Опубликовано: 20 Май, 2017 в 0:12

«Легенды о Немруте» — из книги Саркиса Арутюняна

"Легенды о Немруте" - из книгиИз книги Саркиса Арутюняна “Армянская мифология”

…Каменные нагромождения — предметы легенд о пастухе и его стаде — связаны с различными холмами и возвышенностями Армении. Схожие предания об окаменевших верблюдах и их погонщике связаны главным образом с двумя знаменитыми вершинами: Масисом и Немрутом, окружающими их холмами и утесами.

Предание о верблюдах, окаменевших на горе Немрут, рассказывают в нескольких вариантах. В варианте Н.Саркисяна царь-тиран по имени Немрут, правивший в обширных южных областях, поднялся на вершину горы Немрут.

Там, на огромной высоте, он основал свой дворец, чтобы все признали его богом. Стада верблюдов доставляли на вершину горы материалы для строительства, в первую очередь песок с побережья Ванского моря в районе Датвана. Прекрасное сооружение приводило в изумление очевидцев.

Поднявшись на крышу нововыстроенного дворца, Немрут нацелился луком в сторону неба, чтобы убить Бога и занять его место. Увидев заносчивость царя, Бог достал из моря большую рыбу, поднял ее вверх и задержал в воздухе над горой Немрут.

Стрела попала в рыбу, кровь брызнула вниз, и Немрут стал убеждать всех, что убил Бога. Рассердившись, Бог послал на него молнии, от которых стада верблюдов окаменели на месте, а Немрут со своим новым дворцом провалился под землю. Из земли в этом месте начала бурно течь вода, бесследно поглотив память о нем.

В следующем варианте, записанном Бенсе, царь Немрут начал строить на одноименной горе большую крепость высотой до небес. Видя этот дерзкий замысел, Бог поднял страшную бурю, сотворил землетрясение и разрушил крепость.

Один из камней крепости долетел до самой Урфы, подняв при падении столько пыли, что в городе померк свет, отсюда пословица “Твоя пыль до Урфы поднимается”. Окаменел караван верблюдов, который вез камни и песок для продолжения строительства.

В третьем варианте, записанном автором, Немрут был идолопоклонником. Он перевозил на верблюдах землю, чтобы насыпать холм до небес и вступить в битву с Богом. По велению Бога верблюды окаменели. Издали они кажутся верблюдами, а вблизи видно, что это камни. Поднявшись на вершину холма, Немруд провалился под землю. Этот холм и есть гора Немрут.

В варианте, записанном Г.Срвандзтянцем, окаменевшие верблюды связаны с Белом. Царь-идолопоклонник Бел с большим войском выступил против армянского царя. Последний с Божьей помощью убил Бела, снял вершину горы Немрут, сделал на ее месте тонир, повесил там тело своего противника и сжег.

По воле Бога огонь превратился в воду, пепел ушел под землю, чтобы ветер не развеял прах Бела. От страха люди и верблюды Бела окаменели. Эти черные камни по свидетельству Срвандзтянца находятся “от деревни Датван через границы Джрхора к равнине в сторону Немрута”, “местные называют их верблюдами и погонщиками Бела”.

В упомянутых четырех вариантах мы видим одно и то же легендарное событие — превращение в камень верблюдов и их погонщиков. В первых трех вариантах Немрут — чужеземный царь-тиран или идолопоклонник, который строит на горе Немрут или на месте горы дворец, крепость или холм, чтобы добраться до небес, сравниться с Богом или сразиться с ним. Во всех трех вариантах Бог карает Немрута смертью, разрушает его строение и превращает в камень верблюдов.

Немрут — это библейский Нимрод, внук Хама, сын Куша. “…Сей начал быть силен на земле. Он был сильный зверолов перед Господом” (Бытие 10, 8-9). Библия гласит, что он царствовал в Вавилоне, Эрехе, Аккаде и Халне, то есть в Междуречье.

В еврейских преданиях Нимрод изображен как восставший против Бога, противник Бога, поднявший весь свой народ против Иеговы, воюющий против других народов, рьяный идолопоклонник, который руководил строительством Вавилонской башни, называемой также “Дом Нимрода”.

В мусульманской мифологии Немврод — образ тирана. Потерпев неудачу в строительстве Вавилонской башни, он поднимается на небо в ящике, который несут четыре орла. Когда земля скрывается из глаз, Немврод пускает стрелы в сторону неба.

Архангел Джибраил (Гавриил) возвращает эти стрелы обратно, предварительно вымазав кровью. Немврод считает, что ранил Бога. Ангел предлагает ему искупить свои грехи, но Немврод в ответ предлагает Богу вступить с ним в единоборство.

