Свидетельства об организованном уничтожении армян Баку 1905 года

Екатерина Орловская: «Приехала в Баку в воскресенье. Ко мне зашел г. Мдивани, живущий в той гостинице, и сказал мне: „Вы приехали в тяжелое время. Полтора месяца назад уже решено разделаться с армянами, а в последнем заседании, в пятницу 4-го февраля, происходившем у одного мусульманина, где был и он, Мдивани, решено окончательно уничтожить армян“. Видела из окна, как проехал мимо полицеймейстер, остановил для чего-то фаэтон, в этот самый момент на его глазах татарин убил армянина, но полицеймейстер, не обратив никакого внимания на это, поехал дальше».

Бабаян: «Мой компанией по делу, татарин, рассказывал мне, что полицеймейстер им прислал два ящика патронов и несколько берданок с советами получше воспользоваться ими в течение трех дней, убивая побольше армян».

«Один из очевидцев рассказывает, и слова его подтверждены показаниями многих других, что на вопрос, обращенный к татарам-громилам, зачем они стреляют в армян? — получался один и тот же ответ:

— Они бунтовщики!

— Да вам-то что? Ведь не против вас бунтуют!

— Они хотят своего царя иметь, а потом нас душить будут…

— Да кто же вам сказал, что армяне своего царя хотят? Ведь, это неправда…

— Полиция говорит и „другие русские“ говорят, губернатор получил секретную бумагу бить армян-бунтовщиков.

— За что?

— А за то, что они будут бить татар, если мы не соединимся с ними вместе и не будем бунтовать.

— Да кто это тебе сказал?

— Полиция…

— Как, прямо тебе сказал?

— Нет, я от других слышал, что губернатор призывал мулл и богатых персиан и приказал им бить армян».

Корреспондент газеты «Мшак»: «Татары, ворвавшись в дом, кажется, Карапета Азиянца, первоначально потребовали денег, а затем, получив деньги, отделили мужчин от женщин и детей. Все поняли, что мужчин хотят перерезать, начали умолять пощадить, но татары ответили, что не могут никому из мужчин сохранить жизнь, потому что так приказано губернатором».

Мовсумов: «молодой интеллигентный татарин из сеидов», «рассказывал, что он был очевидцем… следующего факта: губернатор ехал в сопровождении конвоя и переводчика Шахтахтинского. Его обступила толпа в 40 человек вооруженных татар… Губернатор будто обратился тогда к ним и сказал: „Я вам мешать не буду, режьте, убивайте, грабьте армян на улицах, но только домов не трогайте и не грабьте, а то я принужден буду приказать действовать войскам…“»

Г. Мовсумов, за свою речь, был жестоко избит единоверцами своими, пригрозившими, к тому же, убить его. Он вынужден был бежать из пределов Кавказа. Вот кстати, что пишет г. Мовсумов своему другу из места своего изгнания:

«Уже два месяца шла подготовка. Пристав 1-го участка Мамедбеков и Султанов (помощник пристава), еще летом возбуждавшие татар на резню армян на фабрике Мирзабекянца, собирали татар в чайных заведениях и говорили им, что так как армяне не хотят принимать участия в „бунте“ (демонстрациях), то армяне, поэтому, собираются вырезать татар во время предстоящей демонстрации рабочих. Я сам был свидетелем этой гнусной пропаганды».

С.С. Арутюнов, присяжный поверенный: «…полковник Вальтер просил у кн. Накашидзе разрешения силой разогнать толпу громил и просил только письменного приказа… Губернатор кн. Накашидзе ответил:

— Что же, стреляйте… я ничего не имею против…

— Нет, ваше сиятельство, вы дайте мне письменный приказ.

— Да, ведь, я не откажусь от своих слов…

— Ваше сиятельство! дело это чревато последствиями, и мне надо иметь письменный приказ…

Губернатор — ни слова… Замолчал… А и это время шла резня безоружных армян… Далее… в народе слишком упорно творят, что оружие и патроны раздавали в некоторых полицейских участках, как то: по 2-м, 3-м и черно-юродском. Относительно черно-городского полицейского участка творят даже, что до событий 6–9 февраля мусульманам выдавались офицерские револьверы, причем у них отбирались паспорта, а когда состоялся мир, то стали обратно принимать револьверы, выдавая паспорта».

Андрей Блаш, бухгалтер: «Я проходил по Карантинной улице, я видел трупы убитых, возле стояла толпа татар, вооруженных казенными револьверами образца „Смит и Вессон“. Проехали казаки.

Один из них предложил обезоружить татар.

— Не твое это дело, болван! Едем дольше!»

В.М. Асланов, отставной поручик: «В понедельник, 7-го февраля, группа татар набросилась на дом Хачатурова. К проезжающим в это время по улице трем казакам обращаются с просьбой о помощи три армянина, бросаются перед ними на колени. Казаки соглашаются взять одного из них, берут его в середину и двигаются вперед: отойдя несколько шагов, один из казаков, завидя татар, мигает глазом татарам, толкает вперед армянина: татарин выстрелом из берданки убивает наповал армянина. Казак острит: „Ишь, гололобый, и стрелять-то толком не умеет, чуть подкову не испортил“. Затем преспокойно казак вынул папироску, закурил ее у татарина, и все трое двинулись дальше».

Архивариус Бакинского окружного суда Нагибеков (татарин) передавал тому же Асланову: «В среду, 9 февраля, около 3-х часов, губернатор князь Накашидзе едет по Николаевской улице; идут три армянина, в числе их подросток. На глазах у кн. Накашидзе татары нападают на армян, одного из них убивают на месте, подростка бьют прикладом. Сопровождавший кн. Накашидзе казак подлетает к татарам и отнимает берданку; тогда кн. Накашидзе кричит: „Отдай назад берданку!“»

Тер-Ованесянц: «Подойдя к г. губернатору, я заявил ему, что нас окружают вооруженные татары, что наша жизнь в опасности и что нам необходимо оказать помощь, а именно дать несколько казаков, чтобы выбраться из означенного дома и пробраться и армянскую часть города, но губернатор рассердился на меня и сказал: „Вон! Убирайся к черту — не надоедай мне!“»

Татары, куда менее, чем армяне, развитые экономически, политически и культурно, с их патриархальным сознанием и традиционным мусульманским почтением к властям — казались идеально управляемыми и «благонадежными».

«„Недовольные“ и „активные элементы“, — констатировал международный нефтяной магнат и основатель знаменитой премии Э.Л. Нобель, — большей частью состоят у нас, в бакинском районе, из армян и русских. Татары являются спокойным и более реакционным элементом… На него административные органы и предпочли опереться в борьбе с „активными“ элементами.»

Итак, противовес был найден. Остальное было делом техники.

В 1903–1904 годах открыто готовились армянские погромы, по апробированному образцу погромов еврейских. Власти разоружали армян и снабжали оружием татар.

В Шуше уездный начальник — татарин — собрал местных татар и держал речь.

«Я слышал, — сказал он, — что вы припасаете оружие, чтобы защищать нас против армян избивать их, как врагов русского правительства. Благодарю вас за ваши верноподданнические чувства. Но пока нам ваша помощь не нужна. У нас есть войска». Татары, впрочем, тогда намек понимать отказались заявили: «Мы ничего не затеваем против армян: они наши добрые соседи». В Нухе пристав выражался прямее: «Знайте, что армяне обманывают вас, они — наши кровные враги. В Турции они занимаются избиением наших единоверцев. Они — враги султана. Вот почем, русское правительство преследует их»

Зловещие признаки были заметны давно. Еще во время волнений 1902 г., связанных с конфискацией церковных имуществ, «бакинские татары, — пишет В.Дорошевич, — с восточной наивностью предлагали местным администраторам: Позвольте, мы сами справимся с армянами! Замолчат!» «Восток признает только одно молчание — вечное» — добавляет Дорошевич. («Р.С.», 12.2.1905).

В 1903 году, после страшного еврейского погрома в Кишиневе, капитан парохода П-ов говорил собеседнику, опубликовавшему затем этот разговор:

— «Помяните мое слово… такая же резня будет предстоять весною на Кавказе.

— Позвольте… но там прежде всего слишком мало, евреев.

— Я говорю не о евреях, а об армянах. Но резня эта, впрочем, будет почище, чем в Кишиневе, где были только нападающие и не было вовсе защищающихся». Слова капитана оказались пророческими.

Из книги Г.Е.Старцева «Кровавые дни на Кавказе» СПб, 1907