Тревожные симптомы сирийского и украинского кризисов – Le Figaro

В апреле 2014 года, в начале организованной «в спешке» встречи глав дипломатических ведомств России, США и ЕС по поводу украинского кризиса, госсекретарь США Джон Керри признавал, что присутствующие «собрались не для того, чтобы обсуждать Крым», пишет в своей статье для Le Figaro базирующийся в Киеве французский журналист и эксперт по международным отношениям Жан-Клод Гайи.

Как напоминает Гайи, в качестве приоритетной задачи все стороны тогда рассматривали «недопущение разрастания конфликта до общеукраинских, а то и общеевропейских масштабов».

Le Figaro Jean-Claude Galli Перевод ИНО ТВ

При этом, в Вашингтоне, Берлине и Париже «не испытывали иллюзий по поводу шансов на возвращение Крыма Украине» — на тот момент речь шла лишь о «сдерживании политических амбиций Москвы в регионе», и Киеву «не оставалось ничего, кроме как подчиниться» такой позиции; в свою очередь, российский президент Владимир Путин, «угрожавший военной интервенцией с целью защиты русскоговорящего населения Украины», все же «не собирался позволить сепаратистской лихорадке себя увлечь», поясняет автор.

В том же ключе проходили и переговоры в «нормандском формате», начавшиеся десятью месяцами позже: западные страны в основном заботились об урегулировании конфликта в Донбассе, и вопрос Крыма оставался в стороне, констатирует Гайи.

Вместе с тем, когда был запущен «минский процесс», Украина «перестала быть приоритетом западных правительств»: так, в Париже «нередко можно было встретить дипломатов, убежденных в том, что ситуация в этой стране по сравнению с Сирией была в известном смысле под контролем», продолжает журналист.

Однако на тот момент «никто и предположить не мог, что в результате оказания Москвой помощи режиму Башара Асада эти два кризиса уже вскоре столкнутся», пишет он.

После того, как Владимир Путин в сентябре 2015 года объявил о начале российской военной операции в Сирии, «на деле никто — в том числе и сам российский президент — не сомневался в том, что год спустя стройный дипломатический конструкт, терпеливо возведенный для сдерживания украинского кризиса в приемлемых рамках и облегчения его урегулирования, просто развалится», убежден автор.

По мысли Гайи, чтобы убедиться в этом достаточно было присмотреться к поведению украинского президента Петра Порошенко на встрече в «нормандском формате», состоявшейся в прошлую среду в Берлине: Порошенко «еще никогда не представал настолько расслабленным и настолько уверенным в себе в присутствии Владимира Путина».

Как полагает журналист, у таких перемен есть вполне конкретные причины — дело в том, что западные страны «отныне связывают между собой украинский и сирийский кризисы» и «рассматривают поведение Москвы как в Алеппо, так и в Донбассе как части единой стратегии России по наращиванию своей мощи».

А поскольку стратегия эта, в их глазах, «вновь ставит под угрозу безопасность Европы и Ближнего Востока», Москву теперь «обвиняют в дестабилизации мирового политического устройства», уверен Гайи.

И если лишь несколько недель назад в ряде европейских столиц звучали предложения об «отмене экономических санкций в отношении Москвы и усилении давления на Киев, дабы украинские власти наконец выполнили условия «минских соглашений», то теперь ситуация полностью изменилась, подчеркивает он.

Ранее на Западе часто говорили о том, что одной из целей Москвы в Сирии было превращение в «незаменимого» для урегулирования сирийского кризиса партнера с тем, чтобы потом получить «политические дивиденды» уже на Украине, пишет автор. Однако сегодня все развивается в противоположном направлении: «каждая бомба, падающая на Алеппо, еще немного подрывает доверие к Москве в украинском кризисе», считает он.

Тем временем, ЕС уже планирует принять дополнительные санкции в отношении России в связи с ее действиями в Сирии, а также ужесточить меры, уже принятые против Москвы в связи с ее политикой на Украине, подчеркивает Гайи.

Впрочем радоваться таким переменам не стоит, ведь разворачивающаяся сейчас «глобализация противостояния Запада и России» и формирование взаимозависимости между различными кризисами приведет к тому, что каждый из этих кризисов станет сложнее и опаснее, предупреждает журналист.

Украинским же чиновникам, которые «не переставая представляли свою страну как главного защитника евроатлантического сообщества от “российского оккупанта”», остается только «потирать руки»: теперь им даже не нужно напоминать своим союзникам о Крыме, поскольку этот вопрос без всяких сомнений скоро поднимут сами американцы и европейцы, в заключение отмечает он.