Нубар Нубарян (Нупарян) родился 4 января 1825 года в городе Смирна в семье купца-армянина Мкртича Меликяна, женатого на сестре влиятельного министра при дворе вали-губернатора Египта Мухаммеда Али-паши, вассала халифа Махмуда II, султана-падишаха Высочайшего Османского государства, армянина по крови – Богос-бея Юсуфяна.
Став в 1805 году первым правителем Египта, Мухаммед Али-паша всерьез взялся за перестановки в иерархии общин, охотно пользуясь услугами сирийцев, греков, евреев и армян. Зачастую диктовалось это соображениями внешней политики. Египетских сирийцев он использует для налаживания и упрочения связей с Сирией, а греков – мореходов и торговцев – отряжает в морские экспедиции.
Тогда-то он и назначил вали Богос-бея Юсуфяна, выходца из Смирны, заниматься внешними и экономическими делами, что фактически возвело его в ранг руководителя кабинета.
Не падкий на мзду и подношения, решительный и энергичный Богос-бей пользовался безграничным доверием у Мухаммеда Али-паши, привлекая в аппарат управления Египтом знакомых богатых купцов-армян из крупных городов Османской империи – Стамбула и Смирны.
Он активно вовлекал их в торговые интересы Египта. Более того, он завез в страну около двухсот армянских ремесленников – ювелиров, строителей, каменщиков, оружейных дел мастеров, кожевенников: они пополняли своим трудом казну Египта.
После массового оттока греческих банкиров из Египта, Богос-бей стал назначать своих соплеменников на заметные должности: сарраф-баши (главного казначея), главы монетного двора.
Стараниями армян в 1818 году в Египте была пущена первая фабрика по выделке шелка. Армяне же производили 90 % табака в стране.
Когда Нубар немного подрос, то отец взял его в одну из своих поездок по торговым делам из Смирны в Египет. Там Нубар познакомился со своим знатным дядей – Богос-беем и произвел на него благоприятное впечатление.
Богос-бей решил принять активное участие в судьбе племянника. Сначала определил его на учебу сперва в Швейцарию, в город Веве на берегу Женевского озера, а затем, отправил к отцам-иезуитам в Тулузу, где Нубар учился при мужском ордене Римско-католической церкви и в совершенстве овладел французским.
В 17 лет Нубар возвращается к своему благодетелю Богос-бею и поступает на государственную службу. 18 месяцев он состоит секретарем при Богос-бее, имевшем к тому времени два портфеля – министра иностранных дел и министра торговли Египта.
В 1844 году девятнадцатилетнего Нубара, проявившего к тому времени достаточную сметливость и проворство ума, дядя продвигает во вторые секретари Мухаммеда Али-паши.
В том же году Богос-бей Юсуфян, покровитель Нубара, уходит из жизни. Ему было 69 лет. А черпез год, в 1845 году Нубара берет к себе первым секретарем прямой наследник Мухаммеда Али-паши – Ибрагим-паша аль-Масри, которого он сопровождает в специальной миссии в Европу.
Сменив в сентябре 1848 года больного отца в качестве вали Египта, Ибрагим-паша через год умирает. Власть вновь оказывается в руках Мухаммеда Али-паши, но всего на 10 месяцев: болезнь сводит его в могилу.
Править Египтом с августа 1849 года начинает внук Мухаммеда Али-паши – Аббас I Хильми-паша.
Он, новый вали, в 1850 году отправляет Нубара в Лондон – отстаивать от притязаний османского султана права Египта и семьи Мухаммеда Али-паши, ибо по подписанному соглашению за родом Мухаммеда Али было закреплено право на преемственность. Успешно справившись с поручением, Нубар удостаивается чести зваться Нубар-беем.
Через год Нубар женится на дочери сарраф-баши (главного казначея) двора султана Оттоманской империи Геворга Ерамяна – красавице Фолик. 2 августа 1851 года в Каире у них рождается сын Погос.
В 1853 году с новой миссией в качестве полномочного министра Нубар-бей едет в Вену, где и остается до кончины Аббаса I в 1854 году.
Мухаммед Саид-паша I –преемник Аббаса I, сперва выводит Нубара из состава своего кабинета, но два года спустя назначает старшим секретарем. В эти годы Нубар-бей способствует завершению работ по строительству железной дороги между Каиром и Суэцем.