Однако люди Немврода рассеяны тучами комаров. Один из комаров проникает в ноздри Немврода и сорок лет мучает его. Тиран чувствует облегчение только тогда, когда ударяют молотом о наковальню (курсив автора).

Выделенные курсивом места демонстрируют общность между армянскими легендами о Немруте, еврейскими и мусульманскими преданиями о Нимроде-Немвроде. Самое существенное — тесная связь последнего с Вавилонской башней, как руководителя строительства, чьим именем она называлась.

В армянских преданиях сооружение дворца, крепости или земляного холма до небес — варианты строительства Вавилонской башни, связанные с одной из вершин Армении, Немрутом.

Точно так же, как разрушается Божественной мощью Вавилонская башня (или, по Библии, остается незавершенной из-за смешения языков), разрушается сооружение Немрута и гибнет он сам.

Исторической основой легенды о строительстве Вавилонской башни считается многоэтажный храм богу Мардуку в Вавилоне со своей высокой башней (Г.Гункель) или высокие храмы-зиккураты (Р.Колдевей, А.Парро).

Исторической основой предания о дворце или крепости Немрута мог послужить великолепный храм с исполинскими каменными статуями, построенный в I веке до нашей эры на одноименной горе царем Коммагены Антиохом I и сохранившийся в развалинах до наших дней (вторая гора с тем же названием Немрут расположена на нынешней территории Турции близ современного Адиамана — прим. ред.).

Важно, что строительство Вавилонской башни через имя ее строителя Немврода-Нимрода, оказалось связанным с горой Немрут и локализовалось в Армении. Даже в местных армянских говорах имя Немрут превратилось в отрицательный эпитет, выражающий такие понятия, как “мрачность”, “жестокость”, “желчность”. (см. словосочетание “նամրութ մարդ”).

По свидетельству сказителя Мурада Кубадьяна (Сукиасяна) из села Цхак в Хлате легендарный Немрут был человеком некрасивым, это тоже одно из значений указанного эпитета. Народная этимология полностью совпадает с отрицательной сущностью мифического образа.

По мнению некоторых исследователей имя Нимрод-Немврод восходит к имени шумеро-аккадского бога войны и охоты Нинурты.

Это имя принял ассирийский царь Тукульти-Нинурта I, захвативший Северную Месопотамию, то есть территории к югу от озера Ван, на что есть намек в варианте Н. Саркисяна.

Можно сделать вывод, что Немрут из армянских преданий и семитский Нимрод-Немврод-Нинурта (легендарный или исторический) тождественны по своим деяниям и восходят к преданию из Междуречья.

Уже М.Хоренаци отождествлял Немврода с Белом: “Я же говорю, что носящий имя Кроноса и Бела — это Неброт”, “…Неброта, то есть Бела”. М.Абегян считал это утверждение историка авторским предположением, которое не имело фактической основы и не встречалось в использованных Хоренаци источниках.

Как мы уже видели, в четвертом варианте сказа, записанном Г.Срвандзтянцем, верблюды, окаменевшие возле горы Немрут, принадлежат Белу. Этот сюжет, конечно, отличается от других, его можно считать далеким и сокращенным вариантом предания о hАйке и Беле, без упоминания имени первого. М.Абегян совершенно правильно выделяет здесь, как самое существенное, превращение верблюдов в камень и историю образования озера на вершине Немрута.

Рассмотрим взаимосвязь преданий о Немруте с легендами об окаменевшем пастухе (погонщике) и его стаде (караване верблюдов). И тут и там место действия и его последствия связаны с горами и их вершинами. Правда, в первом случае главным действующим лицом становится владелец верблюдов (Немрут, Бел), а не их погонщик.

Противостояние персонажа (пастуха, погонщика верблюдов, Немрута) со святым или Богом проявляется в разной форме и достигает разной степени.

Это и уменьшение числа животных, первоначально обещанных в жертву, и замена их нечистыми животными, и отказ в просьбе Христа или ангела, и выдача врагам святых (Святой Варвары, отшельника Григора), и осквернение источника питьевой воды и, наконец, восстание против самого Бога.

Если вести речь о наказании, то в легендах о Немруте главное действующее лицо не превращается в камень, а проваливается под землю, которая затопляется водой, либо вода покрывает его пепел в тонире.

Провалиться под землю, оказаться на дне после затопления водой — это характерно для участи дракона, противника грозового бога. Указанный мотив свидетельствует, что мы имеем дело с одним из вариантов древних грозовых мифов.

Есть и другой схожий мотив — попытка Немрута добраться до небес аналогична попыткам драконов с помощью грозовых туч во время бури подняться из недр земли и ущелий на небо, поглотить солнце.

