Опубликовано: 10 Февраль, 2019 в 0:01

Киликия — Внутренняя и внешняя политика — 1187-1375 гг.

Киликия - Внутренняя и внешняя политикаКиликийское государство достигло наивысшего расцвета при Левоне II, Хетуме I и Левоне III. Левон II начал править страной еще с 1185 года, когда его брат Рубен II был взят в плен. После смерти Рубена II, в 1187 г. Левон наследовал престол de jure; с 1198 г. он принял царский титул.

Правление Левона II (1187—1219) совпало со временем третьего похода крестоносцев под предводительством Фридриха I Барбароссы. Его современником была Другая крупная фигура этой эпохи—Саладин.

В указанный период на севере и северо-западе Киликии в Малой Азии существовали латинские империи (Никийская в 1204—1260 гг.; Трапезунтская в 1204— 1462 гг.; в 1204—1228 гг. латиняне заняли даже византийский императорский престол) и Иконийский (или Румский) султанат в 1075—1307 гг., в пределах которого в 1229—1299 годах возник Османский султанат, зародыш будущей Османской империи.

Восточнее Киликии возникли следующие государства: а) латинские государства—Иерусалимское царство в 1099 — 1237 гг.; Антиохийское княжество в 1098-1288 гг. (в его состав с 1200 г. входило Триполисское княжество, возникшее в 1109 г. ); в 1289 г. монголы захватили это княжество, а в 1291 г. латиняне были изгнаны также из Палестины; б) мусульманские государства -Алеппский и Дамасский эмираты в 1085—1260 гг.; в) Западное ильханство монголов, возникшее примерно с середины XIII в., с царствования внука Чингис-хана— Хулагу-хана (1249—1265) и просуществовавшее почти до середины XIV века, когда начинается его распад, особенно после походов Тамерлана.

Южнее Киликии, на острове Кипр, в 1186 году возникает латинское княжество Лузиньянов, просуществовавшее в 1192—1489 годах в форме царства; в 1489 г. оно становится владением Венецианской республики, а в 1571 году попадает в руки турок. Другим южным соседом армянского государства был Египетский султанат.

С первых же дней своего правления Левон II столкнулся с султанами Иконии, Дамаска и Алеппо. Чтобы в дальнейшем не быть застигнутым врасплох, он построил ряд крепостей на границах, где содержались постоянные гарнизоны. Киликия в этот период была одним из экономически и политически сильнейших на Ближнем Востоке государств, имела торговые связи с итальянскими городами и странами Востока, развитое земледелие, ремесла и судоходство.

Поэтому крестоносцы считали целесообразным поддерживать с Киликией дружественные отношения. Предводитель третьего крестового похода Фридрих I Барбаросса (1152—1190), решив превратить Киликийское княжество в царство в составе священной Римской империи, предложил Левону II союз и царскую корону.

После смерти Фридриха папа согласился отправить Левону II корону, поставив при этом некоторые условия об унии. Левон II убедил армянское духовенство принять эти условия «для виду»1. В 1196 г. он был признан королем византийским императором Алексеем III, который прислал ему корону. Спустя два года корону прислал также Генрих I. В январе 1198 г.

Левон II был торжественно коронован в городе Тарсе как царь Армении. Вначале Левон II называл себя «царем Армении милостью бога и римского императора» (Dei et Romani imperii gratia, rex Armeniae) и «рабом» (servus) папы, но вскоре, как только все соседи признали его, стал называть себя царем Армении лишь «милостью бога» (Dei gratia rex).

Вассалитет Левона II имел чисто формальное значение, так как ни германский император, ни папа реально никакого влияния на дела Киликии иметь не могли; к тому же Левон снискал большое уважение в глазах соседей как политически самостоятельный царь.

Как правильно отмечает акад. А. Иоаннисян, формально обещая признать власть римского папы и предоставить ряд привилегий крестоносцам, Левон II старался защитить Киликию как от исламского Востока, так и от христианской Византии, укрепить армянскую государственность и церковь.

Неотступной идеей Левона II было то, что армянскому государству следует стать под покровительство какой-нибудь европейской державы, заручиться её реальной поддержкой. И поскольку по всей Западной Европе государи зависели от воли римских пап, то Левон II признал над собой верховенство папы, чтобы этим путём получить помощь у германских императоров и других «власть имущих». Он пришёл к такому выводу, будучи убеждённым в том, что священная Римская империя сильнее, чем враждебно настроенная к Киликии Византийская империя.

Вассальный статус армянского царя в отношении римского папы и германского императора выразился юридически в том, что при коронации Левона II его инвеститура была совершена именем папы и германского императора, причём возложение короны на царя было произведено кардиналом—представителем папы. Вместе с тем, его помазание было осуществлено не кардиналом, а католикосом всех армян—Апиратом и не по латинскому обряду, а по правилам армянской церкви. При этом Левон II был провозглашен «царем всех армян»2.

То обстоятельство, что признание верховенства папы было продиктовано внешнеполитическими соображениями, подтверждают послания Левона II и Апирата папе Иннокентию III, в которых писалось, что они «… остались тут у пасти дракона в среде наших неприятелей и врагов креста Христова», что «отныне без вашей помощи мы не можем больше выдержать»3.

Однако папство думало не о том, чтобы помочь армянскому царству, а о подчинении его себе. В начале XIII в. латиняне учредили патриаршество в Антиохии, а папа требовал, чтобы армянский католикос подчинился этому патриарху. Однако Левон II категорически отверг это требование папы и в своем указе, изданном в 1202 году, запретил этому патриарху вмешиваться в дела армянской церкви.

Возможно, именно в это время была сфабрикована «Союзная грамота», содержание которой было изложено выше. Этим «Актом унии» армянская церковь подчеркивала свою автокефалию и равноправие в системе христианских церквей.

При Левоне II Киликийское государство занимало территорию, границами которой были Евфрат—на востоке, Тавры—на севере, Исаврия и Ликаония — на западе. Главными портами и гаванями были Мерсина, Айас и Тарс. В этих городах иностранные торговцы имели свои фактории и «колонии».

Левон II заключал многочисленные торговые договоры с итальянскими и другими городами; он начал чеканить армянскую монету. Укрепив границы государства, он покончил с центробежными силами страны, которые подчинил своей власти, и стал феодальным монархом, подобно монархам Палестины и Антиохии. Верховная власть находилась в руках короля, а вассалы-феодалы подчинялись ему в качестве служилых людей, которые обязаны были по первому зову являться ко двору (Haute cour).

Рубениды, особенно при Левоне II и его преемниках,, пополняли свой бюджет, главным образом, за счет пошлин, поступавших от заморской торговли. Как мы уже указывали, они вели торговлю со многими соседними государствами, но особым влиянием отличались в Киликии итальянцы, которые имели льготы и преимущества перед другими иностранцами. Так, указом 1201 г. Левон II установил для подданных Генуи и Венеции:

1) право свободного передвижения по Киликии и право оседлости; право ввоза и вывоза товаров без пошлин и каких-либо стеснений (право свободного передвижения органичивалось только в вотчинах четырех крупнейших баронов);

2) освобождение от пошлины на золото или серебро, ввозимых не для чеканки монет;

3) обеспечение возврата имущества при кораблекрушении, если даже оно находилось на чужих кораблях;

4) возмещение убытков от ущерба в пределах Киликийского государства или его союзников;

5) признание действительными оставляемых ими завещаний, а в случае смерти без завещания, —передачу имущества родственникам, находившимся в Киликии;

6) право судиться у своих судей, а при отсутствии их—у архиепископа столицы;

7) при обвинении в преступлении — разбор дела царским судом.

Венецианцам отводилось место в гор. Маместии для постройки церкви, гостиницы и жилища; их священник получал жалование от Киликийского государства. Генуэзцы пользовались теми же правами в городах Тарс и Сис. По новому пожалованию 1215 г. генуэзцы получили в Тарсе целый квартал, где они имели право строить свою церковь, баню, хлебопекарню, разводить сады и т. д.

Устанавливая эти чрезвычайные льготы для венецианцев и генуэзцев, Левон II возлагал на них лишь одну «обязанность» — везде и всюду восхвалять армянского даря и защищать его интересы и интересы армянских купцов.

При Левоне II были определены основные направления внутренней политики армянского государства в отношении иностранных рыцарских орденов. Вместе с тем при нем в основном был решен также вопрос о месте армянской церкви и ее главы в государстве. В результате ожесточенной борьбы рыцарские ордены были лишены предоставленных им привилегий, а армянская церковь поставлена под контроль государства.

Рыцарство возникло во Франции, где оно впервые оформилось к концу XI века1. Воинствующие франкские рыцарские ордена, которые Маркс назвал «христианскими янычарами», создавались под эгидой римских пап. Они представляли собой ударную силу в деле распространения католицизма. Рыцарские ордена обосновались и в Киликии. Своим присутствием они внесли в армянскую феодальную среду ранее не известные институты общественной и военной организации.

Исследователи указывают, что ордена крестоносцев появились на Ближнем Востоке в период первого крестового похода. Центрами этих орденов были Иерусалим и Кипр. Они владели крепостями и землями также в Триполи, Антиохии и Киликии.

В Киликии крестоносцы имели три ордена—госпитальеров (или иоаннитов), тамплиеров и тевтонов.

Госпитальеры в Киликии стали обладателями земельных владений, начиная с 1149 г. В 1163 г. они получили новое пожалование—крепость в районе города Маместия, а при Левоне II — две крепости в Селевкии. Кроме пожалований, орден госпитальеров имел в своем распоряжении также купленные земли. Этот орден оставался в Киликии до 1375 г.

Тамплиеры (орден храмовиков) получали пожалования, начиная с середины XII в. В начале XIV в. владения этого ордена были конфискованы в казну. Тевтонский орден также владел в Киликии крепостями и землями в важных экономических и стратегических районах страны. При Левоне II, Хетуме I и других царях этот орден пользовался и торговыми льготами. Пребывание этого ордена в Киликии не было долговечным.

Эти три ордена в Киликии не пользовались правом экстерриториальности. Они пользовались иммунитетом в качестве вассалов Рубенидов, но вместе с тем их вассалитет носил особый характер. Дело в том, что они подвергались двойному подчинеию.

