НАТО переживает не лучшие времена: после распада СССР и самороспуска организации Варшавского договора Североатлантический альянс утратил всякий смысл, а позднее — и приоритетное финансирование. Нормативно закрепленные 2% ВВП в бюджет военного союза вносят только четыре европейских государства-члена НАТО.
фото: © РИА Новости. Виталий Подвицкий
Премьер-министр Великобритании Тереза Мэй выступила 27 января перед членами Республиканской партии США в Филадельфии и заявила: “Нет ничего неизбежного в конфликте России и Запада, ничего неминуемого в плане возвращения ко временам холодной войны. Но мы должны взаимодействовать с Россией с позиции силы”.
Стратегия Лондона и один из тезисов предстоящей в этот же день беседы премьера с американским президентом Дональдом Трампом обозначены вполне конкретно. Великобритания предлагает США продолжать совместную политику “большой дубинки”, игру в “мировых лидеров” и “проекцию силы”. По сути, Тереза Мэй призывает к длительной внешнеполитической зиме.
Сопутствующая риторика о “незаконной аннексии Крыма” и заботе о сопредельных с Россией странах лишь подчеркивает абсурдный характер международного взаимодействия по-британски.
Однако чем Лондон и другие европейцы могут подкрепить “позицию силы” и помочь США на деле?
За чужой счет
Исследование оборонных расходов стран НАТО в 2016 году показывает, что нормативные 2% ВВП в укрепление военного союза вносят только четыре европейских государства: Великобритания (60,3 млрд долларов), Польша (9,3 млрд долларов), Греция (4,5 млрд долларов) и Эстония (479 млн долларов).
Взнос США составляет 664 млрд долларов (3,61% от ВВП) — свыше 72% общей суммы взносов 2016 года (918,3 млрд долларов). И это больше, чем годовой бюджет Пентагона — 580,3 млрд долларов.
Более 20 европейских государств и примкнувшая к ним Канада используют реальные или мнимые механизмы безопасности альянса за чисто символическую цену (254,2 млрд долларов).
Не думаю, что американцы получили какую-то пользу от недавнего многонационального эскорта НАТО в проливе Ла-Манш и грозных заявлений министра обороны Великобритании Майкла Фэллона в адрес кораблей российского ВМФ. “Владычица морей” сегодня располагает всего 23 боевыми единицами флота и даже ракеты “Трайдент” арендует у США. Не производит должного впечатления и грозная броня 170 старых британских танков.
Европейские союзники неэффективны в Афганистане, Ираке и Сирии.
Североатлантический альянс еще в прошлом веке утратил оборонный смысл и превратился в “службу безопасности” США, интересы и полномочия которой распространяются почти на всю планету, кроме территории Штатов.
Так ли велика военная опасность и за что платят американские налогоплательщики?
После самороспуска организации Варшавского договора прошло более 20 лет, НАТО и оккупационные, по сути, войска США в Европе — исторический парадокс, элемент дорогостоящей мифологии нового времени. И “антиевропейская” позиция Дональда Трампа отражает неверие американцев в конструктивность проевропейской политики США.
Вера не выдерживает столкновения с цифрами и фактами, которые давно обнародованы центром военно-стратегических исследований Athena Group: “Численность военнослужащих в США составляет 1 миллион 492 тысячи, в России — 845 тысяч. Самолетов стратегической авиации, способных нести на борту ядерное оружие: США — 154, Россия —141. Атомных подводных лодок: США — 140, Россия — 110. Ракетных комплексов, способных нести ядерные боевые заряды: США — 450, Россия — 356. Артиллерийских орудий: США — 7429, Россия — 5837”.
Данные свидетельствуют о паритете сил между США и Россией и невозможности военного конфликта двух государств.
Если Дональд Трамп считает, что ЕС и НАТО не заслуживают финансовой поддержки США, то это полбеды. А если разделяет курс евроскептиков на демонтаж ЕС и НАТО — великие политические потрясения ожидают Европу.
Ведущий научный сотрудник консервативного Heritage Foundation Теодор Бромунд прогнозирует: “США будут относиться к ЕС с безразличием, тем самым свернув со своего политического курса, которому они следовали с момента окончания Второй мировой войны”.
Исторический шанс
Терезе Мэй и другим европейцам остается надеяться лишь на геополитическую инерцию Вашингтона, на конфликт экономических интересов США, России и ряда других государств в Арктике, на Корейском полуострове, в Южно-Китайском море, Африке и на Ближнем Востоке.
Впрочем, США могут решать свои военно-политические проблемы и без иллюзорной поддержки европейских союзников.
В пятницу в Филадельфии Тереза Мэй апеллировала к общим ценностям: “Страны, обладающие небольшими традициями в демократии, свободе и соблюдении прав человека, — особенно Китай и Россия — чувствуют себя все более уверенно в международных отношениях”.
Полагаю, это не забота об ускользающих ценностях западной демократии, а рецидив колониально-имперского мышления и тревожное осознание происходящих в мире перемен.
США и Великобритания имеют давнюю историю сотрудничества и сходные позиции в геополитике. Однако предыдущее “черное десятилетие” дает обильную пищу для размышлений. В ходе предвыборной кампании и позднее Дональд Трамп не раз говорил о дружественных взаимоотношениях с Россией, совместной борьбе с терроризмом, развитии торговли и других выгодах добрососедства.
Если намерения Трампа превратятся в план действий, НАТО станет лишней спицей в колесе истории.
