К 2020 году Китай может резко ужесточить закон о свободе судоходства в тех водах, которые он считает своими. Проект обновленной версии закона 1984 года о безопасности навигации был выложен на сайте Госсовета КНР для публичного обсуждения.
Фото: Reuters
В документе введен термин «юрисдикционное море», который отсутствует в русском языке и которым могут быть обозначены претензии Пекина на 90% акватории Южно-Китайского моря.
Военные суда иностранных государств должны будут передвигаться там только в сопровождении китайских. Эти меры, по мнению опрошенных “Ъ” экспертов, направлены на закрепление Пекином территориальных требований и создание юридической базы для доминирования в акваториях морей региона.
Согласно проекту новой версии закона, Китай вводит разрешительный порядок прохода через воды в своей юрисдикции. Иностранные военные корабли должны будут дожидаться китайского корабля, который затем сопроводит их на всем маршруте следования.
За невыполнение этого требования предусмотрен штраф от 300 тыс. до 500 тыс. юаней ($43,7–72,8 тыс.) и изгнание из вод КНР.
Морская администрация Китая также получит право определять особые зоны, где по ее усмотрению может вводиться запрет на проход иностранных судов по соображениям безопасности. Наконец, иностранным судам может быть вообще запрещено заходить в воды Китая, если его руководство сочтет, что они нарушают «порядок и безопасность судоходства».
Новая версия закона была выложена на сайте Госсовета 15 февраля для общественного обсуждения и внесения предложений.
Это стандартная практика для крупных законопроектов в Китае, но в подавляющем большинстве случаев вносимые изменения минимальны. Можно ожидать, что 80–90% существующих на сегодняшний день положений будет сохранено. Окончательно закон, как ожидается, будет принят в 2020 году.
Один из наиболее озадачивающих моментов в новой версии закона — введение термина «юрисдикционное море», который отсутствует в русском языке, Конвенции по морскому праву (КМП) 1982 года и оригинальном китайском законе о безопасности морского судоходства 1984 года, но присутствует в местных законодательных актах КНР.
Он включен в проект документа наравне с устоявшимися терминами «территориальные воды» и «внутренние воды». Китайские энциклопедии объясняют, что под этим термином понимается «совокупность всех вод государства, на которые распространяется его юрисдикция».
Не исключено, что китайские власти имеют в виду воды внутри так называемой девятипунктирной линии, охватывающей около 90% акватории Южно-Китайского моря.
Пекин распространяет свои территориальные претензии на эти территории, с чем категорически не согласны соседи КНР. Именно в «юрисдикционном море» Китай, согласно новой версии закона, имеет право устанавливать все вышеперечисленные ограничения.
По мнению старшего научного сотрудника ИМЭМО РАН Павла Гудева, многие положения опубликованного документа входят в противоречие если не с буквой, то точно с духом КМП. «Конвенция предписывает гармонизировать национальное законодательство с ее нормами и положениями, здесь же движение обратное,— сообщил эксперт.
— Требования лоцманской проводки (сопровождения иностранных судов китайскими) беспрецедентны, как и штрафы за ее нарушение. Теоретически можно было бы оправдать ее хрупкой экологической ситуацией в регионе, но это же не район Барьерного рифа, в Южно-Китайском море экологического смысла в этом нет».
Большинство нововведений в тексте законопроекта действительно объясняются необходимостью защитить экологию и безопасность судоходства в прилегающих к Китаю водах. Это, по словам господина Гудева, «характерно для китайцев в последние годы».
Комментаторы новой версии закона в статьях на сайте государственного агентства «Синьхуа», впрочем, не скрывают, что его основная задача — «защита законных интересов Китая на море».
В последние годы в свете обострения территориальных споров в Южно-Китайском море США неоднократно осуществляли «операции по обеспечению свободы навигации», проводя свои корабли мимо занятых Китаем скал и рифов архипелага Спратли. Каждый раз это приводило к резкой реакции Пекина, и новая версия закона создает юридическую базу для противостояния Вашингтону.
Впрочем, по мнению руководителя азиатской программы Московского центра Карнеги Александра Габуева, новые положения дадут рычаг скорее в общении с малыми государствами региона, чем с США.
«Если Вашингтон будет чувствовать угрозу, ему ничего не будет стоить привести в тот район несколько авианосных групп и отстоять свою точку зрения,— сообщил он.— А вот в случае с Вьетнамом или Филиппинами Китай действительно получит основу для более агрессивных действий».
Профессор Сычуаньского университета Ян Цуйбай заявил китайской газете «Хуаньцю шибао»: принимая новый закон, «Китай возьмет на себя ответственность за обеспечение порядка в Желтом, Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях».
«Китай обозначает свои будущие “красные линии”,— отметил в разговоре старший научный сотрудник центра исследований Восточной Азии и ШОС МГИМО Игорь Денисов.— Так же было, например, со вбросами о введении зоны опознавания ПВО в Южно-Китайском море и слухами о том, что Пекин может ужесточить принятый в 2008 году “Закон о противодействии расколу государства”, направленный против независимости Тайваня».
По мнению эксперта, Пекин таким образом демонстрирует серьезность своих намерений в чувствительных для себя областях и одновременно усиливает свои переговорные позиции, заранее поднимая планку почти на критическую высоту, чтобы потом иметь пространство для торга.
«Время от времени устраивать какой-то риторический “карибский кризис”, особенно когда оппоненты тоже склоняются к воинственной риторике, вполне в традиции китайской дипломатии»,— добавил Игорь Денисов.
В июле 2016 года Гаагский арбитраж вынес решение в пользу Филиппин по их иску против Китая.
Хотя Пекин отказался участвовать в арбитраже, суд постановил, что все его (и других фигурантов спора) претензии на Парасельские острова и архипелаги Спратли и Пратас нелегитимны: там нет островов, на которые мог бы распространяться государственный суверенитет.
По словам профессора Токийского университета Акио Такахары, в случае принятия новой версии закона Китай может ждать новое международное судебное разбирательство, уже с большим числом участников.
«Издание закона в такой версии вполне может быть реакцией сторонников жесткого курса в Пекине на агрессивные заявления администрации Дональда Трампа»,— также отметил господин Такахара в беседе.
Напомним, новый президент США неоднократно обвинял Китай в валютных манипуляциях и обещал ввести против него заградительные торговые тарифы. А глава Госдепартамента Рекс Тиллерсон, будучи кандидатом на этот пост, и вовсе заявлял: доступ Китая к созданным им искусственным островам в Южно-Китайском море должен быть ограничен.
10 февраля в ходе телефонного разговора с председателем КНР Си Цзиньпином Дональд Трамп смягчил позицию по ряду вопросов, но в целом остается верен линии на конфронтацию с Пекином. Автор: Михаил Коростиков