Созданные с согласия и благословления римских пап, эти ордена, как духовные организации, подчинялись верховному своему сюзерену—римскому папе. С согласия последнего они и выбирали своего непосредственного светского сюзерена.

Однако нередко, в нарушение этого правила, вопреки воле папы, они меняли своих непосредственных сеньоров и служили тому, кто больше платил. Каждый орден возглавлялся командором. Командоры через великого магистра, находящегося в Иерусалиме, затем на острове Кипр, подчинялись папе, но каждый из них, в свою очередь, должен был нести вассальную службу у князей и царей тех стран, в которых находился данный орден.

Дошедшие до нас жалованные грамоты, данные великими князьями и царями Киликии этим орденам, показывают, что пожалования носили характер бенефициев. Вассальная служба этих орденов заключалась в их военной помощи армянскому государству. Крепости и земли этих орденов отбирались при отказе последних нести верную службу.

Эти пожалования носили временный и условный характер. Это обстоятельство явствует из того, что каждая жалованная грамота должна была непременно утверждаться со стороны наследника дарителя, когда тот приходил к власти. Сеньоры (армянские цари), в свою очередь, обязаны были соблюдать неприкосновенность владения ордена (вассала) да тех пор, пока последний нёс свою службу исправно.

В практике армянского государства нередки были случаи конфискации владений этих орденов из-за неверности и вероломства последних. Например, крепость Гастон и другие владения храмовиков подверглись конфискации из-за их нелояльности к своему сюзерену, армянскому царю.

Константин Пайл силой оружия отнял у госпитальеров крепость в Селевкии из-за их отказа подчиняться армянскому государству и выдать царицу Изабеллу (дочь Левона II), бежавшую к ним. Царь Ошин в 1317 г. силой оружия отобрал другие их владения из-за их отказа оказывать военную помощь Киликии. Тот же царь конфисковал в казну владения храмовиков.

Выше отмечалось, что пребывание Тевтонского ордена в Киликии не было долговечным. Тевтоны, как правило, не придерживались обета верности армянской короне. Поэтому их владения неоднократно конфисковались. Сами Тевтоны, завершив свою «миссию», рано покинули Ближний Восток, чтобы развернуть свою «деятельность» в Восточной Европе.

Наконец, отметим еще одну особенность держаний этих орденов в Киликии. Здесь они не облагались другими государственными налогами, как это имело место в отношении других вассалов. Орденское землевладение было новым явлением в армянском феодальном обществе, однако оно не укоренилось в быту армянских феодалов, хотя последними и был перенят институт посвящения в рыцари.

Киликийское армянское государство в конце XIII и начале XIV века вынуждено было отказаться от «помощи» названных орденов, так как последние, вербуя своих приверженцев из числа армян, сеяли рознь в их среде.

Перейдем теперь к вопросу о том—каковы были взаимоотношения армянских великих князей и царей, с одной стороны, и католикосов всех армян, с другой?

В связи с поставленным вопросом следует вкратце остановиться на вопросе о роли армянских католикосов во внешнеполитических сношениях Армении. Эта роль менялась в зависимости от международного статуса страны. Если Арменией управляли чужеземцы, то на авансцену выступало высшее армянское духовенство в лице католикоса, который представлял страну перед иноземными правителями. В те же периоды, когда Армения имела свою государственность, церковные власти в этом отношении отходили на задний план.

Когда Византия в середине XI в. ликвидировала царство Багратидов, она одновременно сделала попытку положить конец также власти католикосов, хорошо понимая, что потерявшие свою государственность армяне возлагали свои надежды на церковное единство в лице католикоса всех армян, который должен был выступать от имени разрозненных и разбросанных по Ближнему Востоку армянских феодалов.

С этой целью сперва престол католикоса был перенесен из Армении в Себастию, а затем Константин X Дукас в 1059 г. заставил католикоса Хачика II Анийского прибыть в Константинополь, где его подвергли пыткам, применяя инквизиционные методы следствия. После же смерти Хачика II император не назначил выборов для избрания нового католикоса.

Однако, армяне, вопреки воле императора, в 1066 году избрали нового главу армянской церкви—Григория II Вкайасера (мученниколюбца), сына Григория Магистра, который оставался на престоле до 1105 г. и стал первым в ряду католикосов—выходцев из княжеского рода Пахлавуни. Престол католикоса теперь приютился у Багратидов в горах Антитавра, в Цамндаве, восточнее Кесарии.

Тогда же с разрешение сельджуков был восстановлен город Ани и восточные армяне избрали себе другого католикоса, как бы наместника католикоса всех армян. Это обстоятельство стало прецедентом для учреждения нескольких католикосатов. Иноземные захватчики, назначая каждый в пределах своих владений католикоса, старались противопоставлять их друг другу, расшатывать единство армянской церкви, использовать ее в своих целях.

Уцелевшие во второй половине XI в. армянские князья и цари, в свою очередь, желали привлечь к себе католикоса или иметь такового в пределах своих владений. При отказе католикоса всех армян по зову того или другого князя переехать к нему, последний, когда у него было достаточно силы, создавал у себя новый патриарший престол.

Так поступил, например, Филарет Варажнуни, учредив новый патриарший престол в своих владениях в местечке Гони, недалеко от Мараша, когда католикос всех армян отказался переехать к нему из Цамндава3. Эти обстоятельства привели к тому, что одновременно сосуществовали несколько католикосов—в Гони, Тарсе, Египте, Ани, Ахтамаре и др.

Выбор ряда католикосов по воле императоров, султанов и эмиров, отчасти и армянских светских феодалов, разумеется, подрывал сплоченность и единовластие в армянской церкви.

С образованием самостоятельного армянского государства в Киликии создались благоприятные условия для восстановления единства церкви. Но вместе с тем наблюдалась тенденция светской власти подчинить себе высшее духовенство. В этой связи отношения между светскими и духовными властями нередко принимали форму острой борьбы.

Государство Рубенидов было более централизованным, чем государство Багратидов. Поэтому понятно стремление Рубенидов подчинить себе церковь в большей мере, чем это делали Багратиды. Понятно также желание Рубенидов перенести престол католикоса всех армян в Киликию или, во всяком случае, в близлежащий к ней район. Эта тенденция особенно усилилась со времени превращения великого княжества Рубенидов в царство.

В XII же веке, когда Рубениды боролись за овладение всей Киликией и им приходилось переносить свою столицу из одного места в другое, престол верховного патриарха также не имел постоянного местопребывания. В 1116—1149 г. он находился в Цовке. В 1149 г. католикос Григорий III Пахлавуни перенес свой престол в Ромклай (ромейский клай, т. е. греческая крепость).

Эта крепость, ранее принадлежавшая армянским князьям, была захвачена крестоносцами, которые в 1150 году продали её армянскому католикосу. Таким образом, католикос стал феодальным сеньором, обладателем названной крепости и её округа. Кроме вооруженной стражи для охраны крепости он держал также войско для защиты своих владений и подчинения подданных.

Выбор Ромклая в качестве местопребывания патриаршего престола был удачным. Ромклай находился в районе среднего течения реки Евфрат (юго-восточнее Марата и западнее Эдессы). Он был расположен на близком расстоянии от Киликии и Месопотамии—ближе к Армении, чем когда-либо прежде. Район крепости был окружен владениями сельджуков и латинян. Католикос—сеньор не подчинялся de jure ни тем, ни другим.

Он вел себя с ними как самостоятельный и мирный сосед, не платил им ежегодной дани, но время от времени преподносил им символический дар как признак своей лояльности1. По мере ослабления латинских княжеств этого района и усиления Алеппского эмирства армянские католикосы в качестве землевладельцев-вассалов номинально подчинялись верховной власти эмира, но в качестве главы армянской церкви были самостоятельными.

Ромклай оставался местопребыванием патриаршего престола примерно в течение ста пятидесяти лет2. Он был одним из центров духовной жизни армян и вместе с Санаином (Восточная Армения) играл важнейшую роль в развитии литературы и науки.

Первоначально отношения между Рубенидами и католикосами характерны их сотрудничеством, причем первые пока не вмешиваются в сугубо церковные дела. Однако в самой Киликии Рубениды требовали от епархиальных епископов безоговорочного подчинения. Духовенство в Киликии представляло значительную силу; достаточно сказать, что там имелось 18 епископских епархий и 59 монастырей3. Рубениды, собирая под своей властью киликийские феодальные владения, бесцеремонно наказывали и тех епископов, которые оказывали им сопротивление.

Начиная с Левона II, армянские цари неуклонно стремились подчинить себе католикосов, требуя содействовать им во внешней политике. Выше уже отмечалось, что Левон II через своего канцлера, архиепископа Нерсеса Ламбронаци, заставил церковный собор принять условия папы хотя бы «для виду». Католикосы вынуждены были все чаще ездить в столицу Киликии— город Сие, чтобы вместе с царем согласовывать действия государства и церкви при проведении в жизнь важнейших вопросов внешнеполитического характера.

Левон II стал диктовать свою волю даже при решении вопросов, входивших в компетенцию церкви1. Так, после смерти католикоса Григория IV Отрока в 1193 г. он поддержал кандидатуру молодого Григория V Каравежа, при этом преследуя двоякую цель: использовать его как послушное орудие и угодить духовенству Восточной Армении, которое выдвигало эту кандидатуру.

Особое внимание Левона II к восточным армянам объяснялось тем, что он мечтал об освобождении всех армянских земель из-под иноземного господства и объединении их под своей властью. Он считал всех армян, проживающих в Армении и Малой Азии, подданными Киликийского армянского царства.

Стремление царя Левона II непременно присоединить Антиохию к Киликии нельзя считать обычной захватнической политикой феодального государства по отношению к соседней стране. Эта политика была продиктована другим, далеко идущим замыслом.

Левон II усыновил своего внука, сына дочери, наследника антиохийского престола, чтобы объединить Киликию и Антиохию, создать мощное армянское государство, способное объединить другие армянские земли, захваченные чужеземцами, и образовать единую и сильную армянскую державу на Ближнем Востоке. Его мечте не суждено было сбыться по ряду обстоятельств. Однако Левон II до конца жизни боролся за осуществление этой задачи, и недаром он называл себя «царем

Армении» или «царем всех армян». Именно поэтому он хотел видеть на патриаршем престоле католикоса, способного содействовать ему в его мероприятиях. К тому же он думал создать централизованную монархию, лишить иммунитета не только светских феодалов, но и церковь. И не случайно, что еще до коронации Левона II архиепископ Сиса.

