Комендансткий час под коньяк “Гандзасар” – Новейшая история Арцаха

1991 год! Степанакерт! Месяц не помню, но была весна то ли март, то ли апрель. Возвращаюсь домой после очередной вечерней дискуссии о спасении Армении с кругом неутомиммых дашнаков под местный коньяк “Гандзасар” и кофе.

Я вообще сторонился от таких бесед, но Або как оказывается сам убежденный тогда дашнак привел меня туда послушать как мы будем строить Армению если не от моря до моря, то от реки до реки.

Был там один цегакрон по имени Ашот с незоровым блеском в глазах, который, к моему здоровому удивлению, называл Баку-Бакуракертом, азербайджанцев-турками, Советский Союз-империей.

Вышел оттуда заранее,почти за час до комендантского часа, чтобы не начали проверять паспорта. У меня не было местной прописки.Кроме того,я не взял с собой паспорт. Спустился по Кирова до кольцевой и только повернул на адм. Исакова, как услышал сзади голос

– Гражданин постойте!

Сделал вид, что не слышу немного ускорив шаг. Два русских солдата погнались за мной сказав уже громче

– Стоять. Остановился!

– Ваши документы. Пожимаю плечами

– Дома забыл.

Пройдемте с нами до машины.

– А что я сделал? До комендантского часа еще есть время. Отпустите меня я пойду принесу паспорт.

В общем привели к машине,она стояла там где сейчас автобусы стоят на Аскеран и передали меня лейтенанту.

Тот опять спрашивает

– Ваши документы?

Спрашиваю в ответ-а что я сделал, комендантский час еще не наступил, за что меня остановили, мне срочно нужно домой и вообще я болен тяжелой болезнью с детства.

– Паспортный режим. Предъявите документы и если все нормально пойдете домой.
Все это напоминало мне сцену из фильмов про гестапо и я ответил на немецком,подобрав по школьной памяти какие то слова.

– Ихь хабе кайн аусвайс, герр официер.

Меня сразу запихнули в УАЗ-бобик. Там уже кроме меня находились трое. Один все время смотрел в окошко и нервно говорил-сейчас принесут мои документы, я передал через людей, сейчас принесут,временами его била дрожь от страха,

– Эса кяма паспортыс кяма.

Спрашиваю у сидящих-куда нас везут? Отвечают – в Асанабад, фильтрац. пункт.
Ну это нормально-подумал я. Я там уже успел побыть, там двухъярусные кровати с матрацами есть и менты свои родные.

УАЗик тронулся. В это время тот нервный вскочил и стал кричать

– Остановите машину, там несут мои документы, вот я вижу несут мои документы, остановите. Но машина поехала.

Подъехали к фильтрационке.Темно кругом. Нас выпустили с бобика и уже хотят повести в здание, как рядом с бобиком резко затормозила “Волга 24” то ли серого то ли белого цвета.

Оттуда вышли какие то армяне, молодые, но постарше меня и один из них подозвал лейтенанта и начал его спрашивать за что забрал этих людей. В общем они еще о чем то говорили и тогда армянин сказал лейтенанту

– Молодого отпусти тогда.Я его отвезу в город.

– Молодой наглый и дерзкий, но ладно забирай.

Меня посадили в “Волгу” и отвезли в Степанакерт,прям до дома моей сестры. По пути поговорили о жизни. Их было трое ,вместе с водителем.

И того.что говорил с лейтенантом и освободил меня, он сидел на переднем сиденье, я его потом увидел уже в другом месте и при других обстоятельствах, хоть с ним толком и не познакомился. Это был Левон. Левон Мелик-Шахназарян. Автор: Georg Ed Arakelian