«Если вы сравните две карты Сирии – от прошлого сентября, когда российские вооруженные силы впервые вмешались в хаотичную гражданскую войну, и нынешнюю, – то вы увидите, что линии столкновения выглядят очень похожими», – пишет The New York Times. Издание утверждает, что вмешательство России в конфликт «заморозило ее интересы», однако страна не сделала практически ничего, чтобы каким-либо образом их продвинуть.
Американская газета пишет, что, несмотря на уверенность части американцев в «непрерывном победном марше Путина по Ближнему Востоку», на самом деле успехи России весьма скромные. Эксперты, в частности Марк Галеотти из Института международных и общественных отношений в Праге, считают, что «реального стратегического влияния» сирийская кампания Вооруженных сил России, которая продолжается уже почти год, не оказала.
The New York Times уверена, что Владимир Путин хотел использовать ситуацию в Сирии, чтобы вернуть своей стране статус великой державы как в глазах западного мира, так и в глазах своих союзников в Восточной Европе и Средней Азии. Для этого Москва должна была продемонстрировать, что поддерживает зависимые от нее государства.
Тем не менее вмешательство России не приблизило правительство Башара Асада к победе. К тому же Запад также не пошел навстречу российскому лидеру, который призывал к созданию коалиции. «Аналитики предполагали, что Путин хотел заключить большую сделку, в которой США и ЕС сняли бы санкции и пошли на уступки по Украине в обмен на помощь в Сирии. Прошел год, но никто не присоединился к коалиции Путина, и непохоже, чтобы кто-то собирался заключать сделку», – пишет издание.
Газета считает, что Владимир Путин, кажется, теперь сконцентрировался на двух менее масштабных достижениях: предотвратить дальнейшие военные поражения президента Сирии Башара Асада и вынудить США включать Россию во все переговоры по мирному урегулированию в Сирии. Издание отмечает, что такое решение демонстрирует «разрыв между амбициями сверхдержавы и реальной возможностью их реализовать».
Впрочем, даже эти две цели выглядят немного сомнительно. Проправительственные войска Башара Асада слишком слабы, чтобы выиграть войну, и бомбардировки российских ВКС не решат эту проблему. «В конечном итоге тупиковая ситуация в Сирии чуть более благоприятна для Асада, но она таки остается тупиковой», – пишет издание.
Включение России в переговоры также не означает, что Путин может диктовать свои условия. В этом плане его позиция не сильнее, чем у Соединенных Штатов. Однако теперь у него есть право вето, что поможет ему сохранить доступ к военным базам в Сирии и обеспечить лояльность любого поствоенного правительства.
The New York Times отмечает, что Россия избежала «увязания» в сирийском конфликте, однако, похоже, выходить из него Москва не намерена. Путин надеется покрыть свои расходы, однако для этого необходимо продолжать оказывать поддержку Асаду. Это, в свою очередь, продлевает конфликт, все больше повышая затраты России и создавая тем самым парадокс.
В целом американская газета отмечает, что «ни Россия, ни США не добились большого успеха в интервенциях в отдаленных районах». «Но их соответствующие амбиции, как правило, становятся более умеренными, в то же время продлевая взятые на себя этими странами обязательства. Так было с США и их 15-летним участием в войне в Афганистане, так случилось и с Россией, которая уже год наносит авиаудары в Сирии – и, вероятно, будет их наносить еще несколько лет», – пишет The New York Times.
Фото: New York Times
