвердить рабочую “дорожную карту”. “До конца ноября министры иностранных дел на своей встрече утвердят основу проекта “дорожной карты” и определят основные направления, которые “дорожная карта” должна содержать”, – сказал Вальцман.
По существу Киев уклонился от всякой конкретики, напустив туману.
“У нас нет документа, она (“дорожная карта”) не подписана, мы договорились о том, чтобы сейчас сконцентрироваться исключительно на разработке полномасштабной “дорожной карты”, которая будет состоять из первого блока по безопасности, и мы обсудили, что туда должно войти, второго – политического блока, и третьего – гуманитарного блока… Никаких документов сегодня не подписывалось и подписывать не планировалось”, – сказал олигарх.
Если это действительно так, то для него итоги встречи могут считаться хорошими. Нет результатов – лучший результат для Киева.
Вальцман, как всегда, соврал. Он заявил, что “российская сторона также поддержала необходимость введения вооруженной полицейской миссии ОБСЕ”. Теперь Киев ждет от председательствующей в ОБСЕ Германии, что она инициирует обсуждение вопроса о введении полицейской миссии в Донбассе. Однако Путин сказал лишь о готовности России “расширить миссию ОБСЕ в зоне отвода и пунктах хранения тяжелой техники”.
Камнем преткновения стало Дебальцево. Киев настаивает на уходе ДНР из города, ссылаясь на то, что в п.2 Минских соглашений говорится об отводе сил ополчения от линии соприкосновения согласно Минскому меморандуму от 19 сентября 2014 года. В то же время там сказано об отводе украинской армии от фактической линии соприкосновения, а в момент подписания “Минска-2” украинская армия отчаянно удирала из “Дебальцевского котла”. Ясно, что Дебальцево ДНР не покинет, а поэтому данный вопрос является трудноразрешимым и выгодным для Киева с точки зрения саботажа мирного процесса.
“Я хочу подчеркнуть, что украинская сторона настаивает на вопросе, чтобы среди этих пунктов (для отвода войск) обязательно присутствовало Дебальцево. Как место, где мы должны обеспечить демилитаризацию, поскольку, по меморандуму от 19 сентября и по данным на 12 февраля, эта территория была под контролем украинских военных”, – сказал Вальцман. Камень преткновения здесь – украинские данные на 12 февраля, которые до последнего не признавали освобождение Дебальцево ополчением.
Канцлер Германии Ангела Меркель раскрыла ключевую подробность переговоров в Берлине, о которой умолчал Вальцман. “Закон об особом статусе и его реализация – мы говорили об этом”, – сказала Меркель. При этом она не упоминала о введении вооруженной полицейской миссии ОБСЕ, которую снова анонсировал Киев.
По словам президента Франции Франсуа Олланда, министры иностранных дел “нормандской четверки” займутся вопросом о проведении выборов в Донбассе. “Речь шла, в частности, о выборах в Донбассе. И это будет основная задача для наших министров на ближайшие дни”, – заявил Олланд.
“Ближайшие дни” – это может означать, что процесс решено активизировать.
Тональность же украинских СМИ такова, что процесс не двигается, и “нормандская четверка” обсуждает лишь воображаемую “дорожную карту” Вальцмана, хотя никто более о ней не упоминает, ведь все записано в тексте соглашений. Внешне это самое главное расхождение между позицией Украины и остальных участников, которые выступают за предметное обсуждение. Однако для Киева оно смерти подобно. Поэтому “Минск-2” не будет выполнен. Точнее говоря, либо “Минск-2”, либо унитарная Украина.
Это понимают все. Лидер фракции “Самопомощь” Олег Березюк заявил в Раде после встречи в Берлине, что исполнять соглашения нельзя. “Нет – особому статусу Донбасса, который разрушит украинскую суверенность в той форме, как предлагается в Минских соглашениях. Нет – выборам в Донбассе. Это политическое атомное оружие, бомба, которая разорвется и уничтожит украинскую суверенность”, – сказал Березюк.
То, что Донбасс заставит Украину измениться, признает близкий к киевскому режиму политолог Виталий Портников. По его мнению, Путин хочет повторить политику Иосифа Сталина.
“Не нужно успокаивать себя иллюзиями, что с Донбассом будет все просто – стоит только вывести российские войска. Не будет. И с каждым годом будет все труднее. Именно на это и рассчитывает Путин, который хочет повторить трюк Сталина. Сталин хотел, чтобы Донбасс был удавкой на украинской шее – и Путин этого хочет”, – предупреждает Портников.
Режим отвергает Донбасс. Советник главы МВД Украины Зорян Шкиряк назвал жителей Донбасса “психически ненормальными”, а провластный политолог Тарас Березовец заявил, что “мы не можем себе позволить жить с этими существами в одной стране”.
После этого министр иностранных дел ДНР Наталья Никонорова заявила о готовности выйти из переговоров.
“Мы направим официальные письма нашим координаторам на переговорах в Минске, в которых поставим вопрос об отношении представителей украинских властей к мирному урегулированию конфликта. С одной стороны, они заявляют о своем стремлении сохранить целостность Украины, а с другой – последними словами называют “своих” граждан, проживающих в Донецке. Если объяснения нас не устроят, мы готовы рассмотреть возможность остановки переговоров”, – сказала Никонорова.
Впрочем, ДНР этого не позволят. Однако накал страстей таков, что о мирном решении конфликта, к сожалению, говорить не приходится. Даже во время встречи в Берлине украинские войска обстреливали ДНР. К слову, Путин в Берлине не подал руки Вальцману, что лучше всего остального свидетельствует об отношениях, которые сложились к настоящему времени. И до 8 ноября, когда в США станет известен новый президент, рассчитывать на какое-то изменение в ситуации вокруг Донбасса не приходится.
