Вчера американский генерал Марк Милли, председатель комитета начальников штабов США, заявил, что война с Россией практически неизбежна.
Анализируя это заявление, нужно сразу сказать, что военные всегда исходят из своей военной логики. Ведь что мы наблюдаем сейчас? В настоящее время идет постоянное наращивание напряженности в двусторонних отношениях России и США. При этом страны находятся на грани военного столкновения уже довольно давно, потому что так называемая гибридная, или «проксивойна», которая ведется на Украине, в Сирии, фактически всё больше становится противостоянием друг с другом.
Более того, в Сирии на одной стороне задействованы американские союзники, а на другой стороне воюет группировка ВКС. Таким образом, даже вооруженные силы двух государств, пусть косвенно, но противостоят друг другу в определенных регионах.
Ставки всё повышаются.
С американской стороны еще до этого заявления генерала Милли раздалась фактически прямая угроза России от Госдепа — мол, в связи с поддержкой Асада Россия будет отправлять в мешках трупы своих солдат домой и терять самолеты.
Сразу же вслед за этим заявлением следует предупреждение Пентагона: США готовы нанести превентивный ядерный удар по России. Дальше следует ответ Путина о том, что мы выходим из плутониевой сделки. А затем — ультимативное требование: если вы хотите нормализовать отношения, то вот вам условия: отменить «закон Магнитского», отменить санкции, выплатить компенсации и так далее. И форма нашего ультиматума предельно ясна: «Ребята, сдавайтесь и платите репарации и контрибуции».
Понятно также и то, что этот ответ был для Соединенных Штатов неприемлемым. Да, собственно, реакции и не ждали. Ведь США еще войну не проиграли — по крайней мере, они так считают.
Тем не менее в переводе на бытовой язык заявление Путина, сделанное к тому же практически сразу после угрозы ядерного нападения на Россию, звучит примерно так: «Мы услышали. Мы всё поняли. Если хотите, попробуйте. Мы не боимся и готовы к любому формату военного столкновения».
В политике же всегда как? Если ты сказал: «Я тебе дам по голове дубинкой», то ты должен быть готов к тому, что я скажу: «Ну хорошо, давай». И тогда ты должен либо дать, либо продемонстрировать свою беспомощность. Соединенные Штаты сказали: «Мы угрожаем ядерной войной». Им ответили: «Мы не боимся».
А дальше надо либо воевать, либо продемонстрировать свою беспомощность. Демонстрация беспомощности же значит, что не только союзники по всему миру, но и вассалы, клевреты и всякие полунезависимые страны, как Иран, которые противостоят Соединенным Штатам, будут исходить из того, что — всё. Мировой гегемон, оказывается, пугать может, а вот действовать — нет.
Поэтому США, похоже, оказались в критической ситуации. Надо либо дальше повышать ставки — но тогда и рисковать полномасштабной ядерной войной, либо отступить.
А ведь им не только сказали, но еще и продемонстрировали. Полгода назад были проведены одновременные учения РВСН и ПВО по отражению ядерного удара и нанесению ответно-встречного. И сейчас проводятся учения МЧС по защите населения от ядерного удара. Причем МЧС сообщило, что привлекаются до 40 млн граждан — почти треть населения Российской Федерации.
Возвращаясь к заявлению Милли. Американский генерал просто констатирует тот факт, что взаимоотношения России и США действительно дошли до примерно такой же тонкой грани, как и во время Карибского кризиса. А может быть, и еще тоньше, потому что, во-первых, всегда есть сумасшедшие «ястребы» в Пентагоне и, например, администрация, которая скажет: «Всё, воюем. А куда нам деваться?»
Во-вторых, всегда есть определенная логика военно-политических шагов. Если ты создал на границах военную группировку, на каком-то этапе эта военная группировка начинает давить на твои политические решения. И уже ни Гитлер летом 1941 года, ни Наполеон летом 1812 года не могли отменить вторжение в Россию: уже всё — войска стоят. Механизм запущен и действует сам по себе.
Поэтому сейчас, с моей точки зрения, констатируется факт того, что, исходя из логики развития военно-политической ситуации, война в какой-то степени неизбежна. Потому что Соединенные Штаты должны признать, что погорячились. Да, это не будет капитуляция в рамках ультиматума Путина, но это будет очень серьезная потеря лица на мировой арене. Другой вариант — и дальше нагнетать напряженность, понимая при этом, что ракеты готовы взлететь и поразить территорию Соединенных Штатов тоже.
Военные готовятся к войне. И если они видят, что политики практически уже довели до нее дело, то они констатируют: война неизбежна. Их уже к этому подготовили. Их уже заставили мобилизоваться, перевели в режим военных действий.
При условии сохранения этой тенденции никакого другого решения, кроме военного, Соединенные Штаты не видят. Им надо либо отступать и менять формат своей внешней политики и полностью его перерабатывать — о чем, собственно, и сказал Путин, потребовав от американцев изменения отношения к России, — либо же они идут напрямую к войне. Каждый последующий шаг в этом направлении может стать шагом к началу войны.
Тут двух мнений быть не может.
Ростислав Ищенко — президент Центра системного анализа и прогнозирования