Нерсес Ламбронаци свое обращение к нему начинал со слов: «К укрепленному Христом князю нашему самодержавному Левону». Действительно, последний фактически был. царем еще с 1190 г., хотя юридически царская власть была оформлена несколькими годами позже, а именно в 1198 году. И хотя он не был абсолютным монархом, но чувствовал себя настолько сильным государем, что не церемонился даже с главой церкви.

Для того чтобы подчинить себе католикосов он прибегал даже к крутым мерам. В этом отношении характерным является случай с католикосом Григорием V Каравежом. Выше было сказано, что Левон II поддержал его кандидатуру. Однако католикос, выражая волю подавляющего большинства армянского духовенства, не одобрял политику царя в отношении латинян, не понимая смысла лавирования Левона II между ними и греками. Кроме того, он хотел отстоять самостоятельность церкви. Борьба между царем и католикосом кончилась трагически.

Левон II решил избавиться от Григория V и приказал созвать церковный собор. Но собор так и не состоялся: По распоряжению царя католикос был арестован, привезен из Ромклая в Сис и заключен в крепость Копитара. Это первый случай, когда католикоса без следствия и решения церковного собора заключили в тюрьму.

Здесь католикос умер или был убит. Несомненно лишь то, что царь так или иначе избавился от католикоса, впоследствии прозванного «каравежом» (низвергнутым) или «гахавежом» (свергнутым с престола). Известно также, что как предыдущего, так и этого католикоса похоронили не в Ромклае, а в Дразарке (монастырь в Киликии). По воле царя католикосом был избран престарелый и послушный Григорий VI, впоследствии получивший нелестное прозвище «Апират» (неправедный).

Уступчивость этого католикоса и его окружения латинянам в вопросах вероисповедания привела к тому, что отныне католицизм постепенно пустил корни в армянской среде. О последствиях этого явления речь впереди. Здесь следует лишь отметить, что ни царь, ни даже Нерсес Ламбронаци, которого обвиняют в «латинофильстве», никак не представляли и не ожидали тех печальных последствий этого попустительства, которые обнаружились в будущем.

Левон II продолжал методически подчинять себе церковь по примеру византийских императоров. Католикос Апират был принужден оставаться в Сисе, где он и умер в 1203 г. Вместе с ним оборвалась цепь католикосов из рода Пахлавуни, из среды которых, начиная с 1066 г., престол католикоса наследственно занимали семь духовных лиц. Левон II на пост католикоса выдвинул епископа Сиса, своего ближнего Иоанна VI Сисского.

Так как католикос оказался «мятежным» и не соглашался с царем по ряду вопросов (царь арестовал племянников католикоса и конфисковал их имущество), то Левон II еще при жизни Иоанна VI назначил другого католикоса—Давида III в самой столице, городе Сисе.

Обойдя католикоса всех армян Иоанна VI, царь созвал в 1208 г. в городе Сисе церковный собор для принятия решения по вопросам церковного обряда, о чем ходатайствовал Захарий. амирспасалар из Восточной Армении.

После смерти католикоса Давида III в 1217 г. Левон II не назначил новых выборов. Возможно, Иоанн VI и царь помирились. Но важно то, что католикос в 1218 г. переехал в Сис, а впоследствии стал одним из регентов наследницы престола малолетней Изабеллы, дочери Левона II. Таким образом, царь добился своего, подчинив себе католикоса всех армян.

При преемниках Левона II католикосы сотрудничали с царями. Внешней политикой они стали заниматься лишь по поручению и с согласия царей. В их прямую обязанность входили, кроме сугубо церковных дел, занятия вопросами, связанными со школьным делом, литературой, искусством.

Следует также отметить, что и позже имели место трения между царями и католикосами, однако во всех случаях царям удавалось проводить угодную им политику, и непокорные католикосы удалялись со своих постов. И хотя в течение XIII века католикосат юридически находился в Ромклае, но резиденцией католикосов фактически был город Сис.

Когда же в 1292 году султан Египта захватил и разорил крепость Ромклай, взяв в плен католикоса и многих епископов, тогдашний царь Хетум II не пришел им на помощь, чтобы, наконец, убедить высшее армянское духовенство перенести католикосат в столицу Киликии. Таким образом, Ромклай, бывший юридически резиденцией десяти католикосов с 1149 до 1292 года, перестал быть центром армянской церкви.

Таким центром с 1293 г. стал город Сис, причем Сис оставался им и после гибели Киликийского армянского государства в течение 66 лет; лишь в 1441 году, после почти тысячелетнего скитания, престол католикоса всех армян был снова возвращен в первоначальное место—в Эчмиадзин.

Левок II произвел ряд реформ в области государственного управления, судоустройства, финансов, торговли и т. д. Ему подчинялись 70 больших и малых вассалов, которые назывались fideles homines, т. е. верными мужами; почти половина их была иноземного происхождения—греки, французы, немцы и т. д. Многие из них, а также масса рыцарей получили землю от. короля на условиях службы.

Левон II создал верховный суд и низшие судебные инстанции. Наряду с финансовыми и торговыми мероприятиями он уделял внимание развитию ремесел и промышленности в городах (текстильная, железоделательная, кожевенная промышленность, судостроение, выработка пергамента и производство бумаги).

В городах были созданы особые кварталы для ремесленников и торговцев. Сословие горожан приобрело такую силу, что потребовало и получило своих выборных судей. При преемниках Левона II постепенно вошли в состав горожан феодалы, которые и раньше участвовали в торговле. Эти вопросы подробно рассматриваются во второй главе настоящей работы.

Таким образом, при Левоне II Киликийское армянское государство достигло большого развития. Левона II признали своим царем и армяне Великой Армении, хотя он фактически не мог управлять восточными армянами, так как между Киликией и Великой Арменией лежали земли других государств, а сама Армения после падения Багратидов находилась под игом чужеземцев.

Тем не менее, Киликия имела торговые сношения с южными областями Великой Армении и Месопотамии, и восточные армяне с любовью взирали на Киликию, где расцветала культура их соотечественников, где было сильное самостоятельное государство. Хотя Армения и Киликия не были связаны общегосударственными узами, но все же все вопросы, имевшие общенациональный и общецерковный характер, решались в Киликии, где находились армянские цари и главы армянской церкви— католикосы.

Левон II управлял государством почти 35 лет. Не имея сыновей, а значит наследников, он остановил выбор на своем племянике Рубене-Реймунде, который был одновременно наследником и антиохийской короны. В 1216 г. он силой оружия посадил Рубена-Реймунда на престол Антиохии и объявил его наследником армянского престола.

Однако Рубен-Реймунд, сделавшись князем Антиохии, не сумел создать себе прочного положения, был в конце концов оттуда изгнан, и Левон II отказался от него, назначив свою двухлетнюю дочь Изабеллу наследницей престола. Все подчиненные ему князья, полководцы и войсковые соединения были приведены к присяге верности наследнице. Князь Антиохии и папа намеревались посадить на армянский престол своего ставленника.

Левон II искал подходящего зятя, который, вместе с дочерью, наследовал бы трон. Таким кандидатом в мужья намечался сын венгерского короля Андрея. В 1217 г. король Венгрии Андрей возглавлял крестовый поход в союзе с иерусалимским, кипрским и армянским королями.

Во время пребывания в Киликии он заключил с Левоном II договор, по которому Левон II должен был выдать свою дочь за его сына, тоже Андрея, причем было условлено, что сын венгерского короля получает право наследовать армянский трон пожизненно, даже в случае смерти дочери Левона II до брака. Этот договор, копия которого была послана папе Гонорию III для утверждения, до нас не дошел1.

Левон II был смелым воином, храбрым полководцем, искусным правителем, незаурядным дипломатом и щедрым меценатом.

Царствование Левона II проходило в сложной, но в общем благоприятной для армянского государства международной обстановке. В конце XII и начале XIII вв. Византия уже не представляла реальной угрозы для Киликийской Армении. Захватнические планы против армянского государства в то время вынашивали Египетский и Иконийский султанаты, туркмены-кочевники и крестоносцы.

В этих условиях армянское государство должно было учитывать противоречия между крестоносцами, арабами и сельджуками. Крупный государственный деятель Левон II не участвовал в авантюре крестоносцев, но все же оказывал им помощь, чтобы не портить отношения с германской империей и папством. Одновременно он оставался «союзником» египетского султана.

Таким образом, он вынужден был лавировать между египетским султаном Саладином и предводителем крестоносцев—Фридрихом Барбароссой, чтобы отстоять самостоятельность армянского государства. Использовав противоречия между крестоносцами и мусульманскими государствами и опираясь на вооруженные силы страны, Левон II укрепил ее северо-западные и юго-восточные границы.

Для того, чтобы обеспечить независимость страны и предотвратить вторжение мусульманских государств, Левон II заключил союз с предводителями третьего крестового похода, которые ставили себе задачу восстановить латинские государства Ближнего Востока. Крестоносцы с помощью Левона II захватили у Византии остров Кипр, где обосновалась впоследствии французская династия Лузиньянов. Левон II, в свою очередь, предоставил некоторым орденам крестоносцев поместья в самой Киликии, чтобы заручиться их помощью против своих врагов.

При Левоне II вся Киликия была объединена под властью армянского государства, южные морские границы которого достигали 500 километров. Левону II удалось изменить соотношение сил между армянским государством и латинским графством Антиохии, не раз пытавшимся захватить армянские территории в Киликии и поставить армянское государство в зависимость от Антиохии.

По договору 1194 года между Левоном II и графом Антиохии Боэмундом последний признал за первым право на «старшинство» и согласился, что графство перейдет к его внуку, который по материнской линии был двоюродным племянником Левона II (сын Боэмунда—Раймонд был женат на дочери Рубена, брата Левона II).

Таким образом Левон II, исходя из своих династических интересов, поставил перед собой захватнический план о присоединении Антиохии к Киликии и о создании единого, сильного государства под властью Рубенидов. Хотя Левону II и не удалось добиться своей цели, однако он укрепил оборонную мощь армянского государства, которое достигло большого расцвета и играло важную роль в экономической и политической жизни Ближнего Востока.

