Опубликовано: 24 Июнь, 2018 в 21:21

Гаянэ Хачатурян — Утро ее время

Гаянэ Хачатурян - Утро ее времяВ Москве галерея «Дом Нащокина» открыла выставку памяти одной из самых талантливых и загадочных художниц нашего времени. Личность и творчество Гаянэ Хачатурян, безвременно ушедшей от нас весной 2009 года, приводят в восхищение и чаруют.

Ее картины входят в собрания галерей и музеев по всему миру. Живопись Гаянэ – это и внутренний мир художницы, и преломленные через призму собственного видения мифология и история, и генетическая память.

Как-то в мастерской Николая Багратовича Никогосяна я познакомилась с коллекционером Валерием Ханукаевым. В тот день он привёз фотоальбом, в котором таился целый мир. Там жила Гаянэ Хачатурян, её родители, бабушка, происходившая из зокского рода и, конечно, Сергей Параджанов.

Они познакомились, когда Гаянэ было двадцать, а Параджанову – на двадцать лет больше. На тех фотографиях они пластично смотрелись рядом: человек-оркестр, обнимавший весь мир, в своей знаменитой бороде от уха до уха, как будто повторяющей его улыбку… И Гаянэ – тихая, с чувственными губами, с чёрными глазами, падающими в душу. Ктото предвкушает появление теории о художественной «парности» этих людей.

Такую же загадку таит в себе «витебская школа». Марк Шагал, кстати, любил Гаянэ. Как и Тонино Гуэрра, Андрей Тарковский, Мераб Мамардашвили… Ив Сен-Лоран восторгался её шляпками, гостил в комнате, долгое время снимаемой художницей вместе с матерью, до тех пор, пока в дело не вмешался Евгений Примаков.

Вскоре я увидела и её картины. Одна картина называлась «Утро странствующей фокусницы», другая – «Утро белой сирени». Можно было подумать, что утро – это её время. Но Гаянэ писала даже по ночам. Её ночь или утро могли лететь, а апельсиновый день важно шествовать.

Советская действительность её не интересовала, оставалось только уйти в себя. Она так и писала в своём дневнике: «Общаясь друг с другом, образы заменяют реальность». Её собеседниками стали ангелы и птицы. Спускаясь на землю, она звала их с собой. Её ангел не нёс благую весть, не трубил о Страшном суде. Он читал. А птицы сидели на плечах жонглерес. Так перепутались в её мире вертикаль и горизонталь: земля и небо – единое, обжитое только ею пространство со стеклянным солнцем, пурпурным слоном, чёрной сливой, шорохом фиалки…

Их было четыре подруги: художница Гаянэ Хачатурян, журналистка Татьяна Чантурия, актрисы Софико Чиаурели, Лиана Лобжанидзе. Однажды Гаянэ показалось, что кто-то из них умирает, и так появилась её фокусница, которая отдаляется от трёх женщин, стоящих как одно неразрывное целое. Разве это не фокус – пойти по вертикали? Пройти с земли на небо? Есть в той картине один секрет: если её перевернуть, то букет роз превращается в фигуры трёх подруг. Гаянэ любила, когда цветы прорастают в людей, прирастают к зверям…

«Утро белой сирени» написано на дощечке из параджановского шкафа, отправлявшегося на помойку. В детстве каждый из нас рвёт сирень в надежде найти цветок с пятью лепестками и съесть его на счастье. Несколько позже Гаянэ скажет: «Вся моя жизнь была только трагедией». Шесть раз она могла стать фокусницей, но спасала мама. А потом маму спасала она. Сколько же съела она цветов, кто ж считал. Знала бы, что так непросто будет прожита жизнь, больше бы искала? Вряд ли…. В «Утре белой сирени» скачет лошадка, только вместо крыльев Пегаса у неё букетик когда-то найденных пятизвёздочек…

Гаянэ Хачатурян окончила художественную школу имени Якоба Николадзе в классе Гугули Курдиани. Атмосфера Тбилиси, где слияние национальных культур подталкивает смешивать их в себе, как в палитре. Есть учителя, которые бьют линейкой по пальцам. Другие не ломают рук и, как бы отталкивая ученика от себя, направляют по его дороге. Александр Бажбеук-Меликов просто отсоветовал Гаянэ поступать в Академию художеств.

Когда она ещё училась в школе, увидела, как какой-то дедушка пришёл за внучкой. Гаянэ нарисовала его маслом на картоне, а было ей тогда шестнадцать лет. Этот шедевр подарила подруге. Кем была эта девочка, выяснилось только через тридцать лет, когда Валерий Ханукаев, переписав в свой блокнот всех одноклассников Гаянэ, искал эту работу по всему миру. В тот же «подростковый» период Гаянэ создаёт свой рисунок – двух собак.

Марк Шагал восхищался не только твёрдостью руки: глаз одной из них расплывался звездой.

Так появляется в этих «арабесках» третий тип гениев: одни собирают за собой каждый лист, как Леонардо , другие уничтожают то, что сделано плохо, но творцы третьего типа почти всё отдают людям.

За всю жизнь она создала около трёхсот картин, ста пятидесяти график, пятьдесят разрисованных кувшинов, железок, пластинок, стаканов… Она возвращалась к картинам, как Марсель Пруст к своей рукописи, подклеивая к ней бесконечные листочки…

Работая над «Абстрактной композицией», где краски разноцветными лоскутами накладывала мастихином, Гаянэ нечаянно порезала руку. Могла остановиться и перевязать её, но продолжала работать. Только повернула руку так, чтобы кровь капала в красную краску. Так, через много, много лет у искусствоведов появится возможность узнать её группу крови.

На одном натюрморте я увидела трёх женщин в чёрном, каждая держала в руках грушу. Фрида Кало, любимая художница Гаянэ (вторая и последняя – Наталья Гончарова, на этом список женщин закончен), прозрачнее: она сажает себе на плечи обезьян, своих нерожденных детей.

Три груши – это тоже дети. Пухлые, спелые, рождённые для жизни. Когда в 2001 году в Галерее Нащокина проходила выставка Гаянэ, Юрий Рост заметил, что все её картины мажорные, звучные, сочные, как надрез спелого арбуза. Через несколько лет здесь же были показаны копии картин Фриды Кало. На последней картине, написанной за восемь дней до смерти, ломти сочащегося алого арбуза. И подпись: «Viva la vida! Viva Frida! Viva Gayane!»

В этом году 15 картин Гаянэ Хачатурян из коллекции Валерия Ханукаева были представлены в павильоне Армении на 53 Всемирном Венецианском художественном биеннале. Созданный Ханукаевым Международный фонд Гаянэ становится первым «камнем» в создании её музея в Москве – на Малой Бронной. Когда-нибудь люди принесут в эти стены рисунок, письмо или забытую фотографию, и Гаянэ навсегда поселится в России, хотя адрес её – весь мир.

Валерия Олюнина Миниатюры: www.armmuseum.ru


ПОХОЖИЕ ПУБЛИКАЦИИ


Оставьте ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.