Тяготясь капризами Саида, он соглашается снова ехать в Вену. Оттуда Саид-паша вновь призывает его к себе, на сей раз уже основным секретарем. В этой должности и пребывает он вплоть до смерти паши в январе 1863-го.
Племянник Саид-паши, 33-летний вали Исмаил-паша, вступив в должность наместника и успевший сдружиться с Нубар-беем, не раз признавался в том, что жизнью своей обязан ему: Нубар отговорил его от поездки поездом, во время крушения которого погиб его старший брат принц Ахмед, смертью своей открывший Исмаилу путь во власть. Случилось это в мае 1858 года.
Исмаил-паша отряжает своего доверенного Нубар-бея в Стамбул (Константинополь), чтобы тот в кратчайший срок оформил в надлежащем порядке у Абдул-Азиза, султана Османской империи, факт его вступления в права вали Египта.
Тем самым, проницательный и дальновидный Исмаил-паша, проложил бы путь к скорейшей реализации своих честолюбивых проектов, а в их числе была прокладка Суэцкого канала, призванного соединить Средиземное и Красное моря.
Нубар сумел убедить султана в необходимости выделить на строительство канала баснословную сумму. Удовлетворенный результатами визита Нубар-бея к султану, Исмаил-паша поручил ему, христианину, взяться за завершение работ по Суэцкому каналу. А это было высшей мерой доверия со стороны власти.
Для выполнения порученного, Нубар-бей съездил в Париж – утрясти спорные вопросы между Египтом и французской Canal Company. Решение вопроса было вынесено на арбитраж императора Наполеона III. Вся эта затея обошлась Египту в 4 миллиона фунтов стерлингов. По возвращении из Парижа Нубар-бей занял кресло министра общественных работ и был удостоен титула “паши”.
В 1866 году Нубар-паша, теперь уже в качестве министра иностранных дел Египта, едет в Стамбул. В июне 1867 года по настоянию Нубар-паши султан Абдул-Азиз возводит Исмаил-пашу в ранг вице-султана – хедива, правителя Египта с правом наследования власти по первородству, что ставило его выше других наместников Османской империи. И хедив не преминул воспользоваться этим ради достижения широкой внутренней автономии Египта в Османской империи.
Обустройство Суэцкого канала длиной 162,5 километра под присмотром Нубар-паши, занявшее в общей сложности 11 лет, подошло к концу. 17 ноября 1869 года состоялось его торжественное открытие для судоходства.
Стараниями Нубар-паши в 1876 году судебная неразбериха, когда в Каире размещались 17 консульств иностранных государств, и при каждом из них был свой суд со своим особым кодексом, была устранена и все эти 17 судов были заменены смешанными Международными судами с единым кодексом.
В том же 1876 году, потерпев поражение в войне с Абиссинией, вконец истощившей казну, Исмаил-паша вынужден был уступить англичанам пакет своих акций компании Суэцкого канала: долг Египта в 1876 году вырос до 10 миллионов фунтов.
Великобритания и Франция даже создали целую комиссию по изучению финансового состояния Египта. В этот критический момент Исмаил-паша и обращается к Нубар-паше с просьбой возглавить правительство страны.
28 августа 1878 года Нубар-паша принимает на себя обязанности премьер-министра так называемого «европейского кабинета». По настоянию англичан пост министра финансов занимает британец Чарльз Вильсон, а французы ставят маркиза де Блиниэра управлять министерством общественных работ Египта. Страна фактически потеряла даже относительную независимость.
В это же время в мире отгремела очередная русско-турецкая война. По Сан-Стефанскому русско-турецкому договору от 3 марта 1878 года Россия заметно расширяла свое влияние на Балканах и в Малой Азии. Этого европейские державы допустить не могли, почему в июне того же года в Берлине ими был созван конгресс, призванный пересмотреть итоги войны.
К самому началу работы конгресса (13 июня-13 июля 1878 г.) Армянская национальная делегация во главе с епископом Мкртичем Хримяном прибыла в Берлин, надеясь включить Армянский вопрос в повестку дня. Однако представленный ею проект самоуправления Западной Армении и Меморандум, адресованный западным державам, не были приняты во внимание. Не была допущена на конгресс и сама делегация.