Внутри страны Левон II добился подчинения себе самостоятельных до тех пор армянских княжеств, превратив их в вассальные владения. Начиная с царствования Левона II, Киликия превратилась и в культурный центр армян. Государство открывало школы при многочисленных монастырях. Оно поощряло литературную и научную деятельность. Именно в XII—XIV вв. было сделано много переводов с греческого, латинского и других языков, написаны многочисленные самостоятельные произведения. В это же время развивались армянское изобразительное искусство и зодчество.

Умирая, Левон II назначил регентами королевства Константина-спарапета, Сира Адана и католикоса и завещал свою корону дочери и Андрею Венгерскому. Однако король Венгрии отказался от армянской короны. Тогда регенты выдали шестилетнюю дочь Левона за сына князя Антиохии Филиппа и избрали его в 1221 г. армянским царем. Бароны предъявили при этом 18-летнему царю ряд условий, особо подчеркнув, что он должен управлять по армянским обычаям, не имеет права привлекать на службу латинян и самовольно устранять князей и других сановников от их должностей.

Молодой царь в течение двух лет находился йод опекой регента Константина Пайла, но, достигнув 20-летнего возраста (совершеннолетия), он в нарушение своих обещаний стал удалять армянских князей и на их место назначать своих родственников—латинян. В довершение этого он начал вывозить ценности из Киликии в Антиохию. Армянские князья, во главе с Константином Пайлом, арестовали его и казнили в 1225 г.

В 1223 г. Константин был вторично избран феодалами регентом и стал во главе правительства. Все родственники царя Филиппа —латиняне были изгнаны из Киликии.

Следует отметить, что после убийства разбойниками Сира Адана, и смерти католикоса еще в 1220 г. власть в стране сосредоточилась в руках Константина спарапета. Последний в качестве родственника Левона II (его отец был братом матери Левона) не прочь был. сам стать царем, однако он не мог серьезно претендовать на царство: царем мог быть лишь муж наследницы— Изабеллы. Поскольку Константин-спарапет был хозяином положения, после казни первого мужа Изабеллы— царя Филиппа за измену, он уговорил нового католикоса и знать выдать царицу замуж за своего сына — Хетума.

В 1226 г. Константин Пайл созвал совещание 62 баронов (по другим источникам — 70) и высшего духовенства во главе с католикосом, чтобы избрать нового мужа для 11-летней царицы Изабеллы. Собрание избрало 13-летнего сына Константина Пайла—Хетума мужем Изабеллы и царем Киликии. 14 июня 1226 г. католикос совершил помазание Хетума царем. Отец Царя Константин оставался регентом царства до достижения царем и царицей совершеннолетия.

Хетум I (1226—1270) стал родоначальником новой династии — Хетумидов. Для того, чтобы Хетумиды могли доказать законность существования новой династии, все трое сыновей Хетума I и Изабеллы носили обычные для Рубенидов имена—Левон, Торос, Рубен.

При Хетуме I государством долго управлял его отец—Константин Пайл, а старший брат—Смбат гундстабль в течение почти 50 лет был главнокомандующим войсками и первым помощником царя. Другой его брат, Левон, был высшим чиновником двора1.

Царствование это проходило в сравнительно мирных условиях. Это был период, когда татаро-монголы завоевали Среднюю Азию и весь Ближний Восток, когда латинские государства востока одно за другим были ликвидированы, а египетские мамелюки все больше и больше усиливались.

Если раньше крестоносцы могли помогать армянам в борьбе против сельджуков и арабов, то теперь они не в состоянии были защитить и самих себя. Армяне оказались лицом к лицу с мамелюками, которые систематическими набегами угрожали существованию Киликийского государства. И Хетум I обратился к полководцу монголов Бачу Нуину, разгромившему в 1243 г. султана Иконии и ставшему хозяином Малой Азии, с предложением союза. Был заключен военный союз, и мамелюки перестали беспокоить Киликию.

Для того чтобы упрочить свой союз с монголами, Хетум I совершил путешествие в Монголию к великому хану Менгу или Мунке, который утвердил в 1254 г. договор дружбы, заключенный в 1243 г. между Хетумом I и Бачу Нуином. Текст этого договора в виде семи пожеланий и предложений со стороны Хетума I и семи соответствующих ответов великого хана Мунке приводится в «Истории восточных народов» историка Хетума Патмича. Двадцать третья глава этой «Истории», содержащая упомянутый договор, переведена со старофранцузского текста на армянский язык Ашотом Галстяном1. Мы приводим сделанный нами русский перевод договора:

«Первое. Он (армянский царь) попросил самодержца принять христианство вместе со своим народом, отречься от всех других культов и креститься.

Второе. Дабы существовали вечный мир и дружба между христианами и монголами.

Третье. Дабы во всех странах, завоеванных и тех, которые будут впоследствии завоеваны монголами, христианская церковь и духовенство, как церковная притча, так и монахи, были свободны от всех видов рабства и даже от (платежей) налогов.

Четвертое. Дабы он (самодержец) отвоевал из рук сарацин вместе с гробницей Господней святую землю и возвратил ее христианам.

Пятое. Дабы он объявил войну ложной вере Магомета и её главе Багдадскому халифу.

Шестое. Дабы он (самодержец) как особую привилегию предоставил ему (Хетуму) право в случае необходимости обратиться за помощью ко всем монголам, и особенно тем, кто является соседом армянского царства, и чтобы эта помощь была оказана немедленно.

И, наконец, седьмое. Он (Хетум I) попросил, чтобы все те земли, которые принадлежали армянскому царству и захвачены сарацинами и в настоящее время находятся под владычеством монголов, были возвращены ему, дабы он (Хетум I) имел возможность управлять теми землями, которые будут отняты у вышеупомянутых сарацин и переданы ему.

Великий хан Мунке, обсудив эти предложения и пожелания армянского царя, принял его (царя) и в присутствии своих сановников ответил ему пункт за пунктом приблизительно следующее:

1) он крестится и постарается, чтобы и его народ крестился, хотя он никого принуждать к этому не будет;

2) он тоже желает установления вечного мира между монголами и христианами; однако армянский царь должен предпринять все меры к тому, чтобы христиане в свою очередь полностью соблюдали условия этого соглашения;,

3) он тоже желает, чтобы во всех подвластных ему территориях церковь и духовенство пользовались привилегиями и не подвергались угнетению и беспокойству;

4) будучи сам занят, он поручает дело освобождения гробницы Господней своему брату Хулагу-хану;

5) он. сам тоже желает уничтожения Багдадского халифа, злейшего его врага;

6) он с удовольствием окажет помощь армянскому, царю, но пусть тот скажет, какую именно помощь он хотел бы получить;

7) он прикажет своему брату Хулагу-хану немедленно вернуть принадлежавшие армянам земли. Кроме этого он прикажет, чтобы армянскому царю были дополнительно переданы земли и замки в обеспечение его власти.

Как видно из текста этого договора, Киликийскому государству были возвращены все те земли, которыми в своё время владел Левон II и которые затем были захвачены султаном Иконии.

Эта дружба между армянским королем и монгольским ханом еще более укрепилась, когда Хулагу-хан в 1246 г. образовал Западное Ильханство. В 1258 г. монголы завоевали Месопотамию и двинулись на Сирию; с присоединившимися к ним армянами они одержали ряд побед над сельджуками и мамелюками, в результате чего часть Сирии, с городом Алеппо, перешла к Киликии. Но вскоре после смерти Мунке-хана Хулагу возвратился в Монголию, и мамелюки отобрали у киликийцев город Алеппо..

Согласно договору между монгольским и армянским государствами обе стороны обязались оказывать друг другу военную помощь. Монголы взяли на себя обязательство сохранять территориальную целостность армянского государства, не вмешиваться в его внутренние дела. Важно отметить, что армянский царь вел переговоры от имени не только Киликии, но и других армянских территорий, подчиненных монголам. Об этом свидетельствует одна из статей упомянутого договора, согласно которой монгольское государство брало на себя обязательство упорядочить налоговую систему в коренной Армении и уменьшить налоги, взимаемые с армянской церкви.

Доктор исторических наук Ашот Галстян высказал мнение, что три части книги Хетума, Патмича составлены на основе различных источников, причем основная её часть (вторая) принадлежит перу Смбата Спарапета (см. «Известия» АН Арм. ССР, серия общ. наук, № 9, 1958 г., стр. 72). Если это так, то приведенный выше договор, изложенный именно в этой части книги, приобрел бы большую достоверность, если бы можно было доказать, что Хетум Патмич внес в свою книгу рукопись своего дяди (Смбата Спарапета) без изменений.

Союз между небольшим армянским государством и громадной монгольской державой благоприятно отразился на внешнеполитических судьбах первого перед лицом враждебных султанатов Иконии и Египта, сыграл положительную роль в деле развития экономики Киликии, ставшей посредницей в торговле Запада с монголами. Отношение между державой монголов и армянским царством можно охарактеризовать как протекторат первого над вторым.

Армянский царь обязан был ориентироваться на внешнюю политику монголов, выставлять вспомогательные вооруженные отряды и вносить в казну ханов определенную сумму в виде дара. Подобная политика монгольских ханов по отношению к армянскому царству диктовалась их стремлением воспользоваться экономическими и стратегическими возможностями Киликии в их постоянной борьбе против Египта с целью выхода к Средиземному морю и захвата основных магистралей мировой торговли в этом районе,

Хотя союз между армянским государством и Монгольским Ильханством сыграл свою положительную роль в смысле некоторого укрепления позиции первого на международной арене, однако он приносил немало бедствий армянскому народу. Дело в том, что как удачные, так и неудачные походы монголов отрицательно отражались на отношениях между армянским государством и его соседями.

Захватнические походы монголов, в которых вынуждено было участвовать и армянское войско, лишь усиливали недружелюбие соседних государств к армянам, а их поражения имели своим следствием новые, ещё более опустошительные набеги врагов на Киликию—союзницу монголов. К тому же монголы не всегда бывали в состоянии оказывать необходимую помощь своему союзнику, так как они сами были заняты (особенно со второй половины XIII в. ) междоусобной борьбой. Как известно, в 1262 г. началась вооруженная борьба между Золотой Ордой и Западным Ильханством за захват Закавказья и других территорий.

Эта борьба с перерывами продолжалась в течение почти столетия. Поэтому Западное Ильханство не было в силах оказывать реальную помощь армянскому государству. Более того, ильханы сами вынуждены были перейти к обороне собственной державы от мамелюков и других государств Ближнего Востока.