Рыба, удерживаемая Богом в небесах на пути стрел Немрута, по-видимому, символизирует рыбу Ликеон-Левиафан, которая защищает и ограждает Вселенную от разрушительных сил хаоса.

Рыба принимает на себя стрелу (символ разрушения), направленную в небо и Бога (вселенский порядок), и сохраняет гармонию Вселенной.

За этим следует ярость Бога, молнии с неба, ужасные буря и землетрясение (картины грозовой битвы), которые соответствуют армянским представлениям о битве вооруженного огненным мечом архангела Габриэла (Гавриила) вместе с другими ангелами против драконов, желающих поглотить солнце.

В результате этой битвы ангелы связывают драконов и оставляют возле солнца, которое сжигает их своим жаром и обращает в пепел, падающий на землю. В другом варианте ангелы бросают драконов с неба вниз, где они ударяются о гору и разбиваются на мелкие кусочки.

Исчезновением противника Бога под землей и разлившейся по земле водой заканчивается большая часть грозовых легенд. Таким же образом заканчивается основной индоевропейский грозовой миф: после победы божества грозы над змеем (Драконом), его противник тонет в разлившейся по земле воде.

Итак, борьба Немрута против Бога — это по существу борьба дракона, воплощения сил хаоса, против божества грозы. Что касается имени Бел, оно, вероятно, происходит от индоевропейского корня bhel — раздуваться, вырастать.

Отсюда выводят греческо-балканского мифологического Беллерофонта в известном предании об убийстве Беллера.

В ряде балканских языков также можно проследить следы этого имени. Например в албанском bullar означает пресмыкающееся, змей, такое же значение имеет сербско-хорватское “блавор”, в румынском balaur — дракон.

Это позволяет прийти к выводу, что изначально имя Беллерофонт означало “убийца змея”, “убийца дракона”, то есть относилось к одному из героев грозовых мифов.

В кельтских мифах имена Balor, Bolor, Balur, происходящие из того же корня, относятся к одноглазому чудищу-великану. Свой полный яда глаз оно открывает только во время битвы и убивает взглядом все живое.

С именем этого чудовища связаны каменные возвышенности, например Balor ua Neit (Балор, внук Нета).

В армянском языке от этого же корня происходят слова blur (холм), bolor (целый, круглый), bogh (почка растения). В наших преданиях Бел тесно связан с холмами и возвышенностями. По Хоренаци hАйк приказывает “труп Бела… похоронить на возвышенности”, а по сказанию, записанному Срвандзтянцем, армянский царь “рукою Божьей поразил Бела, снял вершину Немрута, вырыл на этом месте яму, устроил тонир, повесил Бела внутри и сжег”.

Если вспомним кругообразность тонира, становится ясным смысловое родство между именем Бел и армянскими словами blur и bolor, в основе которого лежит древний и продуктивный корень bhel. От слова bolor происходит bolorel — крутить, свиваться, окружать, исполнять круг в смысле заканчивать. Эти слова тесно связаны с пресмыкающимися, в первую очередь со змеями.

Можно вспомнить и другие, внеязыковые факты. По свидетельству Г.Срвандзтянца “на вершине Немрута до сих пор есть тонир с водой, эта вода, спускаясь под горой, образует исток реки Меграгет… Источник Меграгета — круглый бассейн на Мушской долине в окрестностях города Одз (по-армянски “Змей” — прим. ред.) …

Местные жители рассказывают легенды об этом источнике”. Чтобы показать связь между тониром на вершине Немрута и источником Меграгета Срвандзтянц приводит распространенное сказание о посохе пастуха, упавшем в озеро на вершине Немрута и утонувшем в его водах.

Через много дней пастух увидел свой посох в руках другого пастуха, которой нашел его близ истока Меграгета. Примечательно, что из наполненного водой “тонира” (водного бассейна) на вершине Немрута берет начало река Меграгет, у равнинного источника которой расположен город по имени Одз.

Подземное русло соединяет воду, бьющую из места сожжения Бела, с упомянутым городом. Вершинный исток, созданный повелением Божьим и связанный с именем Бела рождает равнинный исток, связанный со словом “Змей”.

Таким образом устанавливается равнозначность обоих имен. Змеи при источниках вод — это драконы, преграждающие путь воде, которым приносят в дар юных девственниц. Грозовой герой или бог убивает такого дракона, освобождает проглоченную им деву-Солнце и женится на ней.

В целом пастух и его стадо символизируют в мифологии положительное начало, представляя царя и народ, духовного пастыря и паству, патриарха рода и его членов. Пастух также символизирует хранителя, покровителя, кормильца, проводника, спасителя.