У Нубар-паши было своя программа по облегчению положения армян Османской империи. Искусный дипломат Нубар-паша в своей программе держался мысли, что западные армяне не претендуют на политическую независимость, но при этом им должны быть предоставлены гражданские свободы и права, призванные обеспечить как их безопасность, так и честь и достоинство их жен и дочерей, не говоря уже о неприкосновенности имущества.
По глубокому убеждению Нубар-паши, для обеспечения успеха предложенных им реформ султан должен ввести должность правителя в армянских областях, которую занять должен армянин, пользующийся покровительством государств Европы. Реформы Нубар-паши касались трех сфер: создания охранного отряда при правителе для прекращения разбоя; судебной реформы; изменения налоговой системы. При этом размер налогов определяло само население армянских областей, и часть средств непременно должна была идти на содержание армянских школ и церквей.
Пройдут годы, и Мкртич Хримян, теперь уже Католикос Всех Армян Мкртич I Ванеци, направит Нубар-паше письмо следующего содержания: «…хочу напомнить Вам, Ваше Высокопревосходительство, что 17 лет назад я, в качестве представителя армянского Патриарха Нерсеса, вместе с нашим драгоманом г-ном Черазом, находясь в Париже, представил Вашему Высокопревосходительству Меморандум, содержавший новое решение Армянского вопроса, который мы намеревались представить Берлинскому конгрессу. Вы весьма охотно согласились уделить ему внимание.
Изучив и рассмотрев в разных аспектах этот Меморандум и сочтя его чрезмерным и неприемлемым, Вы подготовили другой, новый Меморандум, сделав с присущей Вам мудрой прозорливостью выдвинутые в нем требования более умеренными и исполнимыми. Этот новый умеренный Меморандум я отправил в Константинополь Патриарху Нерсесу.
К сожалению, как он сам, так и его ближайшие советники с величайшим упорством настояли, чтобы именно их Меморандум без всяких изменений был представлен конгрессу.
Получив в Берлине телеграмму с этим решением, я был охвачен столь великим горем, что, уединившись, расплакался как дитя, ибо ясно представил себе, каким будет конец…
Я не могу забыть этот случай. Я безусловно верю, что если бы Ваше Высокопревосходительство находились в Берлине и конгрессу был представлен составленный Вами Меморандум, то 61-я статья получила бы более непреложную, решительную и реально исполнимую формулировку, а не такую слабую и неопределенную».
Действительно, отсутствие единомыслия и сплоченности привело к печальному финалу. Формулировка пресловутой 61-й статьи решения Берлинского конгресса была ни к чему не обязывающей: «…Блистательная Порта обязуется осуществить, без дальнейшего замедления, улучшения и реформы…».
В разочарованных армянах вызрело убеждение в том, что освобождение Западной Армении от турецкого ига возможно только путем вооруженной борьбы…
В начале 1879 года правительство Египта решило уволить две с половиной тысячи офицеров. Не получая жалования полтора года, они подняли мятеж. 18 февраля группа офицеров в Каире преградила путь карете Нубар-паши, в которой ехал и министр финансов Вильсон. Оба были арестованы. Но томились они взаперти недолго: хедив Исмаил-паша вскоре вызволил их.
Да только время было упущено. 23 февраля 1879 года Нубар-паша подал в отставку. Французы и англичане пытались удержать его, но поняв тщетность своих усилий, обратились к султану с предложением – сменить хедива и поставить на его место сына последнего – Мухаммеда Тауфик-пашу.
Памятуя обо всем добром, что сделал для Египта Нубар-паша, Тауфик-паша 10 января 1884 года, с позволения султана Абдул Гамида II, назначает его премьер-министром правительства, в котором ключевые посты уже были в руках англичан.
К тому времени давление Великобритании на Египет возросло настолько, что Нубар-паша вынужден был открыто признать: «Мне дано не Египтом управлять, а британским правительством Египта. Я здесь разве что в качестве смазки колес этой машины».
В 1886 году, оказавшись в Лондоне, Нубар-паша добивается для Египта послабления и небольших уступок. При этом он не скрывал, что британские порядки лично его угнетают.
9 июня 1888 года он подает в отставку.
Аббас II Хильми-паша, став после смерти отца хедивом, 16 апреля 1894-го просит Нубар-пашу возглавить его правительство. Однако уже спустя полтора года, то есть 12 ноября 1895-го, семидесятилетний Нубар-паша, обеспеченный достойной пенсией, слагает с себя полномочия премьер-министра.
Четыре года после своей отставки Нубар-паша живет поочередно то в Каире, то в Париже, где 14 января 1899 года умирает, оставив состояние в 100 млн франков.
Тело его было предано земле на армянском кладбище Гелиополя, христианского пригорода Каира (ныне Гелиополис, но память о нем жива: именем Нубар-паши, великого реформатора Египта, в Каире названа улица. Есть она и в Александрии, где у входа в Театр оперы им. Мухаммеда Али-паши установлена его статуя.
Как говорилось выше, 17 ноября 1869 года состоялось его торжественное открытие для судоходства. Очевидец этого события Ф. Тернер в путевых заметках «Поездка на Суэзский канал» (ежемесячный журнал «Вестник Европы», 1869 г., декабрь, С.-Петербург) писал:
«Войдя в Саидский порт, мы очутились посреди весьма многочисленного флота военных и коммерческих судов всех наций. Везде было движение, кипела жизнь, везде замечалось какое-то особенное праздничное настроение. Вдруг все суда расцветились флагами, матросы разошлись по реям, началась пушечная пальба.
При входе в порт показался красивый французский пароход «Эгль», на палубе стояла императрица Евгения, окруженная блестящей свитой. Скоро после нее вошел пароход «Грейф», на котором находился австрийский император, затем пароход «Грилле» с прусским наследным принцем; затем показался русский флаг – это паровой клипер «Яхонт», на котором прибыл русский посол генерал Игнатьев со свитой из Константинополя.
Каждое приходящее судно салютовалось, со всех находящихся в порте военных кораблей, и отвечало им на салют, — канонада продолжалась все утро, представляя совершенно подобие морской битвы. Наконец, около 11 часов все несколько успокоилось в порте, суда заняли указанные им места, в два часа должна была происходить религиозная церемония на берегу, а на другой день рано утром был назначен вход судов в канал…
Возле нас раздался оглушительный выстрел огромного орудия, которым вооружен клипер, затем последовал другой, третий, вдали показалась лодка, украшенная красным бархатным шитым золотом балдахином, под ним сидело два человека в красных фесах и темно-синих богато вышитых золотом мундирах; это были вице-король, хедив Измаил-паша и его министр иностранных дел Нубар-паша.
Двенадцать, одетых в красивые мундиры, египетских лодочников дружно ударяли по воде веслами, лодка быстро приближалась, плавно обогнула корму нашего парохода и пристала к трапу. Вице-король – человек среднего роста, довольно полный, черты лица его, несколько смуглого, имеют южно-европейский характер; он свободно объясняется по-французски и вообще во всем своем обращении напоминает более европейца, чем властелина Востока.
Нубар-паша выше ростом, чрезвычайно красивый и стройный мужчина; судя по умному и хитрому взгляду его, Нубар-паша должен быть человеком далеко не обыкновенных способностей и по-видимому чрезвычайно проницательный; вместе с тем его ловкое и несколько самоуверенное и важное обращение напоминает, что он долго вращался в дипломатических кружках в Париже.
Нубар-паша армянин; благодаря своему уму и знанию обращаться с людьми, он пользуется необыкновенным влиянием в Египте и почти безусловною доверенностью вице-короля. Если вопрос о замене консульской юрисдикции международными судами будет окончательно проведен в Египте, то это только благодаря такту и уму, с которым Нубар-паша, председатель комиссии, повел все это дело».
Старшая из дочерей Нубара, вышла замуж за князя Тиграна де Апро-Багратуни, ставшего в 1881 году министром иностранных дел Египта. Другая дочь – Ева, вышла замуж за графа де Аршот-Шоенховена, прямого потомка принцессы Бельгии и Австрии Стефании цу Виндишь-Гратц.
Погос же стал достойным сыном своего отца, отмеченный высочайшими наградами: имел орден «Оливера де Серва» от Земледельческого общества Франции, орден Нила на Большой цепи от правительства Египта, ордена «Мечидие» I степени и «Османие» I степени от султана, орден «Леопольда» от короля Бельгии. Но о нем мы как-нибудь расскажем в другой статье…