В 50—60 гг. XIII в. были разгромлены основные опорные пункты крестоносцев в Палестине и Сирии, в 1261 г; пала Латинская империя на Востоке и дальнейшие крестовые походы были обречены на провал. Воспользовавшись этими обстоятельствами, египетские мамелюки осенью 1266 г. совершили поход на Киликию. В сражении у местечка Мари около Черных гор армянское войско потерпело поражение. Мамелюки затем совершили опустошительный набег на страну и были выбиты лишь в 1268 г.

Хотя латиняне провоцировали войну между Египтом и Киликией, однако ни они, ни монголы не пришли на помощь армянам, когда мамелюки в 1265—1266 годах совершили нападение на Киликию. Хетум I в течение 1, 5—2 лет ждал помощи у своих «союзников», но так и не дождался её, после чего он вынужден был в 1268 г: обратиться к египетскому султану и принять предложенные последним условия мирного договора, который латиняне назвали «вредным и несправедливым», так как мир между армянами и египтянами они считали невыгодным для себя1.

После этого угроза нашествия мамелюков на Киликию стала постоянным фактором во внешнеполитических сношениях армянского царства, которое не было в силах без помощи извне отстоять свою независимость. Это обстоятельство тем более усугублялось, что армянским царям не удалось полностью подчинить себе крупных феодалов, значительная часть которых в своих сепаратистских устремлениях не останавливалась даже перед изменой царю. В этих условиях царский двор и другие сторонники сильной централизованной власти искали надежных и сильных союзников против египетских мамелюков и других врагов Киликии.

С конца XIII и особенно в начале XIV в. помощь со стороны монголов чем дальше, тем больше становилась символической, так как Западное Ильханство само разлагалось и шло к упадку. Поэтому армянское государство вынуждено было в своих внешнеполитических сношениях круто повернуться и ориентироваться на Запад, с надеждой, что новые крестовые походы положат предел экспансионистским стремлениям Египетского султаната и других мусульманских государств и, тем самым, помогут армянам сохранить свою государственность. Начиная с царствования Хетума II и до конца существования Киликийского армянского государства западная ориентация была почти постоянным фактором в его внешней политике. Многочисленные посольства, направленные армянскими царями в западные государства, обивали пороги королей и римских пап, прося помощи в борьбе с врагами армянского государства.

При Левоне III (1270—1289)—сыне Хетуме I — мамелюки продолжали свои набеги и взяли столицу Тарс. Этому способствовали междоусобицы и сепаратистские выступления баронов. Латиняне и монголы требовали от Левона III выступить против Египта, чтобы содействовать им в завоевании Палестины и Сирии. Крестовые походы 1228 и 1248 годов не дали положительных для латинян результатов, а намечавшийся на 1270 год поход так и не состоялся, но римский папа требовал, чтобы армяне продолжали борьбу против Египта. Левон III старался сохранять мир с Египтом, дружбу с монголами, а с латинянами вести себя осторожно. Нападение мамелюков в 1271 г. было отражено армянами, возглавляемыми престарелым Смбатом гундстаблем, но целостность государства была восстановлена ненадолго.

Здесь следует остановиться на армяно-татарских отношениях. Как известно, монголо-татары свирепо расправлялись со всеми, кто сопротивлялся им. Они требовали от покоренных народов безоговорочного подчинения; опустошению подвергались особенно те страны, где монголы встречали более сильное сопротивление.

Те государства, которые не оказывали сильного сопротивления или же добровольно подчинялись монголам, становились вассалами великого хана и обязывались, кроме платежа дани, нести и военную службу. Так обстояло дело, например, в Армении и Грузии, где феодалы (светские и духовные), как правило, подчинялись монголам, надеясь этим путем сохранить свои феодальные привилегии, тогда как народ подвергался еще более сильной эксплуатации со стороны чужеземных и туземных хозяев.

С нашествием монголов в Закавказье возникают оживленные дипломатические связи армянских и грузинских феодалов (в том числе и духовенства) с монгольскими полководцами и даже с самим великим ханом. Предпринимаются поездки этих феодалов в Каракорум, в ставку великого хана. Эти дипломатические сношения имели главной целью сохранение за феодалами их владений, а также привлечение вниманий центральных властей к бесчинствам местных монгольских военачальников и правителей.

В то же время велась ожесточенная борьба между христианским и мусульманским духовенством за привлечение на свою сторону язычников-монголов. Такую же цель преследовали и миссионеры, направляемые в Монголию римским папой, французским королем и др. В XIII в. вопрос о том, какую религию выберут себе монголы, имел немаловажное значение. В Монголии развернулась борьба между христианами и мусульманами за привлечение монголов на «верный» путь.

Дворы монгольских ханов становятся местом интриг со стороны духовенства. На службу к ханам поступают духовные лица, грамотные и знающие языки. Немало армянских духовных лиц, как об этом свидетельствуют армянские историки и иностранные путешественники XIII в., поступает на службу к ханам в качестве переводчиков и дипломатов. Например, в 1246 г. во главе посольства, направленного великим ханом Гуюк к римскому папе, стоял армянин монах Саркис.

Почти сто лет длилась борьба между христианским и мусульманским духовенством за овладение монгольскими «душами». Есть сведения, что сын хана Батыя, Хулагу-хан и его сын Абага-хан, сам великий хан Мунке и др. приняли христианскую веру. Полагают, что и Гуюк-хан также был христианином. Однако мусульманское духовенство в конце концов взяло верх, и монголы приняли ислам, но до этого они обнаруживали терпимость по отношению к распространенным у покоренных ими народов религиям. Более того, монголы, используя религиозную вражду между мусульманскими и христианскими государствами, охотно заключали договоры с одним из них против других.

Как правило, монголы заключали договоры с теми, кто признавал сюзеренитет великого хана. При этом вассалы обязывались участвовать в походах монголов, ставивших перед собой цель овладения всем миром. Выше было указано на отношения, создавшиеся в связи с этим между киликийцами и монголами. Армянский царь, ставший фактически вассалом великого хана, был обязан платить дань и участвовать своими войсками в походах монголов, как это имело место в 1258—1259 гг., когда монголы и их вассалы уничтожили Багдадский халифат.

Однако нельзя отрицать той роли, которую дипломаты Киликийского государства сыграли в деле предотвращения опустошения страны и обеспечения дружественных отношений с монголами. Именно благодаря этой политике Киликия довольно долгое время была избавлена от нашествия со стороны мамелюков и турок.

Пока сохранялась целостность монгольской империи, и великие ханы были в состоянии держать местных ханов под своей властью, Киликийское государство пользовалось дружбой великих ханов, вернее, обеспечило) себе мирное сосуществование, неся вассальные повинности по отношению к империи. Но как только империй Чингис-хана распалась и начались разрушительные междоусобные войны между ее частями, Киликийское государство очутилось лицом к лицу со своими злейшими врагами, уже не считавшимися с лишь номинально существовавшей империей монголов.

В 1261 г. началась борьба между Золотой Ордой и Западным Ильханством. Икония и Египет воспользовались этим обстоятельством и не замедлили напасть на Киликию. К концу XIII и особенно в начале XIV в. отношения между Киликийский государством и монголами из дружественных превратились во враждебные.

Относительно армяно-монгольского союза следует отметить, что в исторической литературе нет единодушия при его характеристике. Акад. А. Иоаннисян полагает1, что признание Хетумом I власти монголов над собой не означало, что в политике армянского государства имел место поворот от западной ориентации к восточной, что сближение с монголами было лишь новым проявлением старой политики.

Это обстоятельство он объясняет тем, что монголы и крестоносцы преследовали одну и ту же цель—ликвидировать арабские и сельджукские государства. Поход монголов на Малую Азию ослаблял «зависимость» Киликии от Иконийского султаната. Кроме того, монголы были связаны с Киликией ощутительными, интересами, так как торговые караваны из стран Ильханства на запад проходили через Армению и Киликию, поскольку татарам не удавался захват Сирии и выход к морю.

Киликийские армяне были лояльными в отношении монголов не только тогда, когда последние наносили сокрушительные удары и» Иконийскому султанату, но и тогда, когда они терпели серьезные поражения от арабов и вынуждены были перейти от наступления к обороне. Акад. А. Иоаннисян объясняет это безоговорочной агрессивной политикой: тюркских и мамелюкских султанов в отношении Киликии.

Он заключает, что у Хетумидов восточная ориентация имела бы место только в том случае, если бы они объединились с арабами и сельджуками и боролись против крестоносцев и монголов. Но имело место как раз обратное; поэтому у киликийских армян не была перемены ориентации, когда они стали союзниками монголов.

Возражая А. Иоаннисяну,, А. Галстян, наоборот, полагает, что «создание армяно-монгольских связей открыло новую эру в политической истории Киликийской Армении»1. В доказательство этого он, в частности, ссылается на то, что монгольский хан пригласил армянского царя и румского (иконийского) султана и требовал, чтобы они заключили между собой «договор дружбы».

Вопрос об армяно-татарском союзе требует дальнейшего изучения. Правы те исследователи, которые считают лояльность армянского государства к монголам вынужденной. На это ясно указывает Киракос Гандзакеци. Говоря о походах полководца Бачу, он. описывает их опустошительный характер. Киликийскому армянскому правительству это было известно.

И когда монголы, разгромив иконийского султана, вплотную подошли к границам Киликии,. Хетум I вынужден был направить к их полководцу посольство с предложением заключить договор о мире. Бачу-нуин в ответ на послание и предложение армянского царя потребовал выдачи ему матери, жены и дочери разгромленного им иконийского султана, нашедших приют у армянского царя.

О том, что Хетум I вынужден был нарушить правила гостеприимства и выдать названных лиц монгольскому полководцу, свидетельствуют высказанные им при этом слова: «Мне было бы легче, если бы у меня потребовали моего сына Левона, чем их». Историк со своей стороны добавляет, что Хетум I выдал их «против своей воли. так как боялся их (монголов)», чтобы не давать им повода учинить великое зло.

Более того, чтобы задобрить Бачу-нуина, армянский двор преподнес ему и другим начальникам монголов «много подарков». После этого монголы установили дружественные отношения с армянским царем и дали ему «грамоту», называемую согласно их религии (обычаю) «эль-тамгу»1.