Он выступает и как божество — например древневосточные умирающие и возрождающиеся боги Думуз-Таммуз и Аттис. Одновременно с этим пастух входит в индоевропейское грозовое предание в двойственной роли — иногда на стороне грозового божества, иногда на стороне его противника — дракона или сатаны.

В современных исследованиях утверждается, что пастухи — это божества-антагонисты, борющиеся за стадо. Образы пастуха и стада связаны также с подземным царством и смертью. Пастух выступает царем этого царства, который пасет души мертвых.

Эта двойственность образа пастуха проявляется и в армянских преданиях, он и верен Богу, и одновременно выступает в роли отступника. Предания об окаменевших пастухе и стаде (погонщике и караване верблюдов) связаны с этой двойственностью и подтверждают первоначальную связь с грозовыми мифами.

«Бел же, с неукротимым и чудовищно-громадным полчищем, подобным бурному потоку, низвергающемуся с крутизны, спешил достигнуть пределов обитания hАйка, полагаясь на храбрость и силу (своих) могучих мужей.

Тут разумный и мудрый великан, густокудрый и с искрящимися глазами, поспешно собирает своих сыновей и внуков, храбрых мужей-луконосцев, числом весьма немногих, а также прочих, бывших в его подчинении, и достигает берега одного озера с соленой водой, в котором водилась мелкая рыба (Ванское озеро — прим. перев.).

Собрав своих воинов, он говорит им: «Встретившись с полчищами Бела, старайтесь подобраться к месту, где будет находиться Бел в окружении толпы храбрецов. Либо умрем и наши люди попадут в рабство к Белу, либо покажем на нем искусность перстов наших и, рассеяв полчище, добьемся победы».

И продвинувшись вперед на многие стадии, они достигают ровной местности между высочайшими горами. Укрепившись на возвышенности справа от потока вод и глянув вверх, они увидели беспорядочные толпы полчищ Бела, распластавшиеся по лицу земли в безудержном стремительном движении, и Бела, молча и недвижно стоявшего в окружении плотной толпы на бугре слева от вод как на наблюдательной вышке.

hАйк признал в этой группе вооруженный отряд, с которым Бел выдвинулся впереди полчищ окруженный немногими избранными в военном снаряжении, (и увидел), что от полчищ его отделяет большое расстояние.

На Беле же был железный, с блестящими привесками, головной убор, медные пластины на спине и на груди, броня на икрах (ног) и на руках; чресла — опоясанные, слева — обоюдоострый меч, в правой руке — копье невероятной длины, в левой — щит, справа и слева — отборные воины.

Увидев Бела в мощном вооружении и отборных мужей справа и слева от него, hАйк ставит Араманеака с двумя братьями справа, а Кадмоса и двух других своих сыновей — слева, ибо они искусно владели луком и мечом. Сам он стал впереди, а остальную часть рати поставил позади. Построив это подобие треугольника, он стал медленно продвигаться вперед.

Когда великаны обеих сторон сошлись, от их яростной схватки страшный грохот огласил землю; они наводили ужас друг на друга разнообразием способов нападения. Немало было повержено там лезвием меча на землю могучих мужей с обеих сторон, и обе стороны оставались непобежденными в сражении.

Столкнувшись со столь неожиданным и сомнительным положением вещей. Царь Титанид пришел в ужас и, повернув вспять, стал подниматься на тот же холм, с которого было спустился.

Он надеялся продержаться в толпе, пока подоспеет вся рать и он сможет возобновить нападение. Увидев это, hАйк, вооруженный луком, устремляется вперед приближается к царю, туго натягивает широкий, как озеро, лук и трехперой стрелой попадает в нагрудную пластину; стрела, пройдя насквозь между плеч, вонзается в землю.

И тут возгордившийся Титанид, грянувшись о землю, испускает дух. Увидев столь неимоверный подвиг мужества, его полчища разбегаются куда глаза глядят. Сказанного об этом достаточно.

hАйк же на месте битвы строит дастакерт и в честь победы в сражении дает ему название hАйкh. По этой причине и область называется ныне hАйоцдзор (область на южном побережье Ванского озера — прим. ред.).

Холм же, на котором пал Бел со своими храбрыми воинами, hАйк назвал Герезманком (могилы — прим. перев.), что теперь произносят как Герезманакк. Но труп Бела, покрытый зельями, hАйк, говорит летописец, приказывает отнести в hАрк (эту историческую область обычно помещают по берегам реки Арацани севернее горы Немрут — прим. ред.) и похоронить на возвышенности, на виду своих жен и сыновей. Страна же наша, по имени нашего предка, называется hАйкh.»

М. Хоренаци  www.aniv.ru

ПОХОЖИЕ ПУБЛИКАЦИИ

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *