После драки кулаками не машут. Гарегин Нжде,Драстамат Канаян. Андраник Озанян и многие, многие другие знали, что нужно было для того, чтобы Московского договора не было и в помине.
Однако армянские большевики почему-то надеялись, что с ними кто-то собирается считаться. Заблуждения большевиков Армении стоило им как минимум жизни. А дальше пошли приспособленцы, которые и управляли ограбленной Арменией вплоть до падения СССР (сейчас они тоже приспособились во многих местах и должностях). На данном этапе вся эта биомасса (ватникяны) проводит кремлевскую пропаганду и способствует вводу российской военной полиции в Армению.
Интересно, а Чичерин дочитал послание Бекзадяна? Ставлю 5 000 драмм, что нет! Но читателю я все же советую дочитать документ до конца. Очень много интересных аналогий можно обнаружить при прочтении этого документа. Вот так и пошло, армянам в СССР оставили возможность лишь писать бесконечные заявления. Некоторые до сих пор пишут открытые письма Путину.
Заявление председателя номинальной армянской делегации на московской конференции и народного комиссара иностранных дел Армении А. Бекзадяна народному комиссару иностранных дел РСФСР Г. Чичерину, осуждающее полное игнорирование суверенных прав и жизненных интересов Армении в Московском договоре.
Москва, 15 апреля 1921 г
По ознакомлении с текстом договора, заключенного между РСФСР и ке- малистской Турцией 16 марта с. г., и с протоколами заседаний русско-турецкой конференции от 10, 12, 14 и 16 марта, армянская делегация считает необходимым сделать следующее заявление.
Прежде всего бросается в глаза та легкость, с которой русская делегация сделала ряд крупных территориальных уступок туркам за счет Советской Армении. Ни из чего не видно, что была сделана хотя бы малейшая попытка отстоять те земли и районы, кои имеют жизненное значение для молодой и маленькой Советской Республики.
Не участвуя в заседаниях конференции, представители Советской Армении были вправе рассчитывать на внимательное отношение представителей РСФСР к ее нуждам и интересам и на особую настойчивость в отстаивании ее неотъемлемых прав, между тем как протоколы заседания русско-турецкой конференции рисуют совершенно другую картину происходившего. <…>
Далее, при первом же свидании Армянской делегации с тов. Чичериным последним было обещано держать делегацию в курсе вопросов, касающихся Армении и подлежащих обсуждению на конференции, и создать специальную комиссию для разработки означенных вопросов. Это обещание не было исполнено, и армянская делегация в занятиях конференции вовсе не участвовала. Почему?
Как видно из протоколов (см. протокол от 12 марта), это имело место благодаря требованиям турецкой делегации. Как же квалифицировать уступчивость и поведение русской делегации в этом вопросе?
По мнению Армянской делегации, очень странное впечатление производит то обстоятельство, что в протоколах (см. протокол от 12 марта) зафиксированы заявления турецкой делегации о насилиях, учинявшихся армянскими отрядами над мусульманами Закавказья (факты эти касаются 1918 г.), и в то же время ни слова не говорится о тех массовых избиениях и зверствах, объектом коих были турецкие и русские армяне за время с 1914 по 1921 год включительно, в результате чего целые армянские области и территории превратились в сплошную пустыню, сотни тысяч людей превращались в бездомных-беженцев и массами умирали от голода и инфекционных болезней.
Ввиду отсутствия армянской делегации на конференции это обстоятельство должно было быть поставлено на вид ту- рецкой делегации и запротоколировано, тем более что ставшие классическими турецкие зверства над мирным трудовым населением хронологически предшествовали армянским и своими размерами превосходили всякое человеческое воображение.
Это, к сожалению, было упущено русской делегацией, несмотря на то, что обо всем этом своевременно сообщалось тов. Чичерину. Факты избиения армян турками в 1918 г. подтверждены нотой тов. Чичерина от 13 апреля того же года, протестующей против зверств турок и адресованы на имя германского прави- тельства.
Избиения же 1920-21 гг., совершенные войсками того самого турецкого правительства, представителями коего и было сделано на конференции заявление об избиении армянами мусульманского населения, должны были быть известны русской делегации из протеста Александропольского ревкома против политики разорения и истребления армян в оккупированных турками районах, а также из нот Наркоминдела ССР Армении тов. Бекзадяна.
Затем Армянская делегация находит существенно важным указание на то, что турецкая делегация на конференции все время выступала в роли защитницы и покровительницы, протектора мусульманского населения Закавказья, и, в частности, интересов Сов[етского] Азербайджана (см. протокол от 10 и 12 марта), причем ни откуда и ни из чего не видно, кем и когда она была уполномочена на это. Этот естественный вопрос необходимо было задать ей особенно после того, как мусульмане Закавказья, испытавшие прелести турецкой оккупации в 1918 го- ду, считали пришельцев непрошенными гостями и жаловались на бесчеловечное отношение, которые, как истые завоеватели, бесконтрольно хозяйничали в чужой стране.
Переходя к рассмотрению вопроса о нарушении своих прав, Армянская делегация не может обойти молчанием того факта, что без ее ведома, участия и согласия, уступив ряд армянских территорий кемалистской Турции, русская делегация тем самым попрала признанные права Сов[етской] Армении и нанесла жестокий удар по живому телу трудовых масс упомянутой страны.
В самом деле, руководствуясь чем могла русская делегация так легко уступить Ангоре ряд уездов и районов, населенных армянами? Тем ли, что суверенитет новообразовавшихся республик есть понятие крайне растяжимое, крайне условное, крайне шаткое? Тем ли, что интересы революции на Востоке требовали таких жертв за счет рабочих и крестьян Сов[етской] Армении?
Или, может быть, тем, что при выборе между большой и сильной Турцией и малой и слабой Арменией пришлось пожертвовать пос- ледней в угоду первой? Армянская делегация выражает свой решительный протест и утверждает, что при переговорах с турками русская делегация пренебрегла принципом самоопределения народов, столь торжественно провозглашенным во всех актах и нотах РСФСР, имеющих первостепенное государственное и международное значение.
Переговоры РСФСР с Ангорой на мирной конференции воочию показывают, что этот принцип не был проведен на практике, когда к этому представлялся случай и без особенной нужды был попран и отброшен в сторону. На обязанности русской делегации Рабоче-крестьянской страны лежала, скорее, защита Сов[етской] Армении, чем буржуазно-кемалистской Турции, ибо интересы Советской страны ни в коем случае не должны были быть принесены в жертву мнимым благам внешней политики.
Нарушение суверенных прав Сов[етской] Республики Армении не может быть оправдано указанием на интересы дела революции на Востоке, и пото- му всякая ссылка на таковую не является серьезной. Из протоколов конференции можно было бы привести целый ряд цитат (см. протоколы от 10 и 12 марта), неопровержимо доказывающих, что русская делегация не только считалась с фактом сюзеренных прав Грузии и суверенных прав Азербайджана на ту или другую территорию, но и брала их под свое покровительство и умеряла не в меру разыгравшиеся аппетиты кемалистов.
Почему же этого мы не наблюдали при обсуждении вопросов, непосредственно касающихся Сов[етской] Армении? Вопрос о Карсе на конференции вовсе не ставился. Новые границы, установленные конференцией, этих условий нам не дают. Два оставшихся за Арменией крупных центра – Александрополь и Эривань – ставятся под непосредственный удар враждебной к Советармении кемалистской Турции.
Новая волна переселенцев из Армении в 400 000 человек, о которой свидетельствует Центроэвак, симптоматична в этом отношении. Принятым на конференции разрешением Нахичеванского и Шаруро-Даралагезского вопроса Армения лишается возможности нормально управлять Зангезуром, который ей принадлежит.
Отторжением Сарыкамыша, Карса, Кагысмана и пр. Армения экономически лишается наиболее важных своих районов, топливного, фуражного, соляного и др. При таких условиях, учитывая к тому же отсутствие в Армении социального базиса для коммунистической работы для успешного партийного строительства, а также настроения крестьянства, ничего до сих пор не получившего от Советской власти и легко делающегося орудием авантюристов – можно думать, что сама жизнеспособность Сов[етской] Армении становится под знак вопроса.
По глубокому убеждению Армянской делегации, все это отнюдь не вызывалось неизбежными объективными условиями, а лишь отсутствием определенной продуманной политики и директив со стороны ЦК РКП, преподанных делегации РСФСР, самим составом последней (незнакомства их с положением Закавказья) и той легкостью, с которой последняя считала возможным решать вопросы жизни и смерти для Сов[етской] Армении.
Председатель делегации и Наркоминдел ССР Армении А. Бекзадян АВПР, ф. 04, оп. 39, п. 232, д. 53001, лл. 57-62. Подлинник. Автограф. (Выде- лено нами. – Ю.Б.).
Источник документа книга Юрия Барсегова: “Нагорный Карабах в международном праве и мировой политике,”