Таким образом, союз Хетума I с ханом Западного Ильханства следует расценивать, как вынужденное мероприятие, имеющее своей целью спасти хотя бы часть армянских земель от вторжения монголов. Известно, что вторжение монголов влекло за собою разрушительные, иногда даже катастрофические последствия для экономики тех районов, которые монголы подчинили себе силой оружия.

Наоборот, не подвергались разрушениям те земли, правители которых признавали власть монголов. С этой точки зрения признание армянскими царями номинальной власти ханов было «наименьшим злом», а не добровольным союзом. Поэтому, как правило, вынужденным было и участие армянского войска на стороне монголов в их походах против арабов и сельджуков, поскольку в результате армянское государство оказывалось козлом отпущения в качестве «союзника» монголов.

В связи с изложенным уместно еще раз возвратиться к вопросу о так называемой ориентации армянского государства. Факты говорят о том, что до царствования Хетума II (1289—1301) у киликийских армян не было постоянной, неизменной западной ориентации. Известно, что князь Млех предпочитал иметь дружественные отношения с соседними мусульманскими эмирствами.

Известно также, что Левон II проводил политику лавирования между «франками» (папством, германским императором и т. д. ), византийцами и сельджуками. Правда, он иногда содействовал походам крестоносцев, например, в 1191 году во главе армянских военно-морских и сухопутных сил лично участвовал в походе, возглавляемом английским королем Ричардом II, и помог ему отнять у византийцев остров Кипр, однако он, как правило, отмежевывался от авантюристических походов латинян против арабов и сельджуков, не боясь при этом навлечь на себя угрозы и «анафему» римского папы.

После Левона II такую же линию лавирования проводил крупный военный и политический деятель 20—30-х годов XIII в. Константин Пайл. Сын последнего, царь Хетум I, как было сказано выше, вынужден был вступить в союз с монгольскими ханами. Однако он поступил так не потому, что придерживался западной ориентации, а так как боялся монголов и стремился к тому, чтобы не допустить превращения Киликии в места опустошения, какими стали многие районы Армении. К тому же отношения между монголами и латинянами не всегда были дружественными.

Дело в том, что монголы были заинтересованы в постоянной борьбе между латинянами, с одной стороны, арабами и сельджуками, с другой. Римские папы и латиняне вообще, в свою очередь, стремились использовать силу монголов для своей авантюристической политики на Ближнем Востоке. Армянское государство учитывало эти обстоятельства и в каждом отдельном случае ориентировалось на ту или иную сторону в зависимости от ситуации.

Выше мы отмечали, что Хетум I нарушил мирные отношения с Иконийским султанатом в угоду монголам вынужденно. Левон III также оставался верным монголам не потому, что придерживался западной ориентации, а потому, что мечтал с их помощью объединить все армянские земли иод своей властью.

Однако Аргун-хан отдал Восточную Армению грузинскому царю Деметру1. Монголов интересовала Киликия до тех пор, пока они боролись за выход к Средиземному морю. В связи с борьбой за овладение Сирией они столкнулись уже с латинянами. Этот факт свидетельствует, что монголы не были постоянными «друзьями» латинян.

Они не стали и вечными врагами сельджуков и арабов. Правда, в 1294 году они окончательно ликвидировали Иконийский султанат, но на его место в 1299 году встал султанат османских турок, враждебно настроенных по отношению к латинянам, грекам и армянам. В конце же XIII и начале XIV века при Газан-хане монголы коренным образом пересмотрели свой подход к сельджукам, арабам, армянам и латинянам.

Это обстоятельство следует объяснять не столько тем, что монголы приняли ислам (хотя и это имело известное значение), сколько тем, что у них самих началась феодальная раздробленность, не прекращались междоусобные войны между Золотой Ордой и Западным Ильханством, а последнему пришлось перейти к обороне против сельджуков и арабов.

Понятно, почему монголы все чаще стали нарушать свои союзнические обязательства в отношении армянского государства. Они не хотели и не могли противостоять Египетскому султанату, захватившему Иерусалим, Антиохию, Триполи и другие земли, а в 1291 полностью ликвидировавшему латинские государства Ближнего Востока.

В этом районе оставались только два христианских государства—армянское в Киликии и французское на острове Кипр, оказавшиеся лицом к лицу с сильным и экспансионистским Египетским султанатом, не скрывавшим своего враждебного отношения к «союзнику» монголов—армянскому государству. Причем Египет думал уже не о карательных походах против Киликии за её верность латинянанам и монголам, как раньше, а поставил перед собой задачу вообще ликвидировать её как государство.

Что же касается монголов, то их последние крупные походы 1299 и 1300 годов против Египта, в которых армянское государство вынуждено было участвовать, не имели решающего значения. Более того, во время нового похода монголов против египтян, их полководец Биларгу враждебно отнесся к армянскому двору за его «латинофильство», вероломно арестовал Хетума II, Левона IV и их князей, всего 40 человек и в Аназарбе 17-го ноября 1307 г. предал их смерти, решив захватить страну.

Армянское войско во главе с Ошином I напало на своих «союзников» — монголов и прогнало их из Киликии1. Хотя по приказу ильхана Биларгу был приговорен к смерти, однако союз армян и монголов после этого фактически был нарушен. А в 1314 году татары совершили опустошительный набег на Киликию. Они стали повторять подобные набеги вкупе с тюрками и египтянами.

Таковым был исход союза армян с монголами, которые, потеряв всякую надежду изменить соотношение сил в свою пользу, с начала XIV века постепенно отступили от прибрежных районов восточного Средиземноморья и сосредоточились в Иране. Таким образом, ориентация армян на латинян и монголов имела плачевные последствия для них.

Следует в связи с этим констатировать, что над армянским государством, как дамоклов меч, нависла угроза нашествия сильных, агрессивных государств. Поэтому ему приходилось постоянно заботиться о союзе с теми или другими государствами. Ориентируясь то на западные, то на восточные державы, армянское государство часто совершало ошибки в выборе своего союзника или протектора, которые вовлекали своего протеже в орбиту захватнической политики, а в критические моменты оставляли на произвол сдуьбы.

Нельзя согласиться с утверждением Орманяна о том, что если бы в середине XIV века армяне подчинились египетскому султану, то им удалось бы сохранить свою государственность1. Конечно, правы те исследователи, которые порицали недальновидную, гибельную для страны политику ряда царей Киликии XIV в., вопреки воле подавляющего большинства армянского народа и в угоду кучке латинофилов и определенных групп купеческого сословия (в котором значительное число составляли европейцы, в первую очередь, итальянцы) все больше втягивавших страну в сферу западной политики.

Но никто сегодня не может доказать, что лояльное отношение к египтянам и сельджукам спасло бы армянское государство, так как по волчьим законам феодального права сильные поглощали тех, кто не был в состоянии защитить себя. В числе последних оказалось и армянское государство, которое при указанных обстоятельствах не могло отстоять свою самостоятельность без помощи извне, тем более, что изнутри оно, чем дальше, тем больше ослабевало из-за феодальных распрей и раздоров между носителями различной ориентации.

Говоря об армяно-латинских отношениях, отметим, что некоторые армянские цари и даже католикосы принимали католическое вероучение, признавали верховенство римских пап над армянской церковью, чтобы показать свою приверженность к западу, откуда они ожидали помощи. Так, например, царь Хетум II (1289—1301), ore же впоследствии регент, католикос Григор Анаварзаци, и царь Левон IV (1301 —1307) принудили церковный, собор 1307 г., состоявшийся в городе Сисе, пойти на унию с католической церковью. Сторонниками унии были и царь Ошин (1309—1320), и. католикос Константин Кесараци, и царь Левон V (1320—1342), при котором важнейшие должности в государстве были поручены людям латинского происхождения или католического вероисповедания.

Хетум II (1289—1301)—сын Левона III — на короткое время добился восстановления военного союза с монголами, и мамелюки были вновь изгнаны из Киликии. Но в 1302 г., когда Киликия опять подверглась нападению, монголы оставили ее одну.

С царствования Хетума II армянское государство начало постепенно клониться к упадку. Среди внутренних причин, приведших к его поражению и ликвидации, основными были подрывная деятельность латинофилов и междоусобная борьба между многочисленными сыновьями Левона III (их было семеро).

Наследник престола Хетум еще при жизни отца принял католическое вероисповедание, стал членом францисканского ордена, возглавлял латинофильское течение в стране и требовал, чтобы армяне приняли католицизм и вступили в унию с католической церковью. Противник этого течения католикос Константин Катукеци в 1289 году был лишен своего сана.

Хетум II de jure правил страной в течение 18 лет. Он неоднократно уходил в монастырь, но вновь возвращался к царству. В его отсутствие в 1298 г. царем был избран его брат Смбат, который правил страной 2, 5 года. Хетум II и другой его брат Торос вступили в борьбу с Смбатом за царскую власть. Смбат арестовал их, Тороса приговорил к смертной казни, а Хетума II велел ослепить.

Затем против Смбата выступил другой его брат, Константин (владетель крепости Капан). Смбат потерпел поражение и был заключен в крепость. Константин в качестве старшего барона управлял страной по поручению ослепленного Хетума II. В 1299 году он был свергнут, так как Хетум II вылечился, стал снова зрячим и потому считал себя вправе быть царем. Как политический деятель Хетум II, будучи членом духовного братства, не расставался с мечом и жезлом монаха.

Он был некоронованным монархом, духовником-регентом, монахом — внемонастырским. Он был неустойчив, впадал из одной крайности в другую, действовал по конъюнктуре, не придерживался определенной политики, слыл набожным, ревностным патриотом, который, однако, ошибочно полагал, что армянское государство может положиться на помощь папы2. Он выслал из страны своих братьев Смбата и Константина. В 1301 году он провозгласил сына своего брата (Тороса, убитого Смбатом) 12-летнего Левона IV царем (1301 — 1307), но продолжал управлять страной в качестве регента.

Это он 19 марта 1307 году созвал церковный собор и заставил его обратиться к папе за унией. Ориентация на папство привела к кровавым последствиям. Царь Ошин (дядя Левона IV и брат Хетума II) сделал попытку провести в жизнь решение Сисского собора 1307 г. об унии. В ответ на это в 1308 и 1309 годах имели место антиправительственные демонстрации, в которых участвовали духовные лица и народные массы. Ошин учинил кровавую расправу над восставшими.

Многие из них были казнены, вардапеты были заключены в. тюрьму или сосланы на остров Кипр. Только царский двор и католикосат были за унию. Причем усиление опасности извне заставило их крепче придерживаться унии, что, в свою очередь, усиливало сопротивление народа, противника унии. Таким образом, перед липом опасности извне внутренние неурядицы имели губительные последствия.

Латинофильство царского двора привело к тому, что все соседние мусульманские государства стали враждебно относиться к армянам. К тому же участились центробежные акции при царе Левоне V, и центральному правительству приходилось все чаще прибегать к оружию против мятежных князей. В самом дворце Левон V, Достигший совершеннолетия (двадцать лет) в 1329 году, предал смерти регента и его брата, в 1331 г. женился на дочери сицилийского царя и широко открыл двери перед латинянами, через которых он надеялся получить помощь у папы.

Между тем, если латиняне «воевали» против врага Киликии—Египетского султаната лишь «пером и сочувствием», то египтяне беспощадно истребляли армян огнём и. мечом1. Обращение Левона V к папе и к государям Европы за помощью еще больше усилило напор мамелюков, которые в 1322 г. взяли ряд. киликийских городов.

Хотя мамелюки в конце концов и были изгнаны, но египетский султан в 1323 г. навязал армянскому государству унизительный Каирский мирный договор, согласно которому оно стало данником Египта. Армянское государство согласилось платить Египту ежегодно 50000 золотых флоринов (или 1 200 000 диргемов) и 50 % пошлины, взимаемой в морском порту Айас.

Более того, египетский султан Мелик-Насир, опасаясь крестового похода и обвиняя армянского царя в тайных сношениях с Ватиканом и западными государствами, совершил разбойничий поход на Киликию в 1335—1337 гг. и, согласно мирному договору 1337 г., захватил ряд юго-восточных районов Киликии и важнейший морской порт страны—Айас. В то время, как католикос и епископы были за соблюдение условий мирного договора с Египтом, Левон V и латиняне в угоду папству и рассудку вопреки проводили антиегипетскую политику.

Эта дилемма—с кем и против кого? — была постоянным фактором во внешней политике армянского государства в XIV веке. Католикос Яков, который оказывал сопротивление царю, в 1341 году был вынужден уйти в отставку. Левон V на его место без церковного собора назначил угодного себе другого католикоса.

Однако церковный собор избрал католикосом Мхитара I (1341— 1355). Следует отметить, что не все католикосы XIII— XIV вв. были латинофилами. Ряд католикосов и светских лиц были известны как «ахтарма», т. е. люди, сочувствующие католицизму, но окончательно не перешедшие в католицизм. Они стояли на распутье: старались угодить латинянам, но не хотели огорчить и приверженцев армянской церкви.

Надежды армян на помощь с Запада не оправдались и не могли оправдаться, так как западные крестоносцы и римские папы отнюдь не были заинтересованы в процветании армянского государства. С другой стороны, египетский султанат поставил перед собой задачу ликвидировать армянское государство, союзника монголов и крестоносцев, врагов мамелюков.

Начиная с 1275 г. и особенно с 20-х годов XIV в. египетские мамелюки систематически совершали набеги на Киликию, пока не положили конец армянскому государству. Набеги мамелюков приняли все более частый и разрушительный характер особенно с начала XIV в., когда монголы изменили свое отношение к армянам, считая их орудием западных государств в их экспансионистской политике на Ближнем Востоке.

Союз между Киликийский армянским государством и монголами перестал существовать с ноября 1307 года, когда Филаргун, начальник монгольского отряда в Киликии, по подстрекательству турок-сельджуков вероломно убил царя Хетума II, его малолетнего племянника—царя Левона IV и других князей за их «латинофильство». При этом монголы попытались даже захватить часть Киликии. После этого международное положение армянского государства еще более ухудшилось и оно быстро шло к упаду.

Таким образом, со времени ухудшения отношений. между армянским государством и Ильханством египетские султаны усилили свою агрессию по отношению к Киликии. При этом они уже не боялись крестовых походов, так как на Западе как раз в это время началась Столетняя война. В этих условиях, начиная с 1321 и до 1375 гг. почти не прекращались нападения со стороны мамелюков и туркменов на Киликию.

Последние страницы истории Киликийской Армении отражают ожесточенную борьбу между различными течениями. Эта борьба принесла много жертв. 26 августа 1342 года не стало Левона V. Существует мнение, что он скончался скоропостижно. Очень возможно, что он был убит во время народного волнения. С ним прекратилась династия Хетумидов по мужской линии. Это обстоятельство стало еще одной причиной борьбы за власть. На арену выступили родственники Левона IV по женской линии, французы из династии кипрских Лузиньянов.

Преемником Левона V был избран князь Иоанн из дома Лузиньянов—сын сестры Хетума II и короля Кипра. При короновании он получил имя Константина III (1343—1344/5). Он и его братья вместо организации защиты страны, были заняты интригами в пользу папы и всячески отстраняли армянских князей от управления. В 1343—1344 гг. были убиты Константин III Лузиньян и два его брата за насильственные мероприятия по внедрению латинских порядков во дворце и в стране. Армяне в Адане разбили также отряд латинских воинов, приведенных с Запада в качестве карательной силы. Власть захватили армянские князья из Низрского дома.

Константин IV (1344—1363), покончив с религиозными спорами, стал во главе армянских князей и с помощью короля Кипра отвоевал у мамелюков ряд городов. Но папа и на этот раз отказался помочь армянам, пока они не примут католичества. Поскольку Константин IV умер в 1363 г., не оставив прямого наследника, снова разгорелись страсти между сторонниками и противниками Лузиньянов (латинян). Дело кончилось убийством ряда авантюристов и приходом к власти двоюродного брата царя—Константина V (1363—1373).

В течение почти тридцати лет (1344—1373) эти два царя безуспешно пытались умерить страсти сторонников и противников унии, многочисленными обращениями к папам и западным государям тщетно ждали помощи извне. Между тем интриги Лузиньянов за захват власти усиливали неустойчивое положение царя Константина V, который был убит народными массами за попытку изменнически сдать столицу Сис египтянам взамен обещанного ему приюта в Египте.

В середине 1374 года власть взял в свои руки Левон VI Лузиньян, который 16 апреля 1375 года сдался египтянам. Таковы были плоды латинофильства Киликийских правящих кругов. В этой связи следует считать беспочвенными утверждения духовника и панегирика Левона VI — хрониста Иоанна Дардела о том, что католикос и другие будто изменили царю, что причиной всех злосчастий армян и падения армянского царства было будто то, что армяне не стали католиками.

В этой связи следует отметить, что над Киликийским государством нависла опасность еще со времени возникновения латинофильского течения, сделавшего Киликию мишенью для нападок её соседей, заклятых врагов европейских захватчиков.

Левон II и Нерсес Ламбронаци с благими намерениями оказывали гостеприимство латинянам, открывали двери страны перед ними. Армянское государство думало развивать взаимовыгодные отношения. Хотя экономические связи с европейскими странами содействовали развитию Киликии, однако культурные и особенно политические сношения с латинянами оказались в конечном счете пагубными для армянского государства. Эти сношения в течение XIII—XIV вв. постепенно, но неуклонно ослабляли армянское царство изнутри, подготовляя тем самым его неминуемую гибель. В этом деле неблаговидную роль сыграли католические ордены францисканцев, августинцев и доминиканцев.

Орден францисканцев был основан итальянским купцом Джиованни Бернардоне (род. в 1182 г. в Ассизе). В 1206 г. он оставляет занятие купца, принимает духовный сан под именем Франциска (человека, знающего французский язык) и организует монашеский нищенствующий орден, известный под его именем. За короткое время этот орден насчитывал несколько десятков тысяч членов в Европе. В 1223 г. папство утвердило его устав.

С самого начала орден был чрезвычайно централизованной организацией—все его монастыри подчинялись только римскому папе. На Восток францисканцы пришли для распространения христианства среди нехристиан. Однако они стали «просвещать» христиан этого района идеями католицизма. Они организовывали торговые дома, благотворительные общества, открывали школы.

Вместе с тем они развернули и политическую деятельность, вмешивались во внутренние дела чужих стран, стремясь подчинить их папской власти. В Киликии они проникли в царский двор, занимая государственные должности, и даже в армянскую церковь1.

На острове Кипр существовал орден премонстратов — одна из секций ордена августинцев. Последний был организован в XIII в. как нищенствующая организация, устав которой был составлен на основе сочинений богослова Августина. В этот орден поступали также армяне, например, племянник Хетума I, также Хетум, получивший духовное имя «брата Антона»2.

Если францисканцы сеяли семена раздора в Киликии, то такую же «работу» делали доминиканцы в Армении. Монашеский орден доминиканцев был основан в Испании проповедником Домиником (род. в 1170 г. ) для борьбы с ересью.

Во Франции этот орден вёл борьбу против альбигойцев. Религиозная секта альбигойцев представляла собой ветвь распространенного во многих странах Европы антифеодального и антицерковного течения катаров. Катары (в том числе альбигойцы) боролись против гнёта католической церкви и римского папы.

Неудивительно, что зверское преследование этой секты было поручено именно воинствующему ордену доминиканцев, юридическое узаконение которого было произведено в 1225 году папой1. Центром их деятельности был город Болонья в Италии. Папа Григорий IX в 1229 году учредил инквизиционные суды и с 1232 г. поручил руководство ими доминиканцам.

Доминиканцы имели епископат в Армении уже в 1318 году. Здесь они положили начало униторскому (униатскому) течению. Они начали свою деятельность сперва в области Парскахайк, затем двинулись на север в Нахичеван и Сюник (в уезде Джаук, или Джахук, по имени которого армяне-униаты стали известны как джаукеци).

Они открывали монастыри, церкви—очаги распространения католицизма. Архиепископ униторов сидел в Нахичеване. Униторы были заняты скорее распространением схоластики, чем науки. Армянские униторы стремились полностью латинизировать армянскую церковь, сохранив при этом лишь армянский язык. Они в 1356 году слились с доминиканским латинским орденом, оставшись при нем в качестве его «уезда» (секции). Униторы дошли до того, что стали смотреть на армян как на иноверцев.

Выкачивание у армянского государства постоянной и тяжелой контрибуции, увод из страны десятков тысяч людей в плен, захват морских портов и прибрежных территорий нанесли непоправимый экономический ущерб Киликии, подорвали политическую основу государства и ускорили его гибель. Захват остальных районов Киликии Египтом был завершен во второй половине XIV в.

Царям из французской династии Лузиньянов и царям из династии Низрского армянского княжеского рода не удалось изгнать мамелюков и тюрок-сельджуков из Киликии, которые захватили страну и поделили ее территорию между собой. После захвата города Айаса в руки мамелюков и тюрок-сельджуков перешли также города Адана, Тарс, Корикос, а в апреле 1375 года— столица Киликии город Сис, где Левон VI вместе с семьей были взяты в плен и уведены в Каир. С этого времении Киликийское армянское государство прекратила свое существование.

Говоря о внешних причинах гибели армянского государства, следует указать не только на коварную политику западно-европейских государств, но и на враждебное отношение к нему католической церкви, которая разжигала среди армян междоусобную религиозную борьбу в тяжелое для армянского народа время.

Верхушка Киликийского общества на церковных соборах 1307, 1316, 1345 гг. признала догмы католического вероучения и стояла за унию. Громадное же большинство армянского населения Киликии и коренной Армении было против унии и стояло за автокефалию армянской церкви. Отсюда и бесконечные раздоры, а иногда и кровопролитные столкновения между «униторами» (униатами) и приверженцами самостоятельности армянской церкви.

С другой стороны, лживые обещания западных государство скорой помощи армянскому народу против его внешних врагов только вызывали подозрение и раздражение у мамелюков, усиливали их захватнические замыслы против армян и ускоряли гибель армянского государства.

Среди внутренних причин падения Киликийского армянского государства наряду с классовой борьбой следует указать и на почти постоянную борьбу между царской властью и отдельными непокорными княжескими родами, а также на междоусобную борьбу между феодалами. Армянским царям не удалось окончательно ликвидировать центробежные силы страны и создать сильную централизованную монархию.

Вместе с тем страна ослаблялась в результате борьбы между униторами и их противниками. Все указанные обстоятельства к последней четверти XIV в. привели к окончательному упадку и ликвидации Киликийского армянского государства.

Историки концом армянского царства обычно считают 1375 год, когда египтяне захватили столицу Киликии и основали там эмирство. Однако, по имеющимся сведениям, и после этого один из армянских князей по имени Константин объявил себя царем и в течение еще 48 лет продолжал управлять рядом районов страны. Лишь в 1424 году египетский султан пошел войной на него, победил его и овладел Киликией. Поэтому датой падения армянского государства следует считать 1424 год.

Левон VI, после освобождения из тюремного заключения, отправился искать помощь в Испанию, потом в Англию.

Небезынтересно отметить, что Дон Жуан, король Кастилии, не только оказал Левону VI гостеприимство, но и подарил ему Мадрид и другие места, и Левон VI стал сеньором Испании. 2 октября 1389 г. его вассалы, дворяне Мадрида, потребовали утверждения их прежних прав и привилегий. Левон VI своим пожалованием от 19 октября 1389 г. удовлетворил эти требования. «Пожалование» начинается следующими словами: «Don Leon, рог la gracia de Diosregde Armenia e senor de Madrid, de Villareal e Andujar… » и подписано—Rey Leon. Левон VI управлял Мадридом в течение 8 лет. После его смерти его сеньория перешла опять к короне Кастилии.

После падения Киликийского царства государи Кипра как родственники армянских Лузиньянов еще в течение целого столетия прибавляли к своему титулу титул «король Армении» и под этим именем чеканили деньги. Титул «король Армении» носили: Яков I (1375— 1395), Янус или Иоанн I (1398—1432), Иоанн II (1432— 1458), Шарлотта—жена Людовика Савойского (1458— 1460), Яков II (1460—1473) и Екатерина Горнара (1473—1489). От последнего представителя этого дома в XVII в. право на титул «короля Армении» перешло к республике Венеции. Титул «короля Армении» приняли короли Пьемонта, так как дук из Савойского дома женился на княгине из рода армянских Лузиньянов.

Трехсотлетнее существование Киликийского армянского государства дало возможность армянам в независимом государстве развивать свою культуру, государственность, национальную политику, науку, литературу, искусство. Киликийский двор по выражению Н. Адонца, «перетянул к себе лучшие силы из Армении». При Лево-не II были построены многочисленные школы, а царь Левон III и ученый католикос Яков I Клаеци прямо содействовали развитию армянской культуры. Левон III приказал переписывать древние рукописи и распространять их в Армении.

По словам историка Паласаняна, именно Левону III мы обязаны тем, что до нас дошли многие армянские рукописи. Благодаря существованию Киликии армян стали лучше знать иностранцы, а армяне—иностранцев. «Культурные ценности, созданные киликийскими армянами, вошли крупным вкладом в общую сокровищницу культуры армянского народа…» и «с этой точки зрения изучение истории Киликийского армянского государства имеет большое значение для истории армянского народа, для истории СССР». Вместе с тем Киликийская Армения в XI—XIV вв. «была как

бы в фокусе политических событий того времени на Востоке, а также экономического и отчасти культурного общения Европы с Азией»; она принамала активное участие и сыграла заметную роль в политических, торговых и культурных взаимоотношениях ряда стран, и поэтому изучение истории Киликийской Армении имеет значение для выяснения международных связей крестоносцев, монголов и т. д. на Ближнем Востоке и в Европе.

В заключение следует сказать несколько слов о дальнейшей судьбе Киликии. Конечно не случайно, что до последнего времени историки продолжают называть Киликию Малой Арменией, хотя под Малой Арменией следует понимать исконные армянские земли, не имевшие прямого отношения к самой Киликии.

Дело в том, что и после падения Киликийского государства большинство населения страны состояло из армян. Хотя армяне и потеряли свою политическую самостоятельность, однако армянский народ в условиях иноземного ига с еще большим упорством боролся за свою землю, за свою культуру. По мере того, как мамелюки, а потом турецкие орды разрушали цветущие города Киликии, по мере того, как связь между Азией и Европой становилась все более затрудненной, армянским купцам приходилось покидать Киликию и перебираться со своим капиталом в чужие земли.

Но в Киликии оставалось армянское крестьянство, ремесленники и мелкие торговцы. Более того, многие из них нашли убежище в Таврских горах, где они во главе со своими предводителями жили независимо и не признавали никакой чужеземной власти над собой. Эта героическая община в Зейтуне лишь в XVII в. согласилась признать формальную власть Османидов и стала платить им определенную сумму, причем не в качестве дани, а как подарок. Неоднократные попытки турецкого правительства покорить зейтунцев разбивались о стойкость свободолюбивых горцев, которые в 1780—1782 гг. даже разбили турецкие армии, посланные против них.

Те из армян, которые были управляемы турецкой администрацией, жили в постоянной тревоге и страхе, так как райа (иноверный подданный), по взглядам Османидов, не считался достойным защиты подданным. Об этом свидетельствует, между прочим, письмо армянского католикоса Киликии, адресованное папе Григорию XIII (1572—1585).

В этом письме, сохранившемся в архиве Ватикана, говорится, что Киликия похожа на сад, не имеющий забора, и что народ постоянно подвергается мучениям и жестоко эксплуатируется турками. К тому же следует отметить, что в течение веков велась борьба Ирана и Турции за раздел земель, и армянские земли часто переходили из рук в руки, народ истекал кровью, а города и села подвергались разрушениям.

Однако как в Киликии, так и в других армянских землях армянский народ не терял надежды на своё освобождение от турецкого ига. Турки же, особенно в XIX и в начале XX в., проводили свою людоедскую политику под лозунгом — «Армения без армян».

Так, правительством султана Абдул-Гамида II в Западной Армении и в Киликии в 1894—1896 гг. было истреблено более 300 000 армян. Далее, в 1909 г. в городах Киликии, главным образом в Адане, подверглись избиению 30 000 армян. Мир никогда не забудет, как турки во время первой мировой войны 1914—1918 гг. планомерно «очищали» армянские земли, вырезая или угоняя почти всех армян. Только в Киликии и Северной Сирии было убито или депортировано 238950 армян1.

Между тем, за спиной истекающего кровью армянского народа, державы Антанты накануне и в период первой мировой. войны вели секретные дипломатические переговоры о захвате Западной Армении и Киликии. Обещая армянам создать под протекторатом держав Антанты в Западной Армении и Киликии автономное армянское государство, они договорились о том, что после победы над Турцией Киликия будет передана Франции.

И тогда, когда империалисты мира за кулисами делили между собой части Оттоманской империи, западные армяне воевали против турок под французским и английским флагами, думая, что англичане и французы выполнят свои обещания и отдадут Киликию армянам. В 1918—1919 гг. около 200 000 армян вернулось в Киликию.

Эмиграция армян в Киликию проводилась по приказу и на средства верховного комиссара «Французской республики Армении и Сирии». Под названием «Армения» имелась в виду—Киликия. Французы организовывали здесь школы, дома для сирот. Они сначала подвергли Киликию военной оккупации. Со 2 декабря 1919 г. было организовано французское управление. Но кемалисты 27 декабря 1919 года взяли город Мараш, откуда в начале февраля 1920 г. ушли французы. В том же году натиск кемалистов усилился, между тем как французы постепенно сдавали свои позиции, оказывая слабое сопротивление туркам.

Это объяснялось также тем, что державы Антанты изменили свою политику по отношению к Турции, делали ей уступки, стремясь вовлечь её в свои новые авантюристические планы относительно Ближнего Востока. Понятно, поэтому, почему они «забыли» свои обещания армянам, которых и на этот раз бросили на произвол судьбы. Так, Верховный совет держав Антанты 26 апреля 1920 г. принял решение об оставлении Киликии под властью Турции. Затем, согласно Анкарскому договору 20 октября 1921 г. Франция «передала» Киликию Турции, после чего 80000 армян вынуждены были с боями снова оставить Киликию, эмигрировать в Сирию и другие страны.

Отрывок из истории килликийского армянского государства и права XI-XIV ВВ

Читать также: Внутренняя и внешняя политика княжества Рубенидов 1080—1187 гг.



ПОХОЖИЕ ПУБЛИКАЦИИ



Комментарии 1

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.